Алла Касперович – Пламенная (страница 38)

— Любишь ты доводить до крайностей, дорогая! — проворчал Эрик, тщетно пытаясь скрыть тревогу, но голос выдавал хозяина.

— Зато со мной не скучно... — Она почувствовала прикосновение влажной ткани к своей коже — муж очень бережно стирал кровь. Шумы в голове исчезли, и наступила блаженная тишина.

— С этим не поспоришь!

— И не надо спорить, — хмыкнула возмутительница спокойствия. — У нас же получилось, да?

— Сможешь сама посмотреть?

— Конечно.

Она открыла глаза и, сев ровно, прочитала:

<... любое заклятье разрушит Пламень, убрав его причину.»

Восстановить удалось лишь часть, но и она кое-что проясняла.

— А я надеялась, что смогу больше...

— Ты и так много сделала! — Полностью убрав кровь, герцог щёлкнул пальцами, и тряпица испарилась. — Есть у меня одна идея, дорогая, но боюсь, она тебе не понравится.

Герцогиню обдало холодком от недоброго предчувствия.

— А можно сразу отказаться?

Улыбнувшись уголками губ, Эрик наклонился, запечатлел поцелуй на её лбу и прошептал:

— Нельзя, Ариана. Боюсь, у нас нет другого выхода.

21.

В кабинете стоял такой крик, что его было слышно не только за дверью, но и за его пределами. Встревоженные слуги быстро сбежались на страшные звуки и столпились около запретной комнаты. Дальше пройти они никак не могли, но не из-за так называемого запрета, а из-за столбом ставшей перед дверью Мирты.

— Сами разберутся, — только и сказала серая горничная.

И самое удивительное, Хэтти поддержала свою извечную соперницу. Она стала рядышком с ней и сложила руки на пышной груди.

— Сами разберутся, — повторила служанка.

А крик продолжался и, казалось, только усиливался. Причём голоса Его Светлости никто не слышал, Её Светлость прекрасно справлялась за двоих. Разошлась настолько, что принялась ходить туда-сюда по весьма ограниченному пространству и громко высказывать всё, что думает о муже.

— Нет, я, конечно, собиралась от тебя уходить, мы с тобой, между прочим, договаривались! Но вдовой меня зачем делать? А убийцей? Тебе как это вообще в голову могло прийти! Ты обо мне совсем не думаешь? Ты там головой стукнулся?

Или перемагичил? Ты вообще понимаешь, что сказал?

И так по кругу. Уроки леди Люсинды были посланы куда подальше, а остатки самообладания разъярённая герцогиня потратила на то, чтобы не избить упрямого глупца. А тот сидел себе на стульчике и терпеливо ожидал, когда минует гроза.

Спустя час, а может, чуть больше, Ариана выдохлась.

— Выговорилась?

ОЙ, зря он это сказал. Как следует подпитавшись ярким чувством — а чем ярость не чувство? — герцогиня с новыми силами начала костерить вторую половину. Ещё где-то через час Ариана остановилась. Не сказать, что устала, но ей точно надоело.

— Выговорилась.

— Уверена?

— Не провоцируй.

— Как скажешь, дорогая.

Эрик с любопытством на неё уставился, но ей и вправду надоело, поэтому она, прищурившись, ставилась на него обратно.

— Я не буду тебя убивать.

— А разве я это просил?

Она упёрла руки в боки и топнула ножкой, Эрик едва не рассмеялся — такой уморительной ему показалась рассерженная кроха. Рыжие волосы — и как только они посмели ослушаться саму Мирту! — торчали в разные стороны, наплевав на изысканную причёску. Лицо раскраснелось, карие глаза стали почти чёрными, а грудь так соблазнительно вздымалась, что... ой... уже не до смеха. Впрочем, сейчас было не самое подходящее время, чтобы думать о плотских утехах. С другой стороны, это самое время может никогда и не наступить.

— То есть, уничтожить проклятие в тебе - это не то же самое, что убить тебя? Да я же не пробовала ничего делать с живыми существами! Я могу тебя убить!

