Алла Алмазова – Нисхождение (страница 27)

– Окно закроешь, их станет меньше. Они на свет слетаются.

Девушка встала, закрыла окно. Накрыла покрывалом уснувшую от усталости Леону.

Легенда

― Издревле Визария славилась землёй плодородной и трудолюбивыми людьми. В мире и согласии жили визарийцы друг с другом. Древние шаманы Пустоши Геримора помогали людям призывать дожди и оберегали землю от ненастий и штормов. Драконы четырёх стихий были тотемными животными шаманов.

– Вспомнила, ― Лави неожиданно громко выкрикнула, ― я, когда в библиотеку только пришла, там Меллори фолиант достала «Путь Дракона», магистр Дориан сказал, что это ‒ легенда.

– Тише, Леону разбудишь, ― приложил указательный палец к губам скиталец, ― если ты будешь меня перебивать, моя история получится неинтересной. Слушай внимательно.

– Молчу, просто хотела помочь, ну там, что легенда не только у твоего отца была.

– Всё, я не буду тебе рассказывать.

– Камран, ― Лави намеренно обратилась к мужчине по имени, нараспев произнося его имя.

– Ладно, только не перебивай. Драконы четырёх стихий: огня, воздуха, земли и воды. Они помогали шаманам хранить гармонию явлений природы и проводить ритуалы. Погреба домов были полны запасами, поля и сады плодоносили, горы дарили нужные ресурсы, для создания орудий труда, чтобы можно было возделывать землю и строить новые жилища. Не было бедных или голодающих. Каждый занимался своим ремеслом.

Однажды утром, на берег океана, омывающего Визарию, причалил корабль. Визарийцы никогда не встречали раньше иноземцев. Они гостеприимно отнеслись к доброжелательным путешественникам, тем более, что на борту, кроме команды и капитана, были совсем маленькие дети. Шаманов сразу насторожило то, что дети их не были похожи на взрослых путешественников с корабля. Но жители Визарии, очарованные дорогими подарками и льющимся из бочек трюма вином, не хотели слушать предупреждения обитателей пустоши. Алкоголь, блуд и праздный образ жизни объяли визарийцев. Под предлогом того, что сезонные условия не позволяют выходить в открытые воды, путешественники остались на острове сначала на полгода. Рассказывая истории об исследовании разных земель и подвигах, иноземцы заключили соглашение с людьми Визарии о том, что они помогут им выстроить корабли и вместе отправиться в другие земли. Чем дольше они находились на острове, тем больше отдалялись шаманы от людей, понимая, что земли не возделываются, их услуги больше не нужны. Люди, очарованные идеей отправиться в новые земли с несметными богатствами, перестали трудиться. В ожидании, когда можно будет начать строительство кораблей, забыли о том, что их Родина сама по себе ‒ сокровище. Под разными предлогами переносилось начало строительства, а позже и вовсе эта история забылась. Путешественники просто остались жить в Визарии. Сталкивая в ссорах и интригах людей между собой, они формировали вокруг себя последователей, убеждая в том, что необходимо ввести систему управления и избранные должны стать господствующими.

К тому времени дети их уже немного подросли и стали вести себя странно, вызывая подозрения у жителей, что это не совсем обычные дети. Голод и бедность начал охватывать сначала ремесленников, забросивших свои дела. Пустующие поля и почти израсходованные запасы в домах пробудили ото сна визарийцев. Лишь тогда некоторые из них вернулись в Пустошь Геримора с целью просить помощи у шаманов. Обитатели пустоши, выслушав просьбы о помощи, настояли на том, что корабль и его команда прокляты и их стоит изгнать из земли Визарийской. Слухи разнеслись об этом быстро по питейным домам, люди решили пойти на уступки шаманам и изгнать гостей с земли своей. Иноземцы уступать не хотели, их численное превосходство не подразумевало сопротивления, но тогда открылись истинные их силы и детей, которые встали на защиту «своих», используя магические заклинания. Люди, уставшие от голода и пустых обещаний, озлобленно пытались сопротивляться попыткам поработить их.

– Странная какая-то история. А почему они не уплыли на корабле? ― не вытерпела Лаверия.

– Никто не знал, что привело их сюда и откуда были эти дети.

– А что, дети не могли рассказать, откуда они?

– Лаверия, эти дети были слишком малы, когда прибыли корабли, они подросли уже здесь, в Визарии. Я же просил не перебивать.

– Я не сдержалась, ― Лаверия посмотрела на мокти, который свернувшись клубком, спал, белое существо сидело около его пузика и хлопало глазами, ― а с драконами что?

– Однажды утром шаманы проснулись и обнаружили, что все драконы, кроме детёныша огненного, отравлены.

– Зачем? ― глаза Лаверии распахнулись от ужаса.

– Иноземцы забрали в ночи оставшиеся запасы жителей Визарии и ушли жить на вершину, создав защитный купол. Они считали, что драконы могут помочь шаманам подняться и напасть на плато.

– Почему они тогда сразу не ушли, не отделились? Запасов же тогда было бы больше.

– Потому что они не думали, что люди захотят вернуть расположение шаманов.

– Ты хочешь сказать, что творцы уничтожили драконов? Что на Вершине творцов живут потомки тех иноземцев и детей?

