Алла Касперович – Посланница ветра (страница 55)

— Да! — поспешно выкрикнула женщина. Слишком поспешно. Прям, как старая дева на выданье.

Ролан снова зашелся кашлем. В нем точно погиб великий актер.

— Тогда помогите мне сесть.

Совместными усилиями мы усадили Его Величество так, чтобы он оказался лицом к нам. Король часто дышал и все время держал руку у сердца, напрягаясь всем телом, словно из-за невыносимой боли.

— Элея, станьте на колени и опустите голову.

— Да, Ваше Величество! — старушка беспрекословно выполнила все, что ей было велено. Она все никак не могла убрать с лица счастливую улыбку.

Мы с Кузьмяком отошли на шаг назад и стали по обе стороны от Верховной гадалки. Для назначения кого-либо регентом необходимы были свидетели, коими мы и являлись. Кроме того, так у нас был обзор лучше.

— Элея Шамская, при свидетелях назначаю Вас регентом Королевства Амарант, которым Вы будете до тех пор, пока…

Даже я с трудом уловила тот момент, когда Ролан достал из-за пазухи алмаз, хоть и ожидала этого. Он занес руку с зажатым в кулаке камнем над своей головой, а затем изо всех сил всадил алмаз острым концом в ромбовидную родинку на шее у Элеи. Женщина истошно закричала и попыталась вытащить камень, но мы с Кузьмяком не дремали. Я схватила уже бывшую Верховную гадалку за руки и скрутила их у нее за спиной, заставив еще больше взвыть от боли. Котенок всадил когти в мою ногу, дабы мне хватило магических сил, чтобы сдержать Элею. Король удерживал алмаз, чтобы тот ненароком не вывалился — энергия Элеи должна была полностью перетечь в камень. Если останется хотя бы капелька, то все окажется напрасным, и невидимый покровитель Элеи сможет спасти свою протеже.

— Отпустите! — шипела старуха, теперь больше напоминая ведьму из детских сказок, нежели респектабельную даму. — Отпустите! Вы не понимаете, на кого подняли руку! Отпустите!

— Не дождешься! — прохрипел монарх, с силой вдавливая алмаз в уже почти одеревеневшую плоть. — Это ты не понимаешь, что натворила. Ты лишила меня сына!

Несмотря на свое незавидное положение, женщина расхохоталась и плюнула кровью в лицо Ролану. Тот, не сводя с нее глаз, медленно отер лицо ее же кружевным платком и бросил его ей под ноги.

— Сына? Ты думаешь, что это все? Твоя драгоценная женушка тоже не без мой помощи Этот свет покинула! Это мой трон! Мой трон! Мой!!!

Король побагровел, его ноздри стали раздуваться с бешеной скоростью, и он, выдернув алмаз, с новой силой вонзил его в шею Элеи, с меткостью наемного стрелка попав прямо в родинку. Элея закричала и начала стареть буквально у нас на глазах. Ее тело рассыпалось, и она из последних сил воскликнула, отчаянно закатывая глаза:

— Мой Повелитель! Я Вас подвела! Простите… По…

И перед нами осталась только кучка истлевшего праха. Я брезгливо отряхнула руки и помогла трясущемуся монарху снова сесть на кровать.

— Молодец. Ты справился, — я села рядом и взяла Ролана за руку, пытаясь передать немного своего тепла и спокойствия.

— Она убила мою жену, — почти беззвучно произнес король. — Она убила мою королеву… Она убила моего сына… Она хотела убить моих девочек… Она хотела убить меня…

Я позволила себе то, за что при обычных обстоятельствах меня уже бы заключили в темницу или, чего хуже, придушили на месте — я обняла Его Величество Ролана IV Амарантийского. Однако сейчас это было именно то, в чем он больше всего нуждался. Я гладила его по спине, приговаривая какую-то успокаивающую чепуху. Кузьмяк тихонько запрыгнул на кровать и улегся, положив свою мордочку королю на бедро. Ролан не плакал, только его плечи слегка подрагивали. Я могла бы использовать магию, чтобы успокоить его, но лучше было сразу пережить горе, чтобы оно перестало так сильно ранить сердце. А магический блок все равно когда-нибудь ослабнет, и тогда боль нахлынет с новой силой. И человек сойдет с ума. Поэтому все, что я могла сейчас сделать действительно полезное — проявить настоящее дружеское сочувствие.

— Я в порядке, — Ролан отстранился от меня и попытался встать, но упрямые ноги не слушались и предательски дрожали. Кузьмяк от неожиданности подскочил и спрыгнул на пол, потирая лапкой ушибленную о венценосную конечность челюсть. — Я уже в полном порядке.

«Ну да, я вижу, гордый ты наш», — про себя усмехнулась я. Вздохнув, я похлопала себя по плечу.

— Обопрись. Выведу.

— Я сам.

Еще и упертый.

— Ролан, сам подумай: если ты сейчас откажешься от моей помощи, то так и останешься созерцать оставшийся от Элеи пепел, — я выдержала паузу. — Один.

Монарх побледнел, но упрямо поджал губы и не сдвинулся с места. Не на ту напал.

