Алла Гореликова – Кого поймает Шери Грейс? (страница 4)

Глыба необработанного белого ракушечника посреди площади наверняка удивила бы не знающего, но о главной достопримечательности Русалочьего наслышаны, кажется, даже едва вылезшие из пеленок младенцы. Тем обидней, что до сих пор я только смотрела на нее издали!

– Подержи, – сунула Виэну свой рюкзак и побежала навстречу своей самой первой детской мечте.

– Эй, может, переоденешься? – крикнул вслед Вин.

– Не страшно! – отмахнулась я.

Ближний край Камня даже до колена мне не доходил. Маленьких детей туда подсаживают – те родители, которые не повернуты на «это может быть опасным», как мама, а я легко запрыгнула на ноздреватую глыбу и, мелко семеня, пошла вперед. Вперед и выше – Русалкин Камень похож на гребень волны, и под этим гребнем легко поместится даже верзила вроде Дага. Шаг – желание. Пусть у нас все получится. Пусть я увижу единорогов. И добуду шерсть. И схема у ребят заработает как надо. И, пожалуйста-пожалуйста, пусть Даг наконец обратит на меня внимание! То есть, как на девушку, а не маленькую сестренку друга. А бабулины «завидные женихи» пусть найдут других невест, не меня. Я хочу замуж за Дага.

Мир крутанулся, перехватило дух, и я оказалась в воде. В море, шагах в двадцати от берега. Шлепнулась прямиком в плавную, округлую волну, подняв кучу брызг и счастливо завизжав: сошлось! Портал сработал как раз на самом заветном желании! Верная примета.

И море такое теплое, ласковое. В черной воде отражаются яркие-яркие звезды, и до самого горизонта пляшет лунная дорожка. Красиво!

Волна качнула вверх-вниз, я раскинула руки. Как же хорошо!

– Выходи, – крикнул с берега Виэн. – Пойдем на нормальный пляж купаться!

Тоже верно, хоть поплаваем. Здесь совсем мелко, как раз для детишек.

Я еще побултыхалась немного, исключительно для удовольствия, и пошлепала к берегу. Хорошо, что решила сбегать из дома в шортах, а то облепившая ноги мокрая юбка была бы сейчас совсем некстати. А майка… майка и так в обтяжку, и, ого, куда это пялится Даг? Неужели одно желание, про внимание, уже начало сбываться?

Я спрятала улыбку и накинула на плечи полотенце – молодец, Винтик, это ты вовремя сообразил!

– Спасибо, Вин, а почему не высушивающие чары?

– А зачем? Все равно снова в воду полезешь. И скажи честно, ты правда хочешь высушиться? Если да, я сделаю.

– Не надо, – я засмеялась и замотала головой. – Это же здорово, хоть раз в жизни побыть неправильно мокрой!

В Русалочьем мы отдыхали несколько раз всей семьей, но такого чувства ошеломительной свободы у меня не было никогда. Отдыхом рулила мама, а у нее не дернешься, все по графику. Море строго с утра и до полудня, пока еще не слишком жарко, обед в пристойном семейном кафе, дневной моцион в парке, вечерняя «культурная программа» (терпеть эти слова не могу!), и отход ко сну ровно по часам, никакого «посмотреть на звезды» или, о ужас, искупаться в ночном море. И, да, высушивающие чары – обязательны, а полотенце на плечах – дурной тон.

– Вон раздевалки, – махнул рукой Вин, – доставай купальник и вперед.

– Эй, парни, а вы догадались взять плавки?

Даг – не догадался. Зато сунул в рюкзак запасные шорты, и мы вволю насмеялись над «пляжным стилем прошлого века». И наперегонки побежали плавать. Горизонт стремительно светлел, еще немного, и на пляж потянутся самые ранние утренние пташки, а нам надо будет найти открытое спозаранку кафе, позавтракать и ждать сообщения от метрессы Айнари. Когда еще так наплескаемся!

И почему мы раньше никогда не убегали сюда сами, без родителей? Папа, наверное, отпустил бы.

Рассвет над морем и сам по себе – нечто, но этот… На всю жизнь его запомню!

Нет, сначала все было красиво, волшебно и романтично. Узкая полоска облаков над самым горизонтом окрасилась радостно-алым, розовым, золотым, небо прошло все оттенки от лилового до насыщенно-голубого, а море – от черного до глубокого бирюзового у горизонта и серо-зеленого у самого берега, медленно поблекли звезды, и только узкий серпик луны держался какое-то время под солнечными лучами, не желая исчезать. Я сидела на песке, накинув на плечи полотенце, рядом валялся Виэн, и только Даг все еще нырял, словно какой-нибудь кладоискатель.

А потом воздвигся из набежавшей волны и помчался к нам, в своих ярко-синих шортах, облепивших ноги до колена, потрясая чьей-то огромной клешней – правда огромной, с полметра длиной! – и завывая на весь пустой, к счастью, пляж:

– Вы только посмотрите, что я нашел! Сенсация! Ма будет в восторге, это же…

Что или кто «это же», я не дослушала. Вдруг стало обидно и горько: вот с ним рядом, в двух шагах, симпатичная девчонка в закрытом, зато идеально обтягивающем купальнике, и неужели какая-то клешня, пускай даже сенсационная – интересней?!

