Алла Касперович – Бумажный самолётик (страница 24)

– А теперь мы с тобой обе сделаем вид, что ты всё это время спала и ничего не слышала. Горемычная?

– А? – всхлипнула я. – Ты что-то сказала? Я спала.

– Вот и умница.

Утро началось с уже привычного пения птиц. Свежий воздух, напоенный ароматом лесных трав, заставлял думать о том, что впереди нас ждёт чудесный день. Дышать было легко и приятно, а вот открыть глаза – нет. Я вчера столько слёз пролила, что мои веки опухли настолько, что стали похожи на слипшиеся сардельки. Кое-как я их всё же разлепила.

Компаньонки моей рядом не оказалось, но я не переживала, потому что слышала шелест травы под её копытами. Холодно мне не было – она так аккуратно и качественно подоткнула моё покрывало, что я в какое-то мгновение даже подумала, что меня спеленали.

Конечно же, домой я не вернулась. И если честно, сегодня я была этому рада – мне совершенно не хотелось оставлять Мору одну после нашего ночного разговора.

Я стащила с себя покрывало, сложила его и оставила на сене. Кажется, я уже начала обживаться.

– Горемычная, проснулась? – Мора заглянула ко мне в стойло. – Мать моя кобыла…

– Доброе утро.

– Горемычная, иди умойся. Не наводи тоску.

– Спалось просто плохо.

– Угу. Я поняла.

Колодезная вода помогла снять припухлость, но я всё ещё напоминала кролика. Взъерошенного такого кролика. К тому же и одежда моя выглядела не очень опрятно. Нужно будет Эллу попросить, чтобы она наколдовала мне ночную рубашку. Нет, лучше пижамку. Взамен той, которой я лишилась по вине одного белобрысого летуна. Эх, моя любимая пижамка… В звёздочки…

Во мне ещё осталась привычка – собственно, а куда ей деться за такой короткий срок? – каждый день надевать что-нибудь другое, чтобы никто на работе не подумал, что у меня мало одежды. Поэтому и сейчас я нарядилась в васильковое платье, убрав в сарайчик юбку и блузку.

– Давай завтракать, что ли. – Мора оглядела меня с ног до головы, поморщилась, когда задержалась на моём лице, но в принципе осталась довольна.

– Давай!

Из вчерашних гостинцев осталась ровно половина, её мы и прикончили. Для полного счастья мне не хватало только чашечки чая или кофе. Да я даже на какао согласна, хоть и не очень его люблю.

А потом началось веселье.

Первой к нам явилась Элла.

– О, ты уже оделась… – протянула она, разочарованно рассматривая мой чудесный ярко-синий наряд.

– Ага, – кивнула я с набитым ртом, проглотила и спросила: – А что?

Спустя полчаса мой гардероб пополнился на две пижамки – нежно-голубую и тёмно-синюю, новое бельё и изумрудное платье, в котором я и осталась.

– Спасибо! – Я обняла свою личную портниху и поцеловала её в щёку. – Я в полнейшем восторге!

– Я-я рада… – Элла, как обычно, мило покраснела. – Давай ещё кое-что попробуем, пока у нас время есть.

– Это ты о чём? – поинтересовалась я.

На лице девушки появилась хитрая улыбка, и мой вопрос остался без ответа. Зато я обзавелась ещё несколькими украшениями для волос. Например, под сегодняшнее платье Элла сделала мне несколько золотых атласных цветочков, их я вплела в свои косы. Эх, ещё бы тушь и тональник с консилером, чтобы скрыть следы недосыпа и… Переплака?

– Лили, ты такая красавица! – восхитилась Элла.

– Твоими стараниями! – Я покрутилась перед своими девочками, чтобы они лучше меня рассмотрели.

– Ничего так, ничего так, – покивала Мора.

Мы как раз успели закончить моё переодевание, когда на нашу поляну приехала самоходка и остановилась прямо перед нами. Я аж рот открыла от удивления, когда её увидела. Нет, в самой самоходке не было ничего необычного, если не считать того, что она была раза в четыре, а то и в пять больше вчерашней. Впереди стояли Алек, Гейб и Рэд, а за ними…

– Что это? – Я указала на груз, совершенно позабыв поздороваться.

– Подарок! – Белобрысый мальчуган светился так, словно именно он его и выбирал. – Ирхан просил передать!

Я с тревогой глянула на Мору, но она осталась безучастной. Ан нет, раздражённой.

– И что этот козлина опять удумал? – фыркнула она и топнула.

Алек и Рэд не теряли времени даром. Они быстро выбрались из самоходки и, словно многоопытные грузчики, принялись выгружать жаровые шкафы и другую уже хорошо знакомую мне кухонную утварь этого мира. А также огромный мешок муки, мешок сахара, овощи, фрукты и что-то ещё в кадушках, но я пока не знала что.

– Сердце моё, ты сегодня просто очаровательна! – Рэд послал мне воздушный поцелуй, когда они закончили с выгрузкой.

– Благодарю, – я ответила целителю улыбкой. Кажется, я начинала привыкать к его манере общения.

– Тебе очень идёт! – Голос Алека бархатом прошёлся по моей самооценке.

– А мне цвет не нравится! – сложив руки на груди, заявил Гейб. – Слишком… Слишком зелёный! – Получив по подзатыльнику от старшего брата и его лучшего друга, он сразу же поменял мнение: – Очень красиво!

Мы все, включая мальчика, засмеялись, а потом посмотрели на подарок. Ведь существовало одно препятствие…

– Берём, – милостиво позволила Мора.

Мы все разом на неё уставились – ни для кого не секрет, что от Ирхана она подарки не принимала. Разве что еду. И то с оговоркой, что для меня.

– А что? – фыркнула кобыла. – Кто за это всё платил?

– Я, – отозвался Алек, пока не очень понимая, к чему она ведёт.

– Вот! Значит, подарок от Алека. Кто со всем этим возиться будет? Правильно: Лили! А это значит что?.. – Она обвела всех нас взглядом. – Значит, это подарок от Алека для Лили.

Л – логика.

Никто не стал возражать, и уж я тем более. Готовить я всегда любила. Нет, готовить я всегда обожала! Сколько мы с бабушкой пирожков напекли, пельменей и вареников налепили, голубцов накрутили, супов наварили… А когда я уехала в большой город и начала самостоятельную жизнь, я немного охладела к стряпне, ведь мне некого было баловать своими кулинарными шедеврами. Изредка я радовала Аньку и Эльку, но это не считается. А потом появился Сеня. Я очень, очень сильно хотела ему угодить, но это оказалось не так-то просто. На очень многие продукты у него была аллергия, а то, что можно, не всегда приходилось ему по вкусу. Зато почти каждый раз, когда я для него готовила, он сравнивал мои блюда с мамочкиными. И, разумеется, я всегда проигрывала.

– Эй, горемычная, чего застыла? Ану отомри! Твоя кормилица проголодалась!

Хмыкнув, я покачала головой и благоговейно провела ладонью по одному из жаровых шкафов. Под моей рукой он словно ожил, приятное тепло манило меня, и мне не терпелось опробовать свой подарок. Вот сейчас я всех как накормлю!

Однако моему плану было не суждено сбыться.

– Лили, Мора, – Алек посмотрел сначала на меня, потом на мою компаньонку, – мы очень рады, что вам понравился подарок, но нам всем пора.

– Давайте останемся! – заныл Гейб. – Я ещё ничего не пробовал! Вы все рассказываете, как Лили вкусно готовит, а сами мне даже кусочка не принесли! Чесслово, так не честно!

– Тебе ещё в школу нужно! – одёрнул его старший брат.

– И мне, – вздохнула Элла.

– И мне, – кивнул Рэд. Мы разом уставились на него, и он поспешил пояснить: – В смысле, не в школу, а на работу. Навестить одну милую даму на сносях нужно. Сердце моё, надеюсь, ты мне припасёшь кусочек чего-нибудь вкусненького!

– И мне! – К его просьбе присоединились ещё три голоса.

И только Мора таинственно ухмылялась, потому что знала, что уж она-то точно голодной не останется.

Благодетели уехали, и мы с кобылой остались вдвоём, но ненадолго, потому что моя милая компаньонка решила оставить меня одну.

– Не серчай, горемычная. Побегать мне надо – застоялась я. Не скучай!

Она умчалась, а я оглядела свои новые игрушки. Ох, как же мне всё нравилось! Жаровые шкафы и всё остальное Алек и Рэд перенесли в стойла, чтобы на них не попал дождь, если вдруг начнётся. В кадушках я обнаружила свежайшие дрожжи, специи, соль и ещё множество полезных в хозяйстве вещей.

По-хорошему, неплохо было бы построить летнюю кухню, но это уже было выше моих полномочий. Всё же полноправной хозяйкой здесь являлась Мора, а я в любое мгновение могла вернуться в свой родной мир. Но признаю, у меня потихонечку начинали появляться мысли о том, что можно было бы и в этом мире немного погостить. Чуть-чуть совсем. Недельку или две. Или три. Нет, три – это много. Но, пожалуй, сегодня я не буду запускать самолётик. Я ведь могу задержаться на один денёк, правда?

А ещё я бы очень хотела, чтобы у Моры появился настоящий дом. Психолог из меня никакой, совсем никакой, но после её рассказа мне стало казаться, что она нарочно ничего не меняет. Будто наказывает себя за то, что не была с семьёй, когда случилась трагедия. И как помочь своей спасительнице, я не представляла.

Ну, я её могла хотя бы покормить.

Готовить в новеньком платье я поостереглась. И раз уж блюстителей морали не было поблизости, я переоделась в брюки и принесла в жертву свою белоснежную блузку. Почему именно в жертву? А потому, что я всегда оставляю пятна на белой одежде. В гостях у Алека я тоже умудрилась вымазать рукав, но я его застирала, и всё снова стало чисто и прекрасно. Второй раз так может и не повезти. И почему я не додумалась попросить у Эллы передник?

Закатав рукава, я приступила к волшебству. И в этом мире это означало именно то, что я и сказала.