– По легенде ‒ да.

– Если мы такие ужасные, почему ты тогда в храме жил на Вершине?

– Я пытался найти ответы.

– Твоя история грязная и отвратительная, ― внутри Лаверии вспыхнул гнев, в попытке защитить свой народ. Она вновь почувствовала, как огонь ярости охватывает её разум, но вспомнив о том, что может навредить мокти, Леоне и Бо, сжала руки в кулаки, до боли вонзаясь ногтями в свои ладони.

– Я говорил, что легенда тебе не понравится.

– Давай опустим подробности про, якобы, жестокость творцов и вернёмся к теме белого дракона.

– По легенде, белый дракон обладает всеми стихиями, когда он появится на земле визарийской, вернётся мир и процветание.

– А что стало с детёнышем огненного дракона? ― Лави посмотрела на скитальца подозрительно, пытаясь доказать себе, что рассказанная им история ‒ вымысел, возможно с целью настроить её против Вершины. Но зачем? Если она итак ушла оттуда.

– Он остался у шаманов.

– Ну да, конечно, и никто его никогда больше не видел. Сказочник.

– Я тоже не верил в эту историю.

– Странно как-то ненавидеть народ и жить у них на плато. Жаль, Леона не слышала твоей этой сказки, она бы нашла правильные слова.

– Не настаиваю на том, что легенда верна, это всего лишь легенда.

– Тогда и нечего было говорить, что она даст мне ответы про Бо, ― Лаверия вновь посмотрела на дракончика, отломила кусочек белка от лежащего рядом с гнездом яйца, протянула ему. Чешуйчатый прошипел, но подаяние принял. ― Вот бы попросить у Меллори книги о драконах. Но мой путь на Вершину закрыт.

– Но мой-то нет, ― скиталец улыбнулся.

– Я тебе не доверяю, странно как Арос и Глас тебя приняли в обитель. Как ты там оказался?

– Слишком много вопросов задаёшь. Жаль, что я заговорил с тобой. Надо было ещё тогда, когда ты чуть не убила своим гневом служителей в храме… ― Камран резко затих.

– Что надо было, договаривай.

– Ничего. Сама не задумывалась, откуда у тебя, якобы светлой расы, силы такие есть?

– Тебе какое дело до этого? ― Лаверия сопротивлялась попыткам перевернуть её восприятие собственной жизни и истории плато, но понимала, что тщетно.

– Я спать.

– Леона сказала в курятнике спать тебе.

– Я и не планировал оставаться с тобой.

***

Писк комаров, неудобная кровать, храп Леоны, трепыхание крыльями Бо и ворчание мокти долго не давали уснуть. Но больше Лаверию тревожили попытки обдумать историю, которую рассказал Камран. «А что, если отец в письме упоминал именно эти исследования? Тогда книги, о которых он писал, могут помочь ей найти ответы? И почему Дориан так резко настоял на том, чтобы Мел тогда убрала книгу. Что же там таится, в этих фолиантах? Библиотекарь не подпустит посторонних к древним записям, скрытым в хранилище за шкафом. Но может, она передаст со скитальцем хотя бы ту книгу ‒ «Путь Дракона»? С другой стороны: мокти неплохо справлялся с уходом за Бо. Может, стоит дать им возможность расти без этих книг, фолиантов, просто свободно? Лаверия крутилась, приподнимаясь, смотрела на то, чем занимаются питомцы в гнезде. Вновь ложилась на жёсткую кровать, в попытке уснуть. Но потом её озадачил вопрос низкого забора и насколько он безопасен для дома, стоявшего в дремучем лесу. На плато у них дома был высокий забор, в храме тоже. А почему заборы были высокими, если все живут якобы в мире и согласии? Понадеявшись на то, что скиталец сможет их защитить от угрозы, почти уснула. Но потом опять распахнула глаза, а вдруг скиталец и есть сам ‒ угроза? Как они тогда смогут с Леоной противостоять ему? А он же видел, откуда девушка доставала минерал, надо срочно перепрятать сумку». Встала, спрятала сумку, подошла к гнезду, покормила Бо ещё маленькой порцией белка. Легла. Измотав сама себя волнениями и сомнениями, закрыла глаза. «Интересно, а что Верония с Эвиусом скажут другим и будут ли их искать? Это воздух что ли, тут такой, что так много идей постоянно в голове?» Угомонилась, уснула.

Перемирие

Яркие лучи солнца освещали комнату. Лаверия проснулась с пониманием, что из-за того, что поздно уснула, проспала значительно больше привычного. Леоны уже не было рядом. Подозрительная тишина насторожила девушку. Встав с постели, оббежала кровать кормилицы. Угол, в котором были мокти и Бо, оказался пустым. Лишь гнездо и остатки скорлупы на полу напоминали о том, что ещё вчера ночью питомец с драконом были на этом месте. «О нет, неужели скиталец похитил детёныша вместе с мохнатиком, чтобы отнести их к шаманам?» Паника охватила Лаверию. «Камран ждал, когда мокти высидит яйцо, он всё рассчитал, чтобы украсть дракона!» Девушка босиком в просторной ночной сорочке выбежала из дома, в поиске няни.