Алла Касперович – Бумажный самолётик (страница 47)

– Угу, – кивнула я, вымешивая тесто, – может быть, сегодня Алек заглянет. И Рэд.

После моего короткого рассказа, сопровождаемого периодическим похрюкиванием Моры, она сказала:

– И ты ничего не поняла, да?

– В смысле? – Я поставила сметанники в духовой шкаф и повернулась к компаньонке.

– Горемычная, ты притворяешься или правда ничего не понимаешь?

Я поджала губы и сложила руки под грудью, всем своим видом показывая, что и не думала притворяться.

– Мда… – протянула Мора и хихикнула. – Горемычная, вот теперь я понимаю, почему тебе с мужиками не везёт!

Кажется, до меня начинало доходить… Может быть, то, что я себе придумала, я вовсе не придумала?..

– Ты хочешь сказать?..

– Вот именно! – хохотнула Мора, а потом округлила глаза: – Горемычная, у тебя там что-то подгорает! Сметанники спасай! Быстрей!

– Да ё-моё!!!

И как я могла забыть, что в этом мире еда, если есть особый талант, готовится очень быстро! К счастью, сметанники удалось спасти, хоть они и получились румянее, чем обычно. По крайней мере, никого кормить угольками не придётся.

– Так… Горемычная, а теперь давай вернёмся к нашим…

– … баранам, – машинально закончила я за кобылу.

– Каким баранам? – моргнула она.

– Не обращай внимания, – отмахнулась я. – Пойдём лучше в гостиную.

Мора устроилась на своём любимом покрывале, а я уселась с ногами на диван. Вопиюще неприличная поза, как я недавно знала, для здешнего общества. К счастью, как сказала бы Анька, моей компаньонке на сей счёт было глубоко по серо-буро-малиновому барабану.

– В общем, до тебя дошло, что они оба имеют на тебя виды?

– Вроде того, – кивнула я. – Только мы с Алеком уже определились, что мы с ним только друзья.

– Ну и правильно! – одобрила Мора.

– Почему это? – Не то чтобы я не была с ней согласна…

– Помнишь, что я тебе говорила? Наш Алек со всеми одинаково добрый и внимательный. – Она зевнула. Я вообще заметила, что выглядела моя компаньонка крайне уставшей. Чем же она всё то время, что отсутствовала, была занята? – Нет, я, конечно, вижу, что к тебе он относится по-особому, но… Знаешь, горемычная, не кажется мне он влюблённым.

– Мне тоже, – подтвердила я. Да, его внимание приятно, и несколько раз даже бабочки немного попорхали в животе, но не более.

– А вот Рэд – другое дело, – продолжила Мора, ещё отчаяннее зевая. – Если уж он привязывается, то это навсегда. С детства такой. Ты б пригляделась, что ли…

Мора сладко засопела, а я подтянула к себе колени и обхватила их руками, призадумавшись. Я и Рэд? Да ну! Да ладно!.. Ну, нет… Нет. Нетушки! Я всегда осознанно обходила жгучих красавчиков стороной и никогда об этом не жалела. Сколько я таких бабников перевидала! Вон у Аньки вообще целая коллекция собралась. Но… Сколько я уже здесь живу, а ни разу не слышала, чтобы говорили о его романтических похождениях. Он даже не флиртовал ни с кем! Разве что со мной…

Ё-моё…

А вот и бабочки прилетели.

Глава 23

Вечером Рэд так и не приехал, хотя все остальные заявились дружной компанией. Даже Элис с собой прихватили! За столом она сидела с таким гордым видом, будто ей было всё равно, как мы к ней относимся, хотя я заметила, как нервно она теребила платье, думая, что никто не видит. Ну-ну, ну-ну. Если честно, мне было немного жаль девчонку, ведь Алек её в упор не замечал, а она, наоборот, не спускала с него глаз. Иногда мне хотелось треснуть нашего доблестного главу по его холёной головушке. Чурбан бесчувственный. Хотя, может, так и надо – не мне судить.

Сметанники смели почти мгновенно, но я, прекрасно зная своих друзей, припасла и другие угощения. Мы хохотали, веселились, в общем, прекрасно проводили время, но я то и дело ловила себя на мысли, что поглядываю в ту сторону, откуда мог бы появиться наш бессменный целитель. Но, когда все разъехались, он так и не появился.

– Горемычная?

– Мм? – Я оторвалась от мытья посуды и повернула голову к стоящей около меня Море.

– Мне это… завтра утром опять нужно по делам сбегать…

– Хорошо, – кивнула я и вернулась к работе.

Я снова погрузилась в свои мысли, посчитав, что кобыла ушла спать, и вздрогнула, когда услышала её тихий голос:

– Горемычная… Я тебе всё расскажу. Обязательно. Подожди немного, хорошо?

– Хорошо, – ответила я не оборачиваясь. А из-за навернувшихся на глаза слёз счастья посуда показалась мне иллюзией. Зато доверие Моры – нет.

