Алисия Эванс – Дочь моего врага (страница 3)
– Нет у нас воды! – раздраженно рявкнул на меня младший. – Терпи!
Только это мне и оставалось. Остатки сознания все еще пытались переварить происходящее и обрисовать мои перспективы. Скорее всего, старший позвонил Роману Манкулову, то бишь Ромычу, как они его по-свойски называли. Он альфа – вожак их стаи, который своей природной силой способен подчинять всех остальных оборотней. Он стал главой клана лишь пару лет назад, после смерти своего отца. Прежнего альфу отправил в могилу мой собственный отец. Сейчас за это расплачивалась я, несмотря на то, что папа победил в честном поединке. У погибшего альфы осталось шесть сыновей и четыре дочери. Все от разных волчиц. Как говорит мой папа, он «любил разнообразие». Если этих двух братьев так оскорбила смерть их отца, то они могли бы вызвать моего папу на поединок. Таковы законы оборотней. Но они не осмелились. Знают, трусы, что проиграют. Знают, что отец порвет их как мягкие игрушки, поэтому решили отыграться на мне.
Что представляет из себя Роман, которого все мы ждем? Боже, я поймала себя на мысли, что по-настоящему
Что я вообще я знаю о Романе? Мы никогда не общались. Пару раз в жизни я мельком видела его. В памяти остался высокий темноволосый юноша с серьезным выражением лица. В нем всегда чувствовалась сила и уравновешенность. Истинный сын своего отца. Пусть я его почти не видела, но слышала имя Романа регулярно. Отец рассказывал об успехах старшего сына своего врага: то он выиграл очередные соревнования по борьбе, то поступил в престижный университет, а в последние годы и вовсе увеличил доходы клана. Он ставил Романа в пример моим братьям, пугал их тем, что, если они не будут усердно тренироваться, то альфа убьет их. Думаю, папа немного завидовал своему врагу и жалел, что у него нет такого же успешного и сильного сына.
Лишь когда я подросла, мне сказали, что сильный оборотень не может вызвать на поединок заведомо более слабого. Иначе это уже не поединок, а узаконенное убийство. У моего отца четыре сына, но никто из них не унаследовал силу альфы. Папа всегда переживал по этому поводу, но несколько лет назад смирился и понял, что придется отдать бразды правления внуку. Троим братьям он уже нашел жен, но никто из них так и не подарил стае нового альфу.
Когда я услышала звук подъезжающей машины, мое сознание почти угасло. Так плохо мне не было никогда в жизни. Каждый стук сердца отдавался в груди будто удар молота. Кровь в венах загустела и с трудом перемещалась по организму. Мысли рваные, несвязные. Стоило попробовать сосредоточиться на одной детали, и голова взрывалась от боли. Если бы кому-то вздумалось сейчас поставить меня на ноги, я бы рухнула наземь как тряпичная кукла. Боже мой, я никогда не чувствовала себя настолько слабой. Услышав звуки приближающихся шагов, я на несколько секунд открыла глаза, но тут же прикрыла веки от ударившего в них солнечного света.
Я не услышала – ощутила кожей его приближение. Инстинкты включились, вопя о том, что рядом находится альфа. Все вокруг, и даже я сама, дрожали от его силы. Будто невидимая волна, она затопила все пространство. Оборотень-вожак распространял вокруг себя такую мощную энергетику власти, что, кажется, прикажи он мне откусить себе руку, и я повинуюсь. А запах? Боже мой, он пах так ярко и терпко, что у меня немного прояснилось сознание, словно под нос сунули нюхательную смесь. Никогда не ощущала ничего подобного. Ни один оборотень на моей памяти не имел столь мощного и в то же время приятного аромата. Сила, смешанная с мужественностью и…нежностью. Нотки агрессии причудливо смешались с цветочным ароматом. Даже ярость альфы не могла заглушить запах дома, заботы, любви. Именно ими и должен пахнуть волк, а не кровью и ненавистью. Напротив, от эмоций его запах усиливался, а я не могла перестать наслаждаться им. Он будил инстинкты, внушал столь необходимое мне чувство защищенности. За это я и ненавижу свою волчью сущность. Она иррациональна, нелогична. Сейчас, когда нужно бояться, она заставляет меня млеть перед агрессором. Упорно твердила, что оборотень с таким ароматом просто неспособен причинить вред самке.
– Что с ней? – бархатистый вибрирующий баритон ласково коснулся слуха. Это…голос Романа? Я ожидала услышать тенор молодого человека, но слышала взрослого заматерелого мужчину. Что там происходит? Любопытство пересилило, я разлепила веки. Мне предстала интересная картина: два молодых оборотня сидели на земле, сжавшись в два трясущихся комочка. Над ними нависала массивная фигура альфы, который, казалось, готов был разорвать их. – Вы что с ней сделали, идиоты?! – могу поклясться: он в бешенстве. Я даже прониклась жалостью к братьям, на которых был направлен гнев альфы. Не каждый выдержит такой напор.
