Алисия Морэ – Пепел вместо поцелуя (страница 8)
– Ладно, поехал за ней. Не хочу, чтобы опоздала и меня опозорила.
Он сел в машину. Уехал.
Интересно, знает ли она, что ждет ее сегодня вечером?
Я сидел ещё пять минут. Потом достал из бардачка блокнот, открыл чистую страницу. Записал фразу, пришедшую на ум:
Сложил пополам. Положил в карман пиджака.
Это зацепит, – подумал я. – Не угроза. Не комплимент. Вопрос. А вопросы заставляют думать.
ЭМИЛИ
Машина Дилана тормозит у крыльца в 7:55. Он даже не выходит из салона, просто открывает пассажирскую дверь жестом руки.
Едем молча. Дилан смотрит прямо вперед, я – в окно. Серые здания мелькают мимо, создавая ощущение бесконечного движения без цели.
Возле школы Дилан приказывает:
– Не опаздывай после занятий. Ждать буду у машины.
Я покорно соглашаюсь. Знаю, что любое возражение закончится очередным ударом.
В школе встречаю Кейт. Подруга замечает мои джинсы, одобрительно улыбается. Впервые за долгое время чувствую поддержку, пусть даже такую незначительную.
Открываю шкафчик, собираюсь достать учебники. Замечаю белый листок, спрятанный между страницами литературы. Кто-то положил его сюда незаметно.
Оглядываюсь. В конце коридора стоит Лукас, смотрит в окно. Кажется, он чувствует мой взгляд.
Разворачиваю записку. Читаю фразу, написанную четким почерком:
Сердце остановилось.
Откуда он знает? – подумала я. – Никто не знает про E.L. Grey. Никто.
Я сложила записку. Сунула в карман джинсов. Руки дрожали.
ПЕРЕМЕНА. ДВОР ШКОЛЫ. ЭМИЛИ
Я вышла из класса вместе с толпой. Прошла коридор. Вышла во двор – к старому фонтану с треснувшим бетонным бортиком. Села на край. Достала из автомата кофе. Горячий. Горький. Как мои мысли.
И тогда я почувствовала его взгляд.
Не на спине. Не на затылке.
На мне.
Целиком. Как будто он видел не одежду, не лицо, не осанку – а то, что скрыто под всем этим.
Я обернулась.
Он стоял с другой стороны фонтана. Лукас. В тёмно-синем свитере. Руки в карманах. Плечи расслаблены. Но глаза – напряжённые. Ледяные. С тёмной каймой.
Он смотрел в мои глаза. Долго. Медленно. Без отвлечения.
Не с похотью. Не с жалостью.
С… узнаванием.
Я не отвела глаз. Просто смотрела на него – и ждала.
Он подошёл. Остановился в двух шагах. Не ближе. Не дальше.
Запах его одеколона достиг меня первым – сандал, бергамот, лёгкая горечь пачули. Как будто он пахнет ночью и дымом.
– Что значит эта записка? – спросила я тихо. Голос дрогнул. Не от страха. От напряжения.
– Ты сама знаешь.
– Нет.
– Ты пишешь рассказы, где героиня хочет быть связанной. Где боль – это свобода. Где контроль – это любовь. Но в жизни ты позволяешь ему бить тебя. И молчать. И говорить
Я замерла. Кофе выплеснулся на мои джинсы. Горячий. Обжигающий.
– Откуда ты…
– Я читал *E.L. Grey*. Все рассказы. От первого до последнего.
– Ты не имеешь права…
– Права нет. Но я прочитал. И понял: ты не жертва. Ты соучастница. Ты сама выбрала эту клетку. Потому что боялась, что свобода будет больнее.
Я встала. Резко.
– Ты ничего не понимаешь.
– Я понимаю больше, чем ты думаешь. Ты пишешь о том, чего он тебе не даёт. О боли с согласием. О контроле через доверие. А он даёт тебе боль без согласия. Контроль через страх. И ты терпишь. Потому что лучше знакомый ад, чем незнакомая свобода.
Я смотрела на него. В горле стоял ком. Не от слёз. От ярости.
– Почему ты это делаешь? – прошептала я.
– Потому что ты – его слабость. А я хочу его сломать.
– Ты используешь меня.
– Да.
– Зачем я должна тебе верить?
– Ты не должна. Но ты сейчас не убежала. Не закричала. Ты сидишь и слушаешь. Потому что впервые за пять лет кто-то сказал тебе правду. Не «
Я молчала. Сердце колотилось так громко, что, казалось, он слышит каждый удар.
– Вечером у Тайлера, – сказала я наконец. – Если придёшь – найди меня у окна. Дальний угол гостиной.
– Зачем?
– Чтобы доказать, что ты не такой же, как он. Что ты видишь меня – а не его трофей.
Он усмехнулся. Тонко. Без тепла.
– Я вижу тебя, Эмили Росс. И это пугает тебя.
Он развернулся и пошёл прочь. Не оглянулся.
Я осталась у фонтана. Сердце колотилось.
Он знает моё имя, – думала я. – Он читал мои рассказы. И он прав. Я сама надела кандалы.
И я почувствовала не стыд.
Я почувствовала стыд за свой стыд.