Рано утром, как и предполагалось, я проснулась в гордом одиночестве, если не считать весело переругивающихся птичек под моим окном. Не знаю, что уж они там не поделили, но спорили очень громко. Сперва я хотела ещё часок поваляться, но передумала – работы непочатый край! Сладенько потянувшись, я спустила ноги на пол, нащупала тапочки – Элла недавно подарила, – и встала. Ночью, видимо, прошёл небольшой дождик, потому что воздух был настолько свеж, что я надышаться не могла, даже не выходя на улицу. Никуда не торопясь, я умылась, почистила зубы, расплела косы и расчесала волосы. Подумала было заглянуть в шкаф, но вместо спальни прямиком направилась во двор. В такую рань я гостей не ждала, а потому не стала утруждаться с переодеванием и пошла по утренней росе босиком и одетая только в коротенькую светло-голубую пижамку, состоявшую из маечки на бретельках и шортиков.

А ведь когда-то, но уже в прошлой жизни, моё утро начиналось со звонка будильника, крепкого кофе и спичек в глазах. Сейчас же я прекрасно просыпалась и сама, чему никак не могла нарадоваться. А что ещё приносило мне самое настоящее счастье, так это мои качели. Качелечки мои! На них я вскоре и оказалась. Эх, как же здорово!

Единственное, что немного омрачало моё утро – то, что я совсем позабыла о приближении осени, и солнце ещё не успело прогреть воздух. Какую-нибудь кофточку всё же стоило накинуть на плечи, да и обувь не помешала бы. Конечно же, я могла бы и в дом вернуться, но мне так не хотелось покидать своё уютное гнёздышко, поэтому я просто забралась в него с ногами и поджала их под себя. Стало немного теплее, но мурашки всё равно упорно бегали по коже. Что ж, с пробежками по росе, похоже, придётся повременить.

Прохлада всё-таки меня проняла, и я слезла с качелей, и тут же мои ступни оказались во власти обжигающей холодом росы. Точно с закаливанием завязываю!

– Холодно, холодно, холодно… – бормотала я, прыгая по траве.

Я была уже на полпути к дому, когда услышала негромкий шум – так ломаются веточки под колёсами самоходки. Повернув голову в сторону звуков, я замерла, когда увидела, кто ко мне приехал.

– Рэд! – обрадовалась я. Если честно, я думала, что буду смущаться, когда увижу его, ведь я теперь знала, ладно, подозревала, что он ко мне чувствует. Однако никакого стеснения я не ощутила, зато бабочки на этот раз не ограничились животом, а заполнили меня всю. Или это были всё те же мурашки, только пробравшиеся внутрь.

Самоходка остановилась, но её возница и не подумал выходить. Он с широко раскрытыми глазами уставился на меня, рот его приоткрылся, но не вылетело ни звука. Я начинала волноваться.

– Рэд?.. – Я подошла к самоходке, а парень, не переставая, таращился на меня. – Рэд, всё в порядке? У тебя всё хорошо?

Он сглотнул и наконец произнёс:

– Сердце моё… Ты не могла бы одеться?

– А?

Я оглядела себя: лично меня мой вид нисколечко не смущал. В моём родном мире никого особо не удивишь подобными нарядами. Я видала и откровеннее. Взять хотя бы Аньку, например. Мне кажется, если было бы можно, она вообще ходила бы всё время голышом. До такой степени я эксгибиционизмом не страдала, но и никогда не стеснялась собственного тела.

– Я тебя смущаю? – улыбнулась я и склонила голову набок. Холодно, но весело.

Он снова сглотнул, но взгляд не отвёл, хотя и старался смотреть исключительно на моё лицо, что меня весьма позабавило, а заодно и показалось удивительно милым.

– Да, – кивнул целитель и всё-таки выбрался из самоходки. – Прости, сердце моё, но это слишком для меня.

Так, Лиля, ты, кажется, опять забыла, что в этом мире немного другие порядки. Растревожила бедного парня! Хотя… Анька была бы мной довольна. Да и Элька, наверное, тоже, правда, она наверняка предпочла, чтобы на мне вместо миленькой пижамки было надето что-то вроде кружевного белья. Впрочем, Рэд видел и не такое, если уж вспомнить нашу первую встречу.

– Да я бы оделась, – улыбнулась я, – если бы знала, что кто-то придёт в гости так рано.

– Рано? – Он с удивлением на меня посмотрел, а потом потёр ладонью глаза. – Прости, сердце моё. Ночь бессонная выдалась, не уследил за временем.

Лиля, Лиля! И как ты сразу не заметила, что Рэд выглядит не просто уставшим, а измученным!

– Что-то случилось? – Лиля, не задавай глупые вопросы – и так понятно. – Что случилось?

Рэд потёр висок и ответил:

– В Киттигарде много людей и лошадей отравилось. В колодец кто-то слил какую-то гадость.

– Ничего себе! – ахнула я. – Нарочно или случайно?

– Пока неизвестно. Выясняют.

То, как говорил сегодня Рэд, меня не на шутку обеспокоило. Судя по всему, он не то, что устал или измучен, он измождён!

– Пойдём скорее в дом! Я тебя покормлю и свой особый отвар приготовлю! – Я схватила его за руку и потащила за собой, но парень не особо сотрудничал, поэтому я, поняв, в чём дело, пообещала: – Да оденусь я, оденусь!

Уже в доме Рэд поинтересовался: