Алисия Долуханова – Сказания Жутколесья (страница 2)
Грифон развернулся, набирая высоту и направляясь навстречу восходящему солнцу, к вершине горы. Мощные задние лапы позволяли лазать по скалам не хуже настоящих кошачьих. Всего один скрытый проход приведет в долину к неизвестной вершине, объятой пламенем. Там магические кристаллы вольют последнюю необходимую энергию в могущественное тело. Там грифон обретет новую форму, став божеством для своих и кошмаром для чужих.
Мудрость старшего
Тёплый светлый песок мягко шуршал. Сотни тонких лапок старательно перемешивали его, облепляя песчинками рудиментарные задние конечности. Шлифовка кремневых лап – важный этап во взрослении. Старшие крабы пристально следили за малышнёй, возившейся у самого прибоя. Яркие высокие рубины ослепительно блестели у старейших и еле заметно сверкали у младших. Новому потомству предстоит нелёгкий путь в несколько сотен лет, прежде чем они обзаведутся такими же огромными украшениями на панцире, как самый старший краб, что сидел сейчас на высоком камне чуть поодаль. Этот краб видел взлеты и падения человеческой цивилизации, он пережил охоту на свой вид и дожил до закона о защите редких видов.
– Мудрейший.
– Тише.
– Вы снова медитируете, мудрейший?
– Да он просто дрыхнет, – раздался тонкий голос кого-то из молодежи.
Старейший, мудрейший и так далее вытянул голову из темноты панциря и со всей строгостью взглянул на наглого крабика. Мелкие рубины поблёскивали на ещё по-юному салатовом панцире, но янтарные глаза горели гораздо более ярким огнём.
– Внимай, дитя, ибо два раза повторять не буду, – прокряхтел огромный краб. – Я видел как рождалась эта земля и дожил до своих лет только лишь потому…
– Ой, да хватит врать! Люди говорят, что этой планете много миллиардов лет, тебе не может быть столько!
– Вот дети пошли, совсем уважение к старшим потеряли! Не хочешь слушать – не надо. Иди своей дорогой, – вздохнул древнейший.
Дождавшись, когда маленький крабик отойдет подальше, один из старших повернулся к наставнику и щёлкнул коготками по камню.
– Старейший, Вы подумали о Вознесении? Трансмутация избавит вас от старческих проблем и поможет присматривать за нами из астральной формы. Вы ведь уже накопили достаточно энергии.
– Вознесение посредством простой трансмутации – стезя слабых духом. Истинно же познающий мир и обретающий спокойствие схожее с гладью небес, возносится разумом.
– Старейший, да какая разница? Вы же уже почти не ходите. Четыре из восьми лап закостенели. Толку от вашего просветления, если даже молодёжь уже позволяет себе смеяться, что вы просто спите?
– Поживёшь с моё – поймёшь. Мы, рубиновые крабы, не такие как яростные драконы или стремительные пуши. Мы не торопимся и не пренебрегаем качеством. Чтобы перейти в высокую форму существования, мало скопить энергию для трансмутации. Если б только в этом было дело, что бы помешало нам научиться маленькости у фей и вознестись гораздо раньше? Там, наверху, совсем другие условия и, не обретя просветление здесь, там будешь лишь несчастным, не умеющим даже ходить. Но, если здесь проявишь терпение, там будешь жить счастливую жизнь и, не растрачивая время на налаживание удобств, сможешь приглядывать за потомством.
– Что ж, как пожелаете, старейший.
Без особых надежд краб оставил своего наставника. Жаль, но старик, скорее всего скоро просто умрёт. Минула ночь, наступил новый день. На месте высокого камня сиял гигантский рубин, поглотивший и старейшего краба, и его трибуну.
“Умер,” – подумали все как один, но в этот момент рубин вспыхнул голубым цветом и из него вылетел старейший в виде прекрасной четырехкрылой многохвостой птицы, а вместе с ним наружу хлынула бесконечная энергия.
Вредная привычка
Сегодня у маленького народца большой праздник, и весь лес стоит на ушах. Яркие огни мелькают между деревьями, периодически раздаются грохот и треск. Нынче феи отправляются на новый уровень мироздания и никто не в силах им помешать.
На светлой поляне, устланной пушистым мхом, из вершин изящных фонтанов взлетают ввысь яркие бордовые струи, стекают по резным деревянным каскадам на землю, в воздухе царит винный дух. Время от времени раздается пронзительное “у-и-и-и”, и в блестящую жидкость плюхается очередное существо, похожее на куклу с короткими антеннками, растущими из зеленоватого лба. Только прозрачные сине-зелёные крылышки остаются на поверхности – замочить основное средство передвижения никак не годится. Вымокнув в фонтанах и несколько раз икнув, феи с весёлыми воплями летят дальше. Никто не в силах помешать Вознесению фей. Кроме самих фей.
– А с чего ты взял, что тебя возьмут на новый уровень мироздания? Ты не похож на высшее существо. Вот то ли дело я, – визгливым тоном вопрошал сильно пьяный фей своего соседа. – У меня и ловкость, и хитрость, и мозги.
