Алия Кенесарина – Стоящая между мирами (страница 13)

— Да. Сетар — Владыка Пустоты. Он не тёмный в истинном смысле. Он искажение тьмы. Он хочет использовать тебя как оружие.

— Почему именно меня?

Ропис посмотрел на меня долго и внимательно.

— Потому что ты родилась тьмой внутри света. И твоя сила огромна. Все испугались, что ты станешь проводником Пустоты. Но Илана верила, что это не так.

— А ты?

Он не сразу ответил.

— Я тоже хочу верить.

Эти слова почему-то причинили боль.

Хочу верить.

Не верю.

Хочу.

— Значит, я всё-таки опасна, — сказала я.

— Да, — честно ответил Ропис. — Но опасность не равна злу. Огонь опасен. Ночь опасна. Глубина опасна. Сила опасна. Вопрос в том, чему она служит.

Я горько усмехнулась.

— А пророчество?

Ропис опустил взгляд.

— Пророчества редко лгут полностью. Но их часто понимают слишком буквально. Говорили, что дитя тьмы приведёт к концу миров. Возможно, речь не о конце жизни. Возможно, о конце старого порядка.

Старого порядка.

Раэн. Закон. Запреты. Страх перед тьмой.

— И поэтому меня хотели убить?

— Да.

Армагеддон. Апокалипсис. Конец света.

Это всё синонимы моего «я».

Мне вдруг стало смешно. Какой же пессимисткой я стала. Хотя, наверное, сложно быть оптимисткой, когда тебе только что сообщили, что ты возможная причина гибели всех миров.

Ну почему?

Почему именно я?

Слёзы рвались наружу, и я снова заплакала. Последнее время я только это и делаю. Ропис прижал меня к себе и успокаивал. Он понимал, что это всё, что сейчас может для меня сделать.

«И придёт дитя тьмы в облике света. И покорит оно сердца своей красотой и силой. И дрогнет старый закон перед ним. И миры либо падут, либо вспомнят равновесие».

Я не знала, откуда всплыли эти слова. Возможно, из памяти, которой у меня не должно было быть.

Теперь я знаю правду.

Но важнее меня интересовала моя сестра.

Жива ли она?

Если да, то где она?

Это эгоистично с моей стороны, но я хочу увидеть свою сестру. Хочу увидеть воплощение света и надежды — свою противоположность.

Я должна её найти.

— Ропис, я хочу найти свою сестру, — твёрдо сказала я.

Он посмотрел на меня так, будто ожидал именно этих слов и всё равно надеялся, что я их не произнесу.

— Ты хоть знаешь, что ваша встреча может вызвать? — с иронией в голосе спросил он.

— Подозреваю, — ответила я.

Если плюс и минус соединить, что случится? Они поглотят друг друга и оба исчезнут.

Или создадут что-то третье.

Ропис вздохнул.

— Отговаривать тебя, вижу, бесполезно. Тогда предупрежу: твою сестру с детства воспитывали для цели остановить тебя. И если понадобится — уничтожить. Она не остановится только потому, что ты её сестра. Хоть она и свет во тьме, Синклития будет жестока по отношению к тебе, — произнёс он. — К тому же, когда я спасал тебя, то перенёс в будущее. Считай, что Синклития ждала тебя тысячелетиями.

Тысячелетиями.

Слово прозвучало странно. Слишком огромно для моего сознания. Ещё недавно я думала о школе, Саре Паркер и семейном ужине. Теперь — о сестре, которая ждала меня тысячелетиями, чтобы убить.

— Я готова. Сама не понимаю себя, но я чувствую: если встречусь с ней, то пойму что-то очень важное.

— Тогда тебе нужно подготовиться. Её с детства воспитывал Раэн. А он не прощает слабости. Свита у неё тоже не из слабых. Для начала нужно пробудить твою настоящую сущность. И обзавестись свитой по возможности.

— Свитой? Зачем она мне... — недоумённо сказала я. — Я же не на третью мировую собираюсь.

Он закатил глаза.

— Думаешь, она тебя слушать будет? — жёстко сказал Ропис. — Раз уж так хочешь её увидеть, то послушай меня. Синклития придёт сама, как только почувствует твоё пробуждение. Ты хоть силой управлять можешь?

— Силой? — проговорила я.

Ропис обречённо закрыл глаза.

— Да уж, тебя всему учить надо.

— Можешь не помогать мне, — сказала я. — Ты не обязан. К тому же ты ведь из светлых. Зачем же мне помогаешь? Я же тьма.

Он усмехнулся.

— Наверное, потому что я такой же идиот, как моя сестра, — тихо проговорил Ропис.

На этом мы и закончили разговор.

Позже было решено: в первую очередь Ропис научит меня обращаться с моей силой.

И так начались долгие, утомительные тренировки. День за днём я тренировалась. Утро начиналось с кросса на длинную дистанцию, затем плавание и дальше по списку. Казалось, он пытался сделать из меня профессионального спортсмена. К счастью, проблем с этим у меня не было, так как я с детства занималась спортом.

Но я-то думала, что пробуждение силы тьмы выглядит иначе.

Например, разрушать горы.

Или хотя бы красиво взрывать камни.

А не бегать до боли в лёгких и медитировать под строгим взглядом Рописа.

Так же, как я интересовалась своей настоящей семьёй, я помнила и о своей приёмной семье.

На все мои расспросы о ней Ропис ничего не отвечал. Сказал, что сам толком ничего не понимает. Ведь они обещали укрывать меня до совершеннолетия и не причинять вред.