— А деревья? — хмыкнул Эрик, не удержавшись. — Тоже вполне себе живые существа.

— Нарываешься?

— Самую малость, дорогая, самую малость.

За дверью кабинета уже поняли, что туча перестала бушевать и, если не в белое облачко превратилась, то хотя бы перестала разбрасываться громом и молниями.

— Что у них там? - за всех спросил Джеймс. Вероятно, он и не стал бы, но его опять выпихнули вперёд.

— У них всё в порядке, — ответила Мирта таким ровным тоном, как если бы её вообще ничего в этой жизни не интересовало.

— Да-да! — Хэтти не собиралась отставать, правда, уж она-то добавила красок своему голосу. — У Его Светлости и Её Светлости всё в порядке! Шли бы вы по своим делам! Да-да! Работа сама себя не сделает! Идите уже!

Возможно, её бы никто и слушать не стал. Возможно, её бы вообще подняли на смех. Но тут Мирта сделала маленький шажок вперёд и тихо произнесла всего одно слово:

— Сейчас.

Слуг не то что как ветром сдуло, а будто последние несколько часов в коридоре, кроме двух охранительниц герцогского спокойствия, и вовсе никого не было.

Собственно, когда Ариана и Эрик наконец вышли из кабинета, не было и их.

— На Грэе поедешь или возьмёшь какую-нибудь другую лошадь? — поинтересовался герцога, закрывая за супругой дверь.

— На Грэе. Он не поймёт. Хорошо, что вообще терпит, когда я к другим подхожу.

— Сколько тебе нужно, чтобы переодеться? — Эрик предложил свой локоть, но взгляд жены едва не обжёг зарвавшегося муж — не прощён ещё!

— Минут десять, если найду Мирту, и двадцать, если не найду.

Послышалось еле различимое покашливание, а затем раздался, как всегда, ровный голос:

— Я здесь, Ваша Светлость.

Ариана едва не подпрыгнула от неожиданности — как-то она успела подзабыть о том, что лучшая подруга умела подкрадываться лучше самого талантливого шпиона.

— Мирта! — обрадовалась герцогиня и обернулась.

— Ваша Светлость, наряд для верховой езды готов и ждёт Вас на кровати.

Ни Эрик, ни Ариана не стали спрашивать у горничной, откуда та узнала, что нужно делать, если они сами всего несколько минут назад договорились о том, когда, куда и зачем собираются ехать.

На переодевания ушло всё-таки даже не десять и не двадцать, а все двадцать пять минут. Можно было уложиться и в более короткое время, но герцогиня ни с того ни с сего вспомнила разговор в кабинете и понеслось. Мирта только кивать успевала, хотя могла и не утруждаться — госпожа, кроме своего гнева, ничего не замечала.

Горничная дождалась, когда та выпустит пар и только после этого приступила к сборам, они-то и заняли последние пять минут из двадцати пяти.

— К ужину вернёмся, передай, пожалуйста, Розанне.

— Хорошо, леди Ариана. Кстати, Вы так и не сказали, куда именно едете, —напомнила Мирта. Вероятно, она и так всё знала, но хотя бы делала вид, что не в курсе.

— Разве? — подыграла ей подруга. — Эрик хочет познакомить меня с людьми вне замка.

Грэй приплясывал от нетерпения, грозя на радостях развалить своё стойло. На всякий случай конюх отошёл подальше и занялся другими лошадями. Не то чтобы им требовался особый уход — двадцать три года уже как не надо, — но можно было хотя бы изображать деятельность.

— Добрый день, Ваша Светлость! — поприветствовал он герцога, а затем заметил семенящую за ним герцогиню. — Ваша Светлость!

— Добрый день, Маркус! — поприветствовала конюха Ариана, тепло улыбнувшись ему, потом встретилась взглядом с мужем — Эрик остановился, чтобы подождать её, — нахмурилась, фыркнула и отвернулась. — Маркус, мы с Его Светлостью хотим прокатиться верхом. Подготовь, пожалуйста, Грэя для меня, а для Его Светлости...