– Чужие, – возразил сидящий рядом третий.
– Наглая ложь! Я никогда не держал мозгов под кроватью.
– Под кроватью? Какие интересные нюансы. А вот с этого места поподробнее.
– Ах ты!
Вопящий клубок покатился между деревьями, осыпая окрестности фейской пылью и искрами слабой магии. Проходящий мимо путешественник суеверно сотворил знак, изгоняющий зло, и отпрыгнул назад, не желая быть сбитым, а то и побитым этой оравой. Маленькие существа даже не обратили на человека никакого внимания. Не обращали на них внимания и сородичи, занятые весельем или собственными драками.
По утру лес походил на пиршественный зал после свадьбы. Повсюду плескались остатки вина, деревья блестели золотистой пыльцой в предрассветном тумане, сломанные ветви кустов печально лежали в траве, опутанные обрывками плаща путешественника. Сам человек посапывал неподалеку. Пьяные феи лежали то тут, то там, оглашая лес хоровым храпом, похожим на рык неведомого чудовища. Лишь один из маленького народа парил над поляной, потирая ладошки.
– Вознесутся они, как же, пьянчуги подкустовные. Который день уже попойку устраивают по поводу нужных для трансмутации запасов энергии, а после засыпают, так и не вознёсшись. Ведали бы небеса, как мне это надоело: уж все знакомые грифоны, вампиры и даже пуши вознеслись, а им ведь надо больше, – возмущенно попискивал фей, с трудом перекрикивая храп сородичей. – Тоже мне, собратья, тоже мне, волшебный народ. Сидим уж третий месяц. Мне надоело каждый вечер просыпаться под кустом. Пришлось целую ночь прятаться в дупле, и то чуть не затопили алкоголем. Зато теперь я могу вознестись. Пусть остальные дрыхнут, неудачники.
Высказавшись в пустоту сонного леса, крошечная фигурка завернулась в собственные блестящие крылья, прикрыла глаза и вспыхнула ярким светом.
На другой стороне в блестящем пространстве царила тишина. Фей с восторгом оглядел своё новое обличье. Огромные серебристые крылья, тело, вытянувшееся ввысь, стало почти похоже на человеческое, но гораздо красивее. Сияющие лиловые глаза уставились на отражение в серебристой поверхности, созданной одним взмахом руки. Он коснулся пальцами зеркала, радостно приподнял крылья…
– Наконец-то! – раздался мелодичный, но до противного знакомый голос, а спустя секунду на новопревращённого набросились такие же стройные прекрасные создания.
– Чего так долго? Мы уже заждались! Где остальные? Пошли бухать!
– Да за что?! – только и смог выкрикнуть вознёсшийся.
Хранители табунов
– Усни скорее, милый конь. Пусть снятся тебе луга и поля. Спи сладко в тёплой ночной тишине. Не тронет тебя ни хищник, ни гнус. С утра же будет тебе и свежая вода и сочная трава, – напевало низкорослое существо, похожее на длинноносую бабулю в шубке и о козьих ножках.
Кони относились к присутствию нечисти совершенно спокойно. Добродушно пофыркивая, они тыкались мордами в её каштановые волосы и мягкими губами тянули за хвост. Она была совсем не против, протягивая в ответ пучки свежих трав и похлопывая могучих животных по шее.
Самые маленькие жеребята уже посапывали рядом, разлёгшись в центре табуна, и дождавшись, когда взрослые, получив свою долю внимания, разбредутся, брауни принялась осторожно вычесывать гривы и хвосты. Так прошла бы почти вся ночь, если бы не нетипичный шорох травы за спиной. Вскрикнув, хранительница табуна подпрыгнула почти на два метра, лягнув копытами воздух. Лошади, однако, остались спокойны и она рискнула не убегать, а обернуться.
– Видела бы ты свое лицо, – покатывалась молодая коллега, повалившись на тюк сена и подрыгивая ногами от радости.
– Это не смешно! Меня чуть инфаркт не хватил! – возмутилась нечисть.
– Да-да, рассказывай. Мы – твари волшебные, у нас инфарктов не бывает, – продолжала насмехаться юная брауни.
– Что тебе нужно? Пришла только чтобы напугать бабушку?
– Поделись энергией на вознесение. Мне всего немного не хватает. Буквально одной штучки.
– Тебе еще вчера не хватало одной штучки. Что ты сделала с той подачкой?
– На меня напал целый огромный ярги! Он украл мою энергию и не дал мне стать вознёсшимся покровителем всех брауни!
– Дитя, ярги не бывают огромными. Тебе, наверное, со страху померещилось. Может останешься сегодня у меня? Вдвоём будет безопаснее. В крайнем случае я смогу отвлечь коварного ярги.
– Нет-нет, что ты, бабуля. Мне пора в дорогу, к своему табуну. У коней гривы не чёсаны, репья из хвостов не выпутаны, хозяйское угощение не кушано, да и кобылы не кормлены.