Алла Касперович – Магические будни хомяка (страница 3)

А раз такое дело, то и грустить не стоило! Подумав так, Ира приступила к решительным действиям: собрать свой нехитрый скарб, чтобы перевезти завтра к Маме Вере. Всё равно в другой мир с собой не утащишь, а так хоть братишкам-сестрёнкам пригодится. Квартира вернётся государству — тут уж Ира ничего поделать не могла.

Вещей насобиралось не так много, как вначале представлялось. И самыми ценными из них оказались ноутбук, блендер — даже не распакован, фен с насадками и моющий пылесос. Их Ира тщательно упаковала в первую очередь, а уж потом дело дошло до одежды-обуви, посуды и прочей мелочёвки. Б/у, конечно, но Мама Вера продаст и хоть копеечку да получит.

Затем Ира принялась за уборку — не оставлять же срач после себя. Не то чтобы она была неряхой, но и помешанной на чистоте её тоже назвать было никак нельзя. Пока заправляла постель, вспомнила, что в шкафчике остался новенький комплект белья, его Ира отправила в довольно приличную гору вещей, которые должны были переехать в дом Васнецовых. Туда же отправился и большой красный бархатный мешок, расшитый серебряными звёздочками, в него Ира сложила подарки для Мамы Веры и детишек.

Довольная собой, она упёрла руки в бока и огляделась. И не сказать, что здесь кто-то так долго жил.

— Пожалуйста, пусть тот, кому достанется квартира после меня, будет здесь счастлив! — громко попросила Ира, чтобы уж точно пожелание сбылось.

А тем временем давно наступила суббота, и пора бы уже и в кроватку ложиться, но в таком взбудораженном состоянии это было бесполезно. Чтобы хоть как-то занять себя, Ира начала искать отзывы о работе ведьмы Агнессы. И каждый был ещё более хвалебный, чем предыдущий. Проблемы, надо заметить, у всех описывались слишком земные, вроде развода, поиска суженого, подписания контракта, проверки на верность и тому подобного. Разумеется, ни слова не нашлось о том, что ведьма помогла кому-то перебраться в какой-нибудь другой мир. Однако Ира и не надеялась, что у той был хоть какой-то опыт в таких делах, всё-таки здесь был особый случай.

Как только у Иры появились собственные деньги, она начала ходить по разным специалистам: гадалкам, колдунам, бабкам, экстрасенсам, но никто даже не брался ей помочь. Нет, деньги-то как раз брали, но разводили руками и советовали особо не болтать о мире магии — чтоб не отправили куда следует.

Оля говорила, чтоб лучше бы она к психотерапевту сходила — всё больше проку, да и Мама Вера тоже советовала обратиться к кому-нибудь с дипломом, а не с каким-то там потомственным даром. Ира их слушала, кивала, но всё равно делала по-своему — уж она-то знала, что не сошла с ума.

Под утро Ира смогла забыться сном, но проспала всего несколько часов — больше не получилось, потому что взбудораженный мозг бездействовать не согласился. Царства Морфея ему, видите ли, не хватило, реальность ему подавай! Даже не дал насладиться снами-воспоминаниями. С другой стороны, ну и ладно — скоро она и так попадёт в родной мир.

Перекусив бутербродом с сыром, Ира вызвала грузовое такси, потому что в обычное все её коробки и клунки ни за что не поместились бы. Ехать нужно было на окраину города, где пышным цветом цвёл частный сектор — застройщики много раз совались сюда, но золотая земля им пока не светила — здесь жили в основном сироты. Кто-то свой домик получил, а кого-то взяли на воспитание в детский дом семейного типа. В одном из таких Ира и воспитывалась. Тогда Маме Вере помогал Папа Андрей, но его, увы, уже не было в живых восемь лет.

Дом Васнецовых мало отличался от остальных таких же, но при этом от него за километр веяло любовью и пониманием. Пожалуй, именно по этому месту и этой семье, пусть и неродной по крови, Ира и будет скучать больше всего.

— Мам Вер! — ещё у калитки заорала она. — А я с гостинцами! Васька! Артём! Идите помогите мне!

Два подростка выбежали из дому с дикими воплями и принялись сперва обнимать самую старшую из сестёр, а потом, как профессиональные грузчики, понесли вещи внутрь. И стоило Ире переступить порог, как её тут же поймали в объятия две девчушки пяти и шести лет. Только один Павлуша сидел на руках у матери и сосал палец.

— И как это понимать? — спросила Вера Юрьевна, когда детвора унеслась разбирать гостинцы. Даже самый младшенький уполз за ними.

— Мам Вер… — Ира заключила её в объятия.

— Мм?..

— Мам Вер, я больше не вернусь.

Та округлила глаза:

— Куда это ты? Неужто опять…

— Мам Вер, я чувствую. На этот раз точно.

— Дурочка моя…

— Мам Вер, люблю тебя… — Ира спрятала мокрое от внезапных слёз лицо в основании её шеи.

— И я тебя, люблю, Ириш. — Она погладила её по голове. — Ты, как к своей гадалке…

— Ведьме, — всхлипнула та.

Вера Юрьевна усмехнулась, но послушно поправилась:

— Ты, как к своей ведьме сходишь, к нам потом приходи. Я пироги затеяла, заодно и вещи свои заберёшь.

— Мам Вер!..

— У… Рёва! — Она поцеловала дочь в макушку и улыбнулась с нежностью. — Такая большая, а всё слёзы роняешь!

На приём Ира едва не опоздала — братишки-сестрёнки никак не хотели её отпускать. Пришлось немного потратиться на такси, и ровно в пять пятьдесят девять она нажала на кнопку дверного звонка. Дверь протяжно заскрипела, как в фильмах ужасов, и на пороге появилась сухопарая женщина, одетая в чёрное платье в пол, а лицо её скрывала чёрная же вуаль.

— Здравствуйте! Я Ира, я по записи!

Ей жестом велели проходить.

— Хорошо. — Дама в чёрном, казалось, не шла, а плыла, и Иру заворожила плавность её движений. — Вы Агнесса, да?

— Клара. — Её гнусавый голос было невозможно перепутать ни с чьим другим. — Деньги вперёд.

Сняв пуховик в прихожей и положив довольно пухлый конверт на серебряный поднос, на который указала Клара затянутой в чёрную перчатку рукой, Ира прошла в другую комнату — один в один как в сериалах про гадалок: темно, повсюду свечи, какие-то монетки, перья, на вид древние фолианты, бусинки, камешки и прочая мелкая дребедень — надо же имидж поддерживать. Единственным, что отличало этот салон от ему подобных, стала гигантская клетка с хомяком прямо у ведьмы на столе.

— Проходи, не стой в дверях, — велел непривычно низкий для женщины голос. Зато сама она как раз была необычно высока — даже сидя она казалась двухметровой. И в то же время за мужчину её никак не получалось принять — более женственной особы Ира ещё не встречала. Но всё равно её куда больше взволновала клетка.

Двухуровневая клетка с деревянными лесенками, свежими опилками, колесом, поильником, мисочкой и… Гамаком! У хомяка был свой гамак! И он на нём совершенно по-царски возлежал. Да это ж самый настоящий хомячий дворец! И что происходило за его пределами, пушистика, по-видимому, не заботило.

— Здравствуйте, Агнесса!

Та кивнула, и подбородком указала на стул, однако клиентка его проигнорировала и остановилась около хомяка.

— Какой милый! — восхитилась Ира и пригнулась, чтобы получше рассмотреть его. — А как его зовут?

Агнесса скрестила руки на груди и стала нетерпеливо постукивать длинным ногтем по плечу, всем своим видом показывая, что время — деньги, а болтливая клиентка и так потратила его уже с лишком.

— Феликс.

— Феликс… — Ира провела пальчиком по прутьям, но хомяку по-прежнему было наплевать. — Какое красивое имя… Такой милаш!

— Тварь он прожорливая, а не милаш, — донёсся откуда-то сбоку голос Клары.

— А сколько ему?

Агнесса нахмурилась, припоминая:

— Пять лет у нас живёт. Всё никак не сдохнет морда его ненасытная. Ест, спит и гадит. Что уставился?

Ведьма скривилась, глядя на него, хомяк же плевать хотел на то, что там думает его хозяйка. Да и какая она ему хозяйка? Это он хозяин жизни!

— И отдать эту скотину никуда не могу, — проворчала Агнесса. — Ещё и обхаживать паршивца должна. — Ира повернула к ней голову и заинтересованно уставилась. Ей-то хомячок понравился, а потому стало любопытно, чем же такая симпатичная животинка смогла насолить настоящей колдунье. — Да карты всё… — сдалась ведьма. Клиентка за приём заплатила, а раз ей просто поболтать хочется, то и ладно. Заодно и выговориться можно — накипело! — Как ни раскладываю, а они всё одно говорят: хомяк должен остаться здесь, пока сам не уйдёт в мир иной. Ещё и заботиться о нём надо! Тьфу! Нормальные хомяки три года живут, а этот… Эта скотина ещё и не всякий корм жрёт, и опилки ему два раза на день меняй, и воду только определённой марки. Ещё и на столе моём непременно жить должен! Ух, скорей бы он уже…

— Не говорите так, пожалуйста! — вступилась за несчастное животное Ира, выпрямляясь. — Он же всё понимает!

— Очень на это надеюсь, — проворчала ведьма. — Так, мы работать будем? Зачем пришла?

В двух словах рассказать не получилось, и Ира пустилась в объяснения, одновременно с этим просовывая палец в клетку в надежде на то, что хомяк соизволит сползти с гамака и подойдёт познакомиться. Однако Феликс и не думал проявлять гостеприимство. Он зевнул и повернулся к гостье задом.

— А я хотела его погладить, — вздохнула Ира и убрала руку.

— Хочешь — гладь, — пожала плечами Агнесса. — Открой клетку и гладь.

— А можно?

— Можно, можно, — закивала ведьма. А сама воспользовалась передышкой, чтобы подумать, что делать со странной клиенткой. Дурку вызвать? Это можно, но лучше бы не сюда, а то так и репутацию потерять можно. Кто тогда решится к ней идти? Но отвязаться как-то надо…