– Связали, – пропищал кто-то из парней. Даже не могу сказать, кто именно. Голос звучал настолько пискляво и тихо, что определить его принадлежность оказалось невозможно. – Клянусь, больше ничего не делали! Даже не били! – он заскулил так, словно его самого сейчас побьют.
– Зачем вы посадили ее прямо на солнцепек?! – рявкнул Роман и неожиданно повернулся ко мне. Я словно получила удар в лицо. Его серые глаза обжигали своей яростью сильнее солнца. Я мгновенно зажмурилась, вжалась в камень и даже перестала дышать. – Кретины! Я изгоню вас из стаи и отрекусь! – а вот это очень серьезная угроза. Альфа и вправду может так поступить, но лишь в случае подлого предательства семьи. За мелкие проступки никого не изгоняют и просто так не бросаются подобными угрозами.
– Только так мы сможем отомстить! – попытался оправдаться старший из похитивших меня братьев. Вот же подлец! Не хватило смелости выступить против моего отца открыто, и он решил отыграться на девушке?! До этого момента я была лучшего мнения о Манкуловых.
То, что случилось потом, и вовсе заставило меня слиться с окружающей действительностью. Раздался глухой звук, будто кто-то ударил кулаком по дереву. Всхлип и стон, плавно переходящий в завывание. Я не видела, что Роман сделал со своими братьями, но больше я не слышала ни звука от похитивших меня молодых оборотней. До меня донесся звук тяжелых, жестких, уверенных шагов, и все мысли улетучились из головы. Он приближался ко мне решительно и быстро. Боже, помоги мне…
– Юля, что с тобой? – сильные пальцы бесцеремонно коснулись моей шеи, чуть сонную артерию. Голос сочился беспокойством. Все движения резкие, поспешные, как у человека, находящегося в панике. – Живая, – прошептал Роман, судя по всему, присев рядом со мной на корточки. Первое, что сделал альфа – спешно освободил мои руки от ремня, впившегося в кожу. Легко снял удавку и отшвырнул ее в сторону.
– Пить, – прошептала я пересохшими губами. – Пить… – я готова отдать жизнь за глоток воды.
– Потерпи, – вздохнул альфа и резко, нетерпеливо схватил меня. Одной рукой крепко-накрепко прижал к своему торсу за талию, второй обхватил под коленями. Одно сильное движение – и он выпрямился во весь рост, держа меня на руках так, словно я ничего не весила. Клянусь, он нес меня, а я даже не ощущала напряжения в его руках и теле. Очень сильном теле. Теперь природный запах альфы бил в нос, ведь моя голова лежала на его плече. Я буквально дышала им, и на короткие мгновения забыла о жажде.
Во мне смешались несочетаемые чувства. Я сгорала от внезапно возникшего влечения и утопала в стыде. Мало того, что я захмелела от одного лишь запаха своего похитителя, врага своей семьи, так на мне еще и останется его запах. Я уже чувствовала, как аромат Романа впитывается в мою одежду. Как смотреть в глаза отцу после такого позора? Куда меня несут? Что будет дальше? Вопросы градом сыпались в голову, жажда душила, а неизвестность и беспомощность убивали меня.
С трудом разлепив глаза, я поняла, что меня несут к машине. К огромной иномарке с громадным багажником. Почему-то мне показалось логичным, что Роман решит засунуть меня прямо в багажник. Я даже подумать не могла, что от Манкулова можно ожидать чего-то хорошего.
«Слишком прохладно и мягко для багажника» – мелькнула первая мысль, когда он усадил меня в машину. Именно усадил. Аккуратно опустил на мягкое кожаное сидение, поправив мою голову так, чтобы она легла точно в углубление на спинке. Я едва не застонала от удовольствия, приняв удобное для тела положение. В машине работал кондиционер, и мою разгоряченную кожу наконец-то остудил холодный воздух.
– Пить… – умоляюще повторила я, когда хлопнула дверь машины. Голова раскалывалась от боли, словно в нее вкрутили несколько огромных саморезов. Воды!
– Пей! – приказал мне Роман, и в следующий миг мечта исполнилась. Запрокинув мою голову кверху, он приставил к моим иссохшим губам горлышко бутылки. Вода стремительным потоком хлынула мне в рот, а я жадно глотала ее, чувствуя себя щенком у маминой груди. Какая же вкусная эта вода! Я никогда в жизни не пила ничего более приятного на вкус. Мой рот зажил отдельной жизнью, жадно глотая прохладную, чуть-чуть подсоленную воду. Остановиться удалось лишь тогда, когда желудок оказался переполнен жидкостью. Боюсь, еще несколько глотков, и меня стошнит прямо в машине. После такого альфа точно не оставит меня в живых.