Я вскочила, разбежалась и врезалась в волну. Обдало с головой, я поднырнула под гребень и поплыла. Море взяло на ручки, обняло – теплое, по-утреннему голубое, а у горизонта затянутое облачной дымкой – только по ней и угадаешь, где заканчивается море и начинается небо. Даже почудилось, что слышу где-то далеко и глубоко песню русалок, но я не стала, конечно же, прислушиваться, мне еще не надоела твердая земля под ногами. Поплаваю и вернусь. А этот дурак пусть обнимается со своей сенсационной клешней!

Я сама не поняла, насколько далеко заплыла, и вернулась на берег аж через час. Ну, если верить воплям Дага и Виэна. Они, видите ли, за меня испугались! Будто не знают, что я отлично плаваю! Вот честное слово, лучше бы кое-кто замечал меня, когда я рядом.

Но вслух я этого, конечно, не сказала. Просто предложила найти какое-нибудь круглосуточное или уже открывшееся кафе, если они не собираются повторять мой заплыв.

– Или вы собирались романтично позавтракать на пляже? Ничего не имею против романтики, но только не с подозрительными клешнями, пусть они хоть сто раз сенсационные.

Братик вместо ответа крепко взял меня за руку. Как маленькую, честное слово! А потом, покосившись на Дага, вдруг предложил:

– Постереги ее с другой стороны, Дагнар. Думается мне, за этой юной девой нужен глаз да глаз. А то вдруг снова уплывет. У русалок, я слыхал, с романтикой все в порядке.

Хм. Неплохо. Возможно, в моем братце все-таки просыпается иногда что-то похожее на хитроумие. Вот и Даг пробурчал что-то вроде «никаких русалок» и при этом, похоже, даже смутился. По крайней мере, взгляд от своей сенсации точно оторвал!

Кафе мы нашли совсем рядом с пляжем, буквально в двух шагах, и подавали там сплошь морепродукты. Скажу я вам, акула по-боцмански после часового заплыва идет на ура! Под шуточки, что лучше встретиться с нею здесь, чем в море…

Да и кофе оказался очень даже неплох. Крепкий, ошеломляюще ароматный, он прогонял сон не хуже бодрящего зелья. А какие к нему подавали сырные лепешки, м-м-м…

Мы долго там сидели, пили кофе и слушали прибой. Плескались волны, кричали чайки, а за спиной пробуждался город. Далекие голоса и шум моторов, обрывки музыки, как будто кто-то никак не мог выбрать, на чем остановиться, и перебирал песню за песней, мелодию за мелодией. В кафе потянулись первые, самые ранние посетители за дозой утреннего кофе и горячими, с пылу с жару лепешками. Я прислонилась к плечу Дага, а он и не подумал отстраниться. Правда, как-то странно замер, будто пошевельнуться боялся. Может, до него и правда вдруг дошло, что я взрослая и, надеюсь, довольно симпатичная девушка, а не только их с Виэном бессменный ассистент? Было бы здорово. Ну а если нет – ничего, наверняка в нашем путешествии будут еще подходящие моменты, чтобы показать ему эту простую истину!

В общем, чудесное утро.

Было. Пока перед нами не возник мамин бормотунчик. Он у мамы приметный: золотая яркая сойка, почти материальная, и отлично передает интонации, а не просто бормочет, как у магов послабее. Вот так посмотришь, послушаешь, и аж зло берет – наглядно же видно, насколько мама сильная магичка, а строит из себя чинную домохозяйку, у которой все интересы – муж, дети, уют и правильное питание.

– Шерина Грейс, куда бы ты ни сбежала, немедленно домой! Бабушка ждет! – судя по голосу, мама была на грани между паникой и бешенством. Мы с Винтиком переглянулись и в один голос скомандовали:

– Валим!

– И подальше, – подхватил Даг. Не хуже нас знал, что мама вполне способна отправить по следу бормотунчика ищейку! Когда дело касается детей, понятия личного пространства и приватности становятся для нее исключительно теоретическими.

ГЛАВА 3. От бабушки так просто не уйдешь

Спрятаться от ищейки проще всего в толпе, а где найти толпу рано утром в приморском городе? Ясное дело, на рынке! Туда мы и отправились. Узкие извилистые улочки были почти пусты, только разъезжали на своих велотележках молочники да направлялись к морю самые нетерпеливые ранние пташки из отдыхающих. В этой части города не было ни отелей, ни многоквартирных «муравейников», только небольшие одноэтажные дома за невысокими заборами из белого и желтого ракушечника. Красивые и опрятные, как на глянцевых картинках из журналов о садовом дизайне: белый кирпич, красная черепица, начищенная бронза флюгеров, и все это – в пышных волнах зелени. Заборы увиты диким виноградом, стены домов – лиловым, пурпурным, фиолетовым клематисом, алыми и желтыми плетистыми розами, плющом и хмелем. А тротуары настолько чистые – поверишь, будто их здесь с мылом моют!