— Ладно, Кузьмяк, пошли! — скомандовала я, поднимаясь на ноги. — Нам здесь не рады и в помощи нашей не нуждаются.

Мы шли нарочито медленно, давая королю шанс нас остановить. Мой расчет оказался верным.

— Стойте! — воскликнул он. И уже тише добавил. — Кира, я согласен.

Вот и умница. Вот и молодец. Хороший мальчик. То, что «мальчик» был раза в два старше меня, как-то само собой в расчет не бралось.

— Правильный выбор, — хмыкнула я, подходя к королю и подставляя ему свое плечо. — Вот так, Твое Величество, аккуратнее. Еще немного. Молодец. Ногу повыше — здесь порог. Хорошо. Еще несколько шагов. Ой!

Перед нами появилось неожиданное препятствие. Груда камней — вот и все, что осталось от големов. Айри точно расстроится — она питает слабость ко всем своим творениям. Переступив, а кое-кто и перепрыгнув, бывших стражников, мы потихоньку добрались до лестницы. Кое-как спустившись на пролет второго этажа, мы застали внизу интересную картину. В центре просторного холла, сложив руки на груди и широко расставив ноги, стоял Рэй. Его поза и выражение лица предостерегали: «Не подходи — убьет!» Возле его ног валялась кучка связанных мужчин и одна женщина. Во рты у них были вставлены кляпы, но пленники продолжали добросовестно мычать, привлекая к себе всеобщее внимание. Вокруг сей честной компании столпились слуги, они почтительно соблюдали дистанцию. Я улыбнулась — сама бы так сделала, если бы не знала Рэя. Мой друг умел производить неизгладимое впечатление. Хотя заинтересованные взгляды юных горничных мне не очень понравились. Они томно вздыхали и пытались строить глазки. Я чуть не задохнулась от возмущения — одна рыжая нахалка незаметно, как ей самой казалось, расстегнула несколько пуговок на декольте.

Слуги нас заметили и со всех ног бросились к нам, крича:

— Ваше Величество! Ваше Величество, Вы в порядке?

Еще один идиотский вопрос. Можно подумать, он просто так опирается на мое плечо в присутствии посторонних.

— Стоять! — крикнула я не в меру услужливой челяди, чуть не затоптавшей нас с королем. — Быстро прижались к стеночкам и не мешаем!

— Но как же… — пискнула одна из служанок.

— Делайте, как она говорит! — властно велел Ролан, и мы стали осторожно спускаться вниз, где я усадила его в широкое кресло.

За все это время Рэй даже ни разу не шелохнулся. Он зорко следил, чтобы пленные не расползались, но, подозреваю, что среди них самоубийц не было.

— Ну как ты? — спросила я, подойдя к другу. — Скучал?

— Как видишь — не дали, — ответил он и наступил на решившего попытать счастья в побеге, или точнее в уползании, мужичка. — А у вас как дела?

— Как видишь, — вторила я ему, указывая на окруженного слугами-наседками короля. — Нам тоже скучно не было. Но теперь уже все хорошо.

— Куда делась Верховная гадалка? Не помню имени.

— Элея Шамская, — напомнила я, разминая затекшие мышцы на руках. Все-таки пришлось применить немалую физическую силу, чтобы удержать эту старуху. И мое тело теперь буквально молило об отдыхе. — Ее нет. В прямом смысле нет. И не будет, — я заметила, что пленные Рэя побледнели и замерли. — Хотя нет, я неправа. От нее осталась кучка праха.

Услышав это, связанные замычали так громко, как только могли, привлекая мое внимание.

— Значит, она… — наемник задумчиво почесал щетинистый подбородок. Похоже, у него тоже не было времени, чтобы привести себя в порядок. — А то эти, — он кивнул на мычавших и бешено вращающих глазами людей. — Не хотели говорить, кто их нанял.

— А где ты их вообще изловил?

— По кустам вокруг дома попрятались. Мне удалось у них кое-что выби… То есть узнать. Они за нами следовали еще с самого Гиблого леса.

Значит, паранойей я не страдаю. И то хлеб.

— Что-нибудь еще?

— Нет. Слишком хозяина боятся. Точнее хозяйку.

— Ладно, Рэй, развяжи кого-нибудь. Потолковать нужно. Давай вот этого. Справа. Да, его. Больно уж он настойчивый.

Рэй опустился возле мужчины на колени (с его ростом сгибаться было неудобно) и легко, словно имел дело с соломинкой, разорвал толстую веревку. Пленник застонал, когда мой друг достал кляп из его рта. Да уж, видеть такую груду мышц в действии — зрелище не для слабонервных. А я же откровенно им наслаждалась. Все же в этой грубой мужской силе что-то определенно было. И это что-то невероятно притягивает. По крайней мере, меня, потому что пленные точно со мной не согласились бы.

— Кира, приступай к допросу.

Вот тебе и на. Была гадалкой, а теперь меня еще и следователем решили сделать. Ладно, все равно всегда хотела попробовать себя в другой профессии.

— Уважаемый, — я мягко обратилась к смотрящему на меня с нескрываемым ужасом человеку. — Не соблаговолите ли Вы сообщить, что послужило причиной того, что Вы встали на неправедный путь? И в подробностях, любезнейший.