Алиса – Рецепт тишины (страница 3)
Что там? Что такого страшного скрыла тётя Тася?
Глава 7
На следующий день ровно в три часа в кофейню вошли три пожилые женщины. Шумно, с разговорами.
– А вот и мы! – proclaimed Валентина Петровна. – Это Зоя Семёновна и Мария Игнатьевна. Мы у Таси каждодневно в три часа чаёвничали. Привычка.
– На чай, Валя, на чай! – поправила её круглолицая, весёлая Зоя Семёновна. – Кофе она особый только по случаю варила.
– А я печеньица принесла, – тихо сказала Мария Игнатьевна, доставая из сумки узелок. – Добро пожаловать, дочка. Тяжело одной-то, знаем.
Их назойливость была бесцеремонной, но тёплой. Они устроились за угловым столиком, будто владели им всегда, и полился поток разговоров: о ценах в магазине, о здоровье почтальона Василия, о том, что осень в этом году сырая, и помидоры не вызрели.
Алёна молча поставила им чайник, нашла чашки. Слушала. Это был гул жизни – простой, немудрящей, но настоящей. Не про метрики и конверсии, а про урожай и соседей.
Когда они ушли, оставив крошки и ощущение уюта, Алёна почувствовала, что в кофейне стало немного меньше пустоты.
Она снова взяла дневник. Провела пальцами по склеенным страницам.
Любопытство грызло её. Но теперь к нему примешивался страх. Настоящий.
Она больше не хотела продавать кофейню. Пока.
У неё появилась тайна. И первая ответственность.
Поздно вечером, когда за окном давно стемнело, она подошла к кофемашине, к этой медной Фее. Положила ладонь на прохладный бок.
– Что же ты за зверь такой? – прошептала она.
В ответ – только тишина. Но в тишине этой теперь звенело эхо.
Бессонница стала её верной спутницей. Ночью она ворочалась, а в голове проносились обрывки: презентации, лицо Артёма, пустой взгляд в зеркало. Она просыпалась разбитой, с ощущением, что не отдыхала ни минуты.
В отчаянии она снова открыла дневник. Нашла рецепт «Для ясных снов». Для него требовался лепесток розы, выращенной своими руками. Алёна вышла в палисадник. Среди бурьяна нашла замерзающий куст. И – чудо – один сморщенный лепесток, цепляющийся за жизнь. Она сорвала его.
Варить нужно было на закате, думая о хорошем за день. Алёне пришлось напрячься. Что хорошего? Улыбка Игоря? Печенье Марии Игнатьевны? Сам факт, что она не плакала сегодня?
«Спасибо за этот день», – прошептала она над паром, как было велено. Кофе пах цветами и мёдом.
В ту ночь она не увидела волшебных снов. Она просто провалилась в глубокий, беспробудный сон и проспала десять часов. Проснулась оттого, что в окно било солнце. В голове – не привычная ясность. В груди – не камень усталости, а лёгкость.
Магия? Исцеление? Или просто сила ритуала и самовнушения?
Неважно. Это сработало.
И тогда Алёна установила для себя правило. Железное. Она не будет варить особый кофе просто так. Только если почувствует – вот этому человеку это отчаянно нужно. И только если её намерение будет чистым. Помочь. Не поиграть в волшебницу.
Она стала наблюдать. За редкими посетителями. Училась понимать капризную кофемашину, которая шипела и пускала пар, как разъяренный дракон. «Кружевные сплетницы» (как она мысленно их назвала) приходили каждый день в три. От них она по крупицам собирала историю тёти Таси: тихая, незаметная бухгалтер, открыла кофейню на пенсии, любила книги и кошек, ни с кем не ссорилась.
– А муж? Дети? – спросила как-то Алёна.
Наступило молчание.
– Не сложилось, – сухо сказала Валентина Петровна. – Война всё поломала. Он её, поди, и не дождалась.
– Кого?
– Того, кого ждала, – многозначительно сказала Зоя Семёновна и перевела разговор на варенье.
Ещё одна тайна. Алёна ловила себя на том, что думает о тёте не как о странной старушке, а как о женщине с большой, но скрытой жизнью.
Испытание пришло неожиданно. В один из промозглых дней, когда в кофейне никого не было, дверь распахнулась от порыва ветра, и внутрь влетела молодая девушка. Лицо заплаканное, в руках – мокрый, жалкий букет.
– Можно… просто посидеть? – спросила она глухо.
– Конечно, – Алёна отодвинула стул. – Садитесь. Я Алёна.
– Катя. – Девушка опустилась на стул, спрятала лицо в цветы. Плечи её содрогались.
Алёна не стала лезть с расспросами. Поставила стакан воды. Отошла к стойке. Но внутри что-то сжалось. Это отчаяние она знала. Оно было ей знакомо.
Через полчаса Катя подняла голову.
– Извините. Я… из Москвы. Приехала. К нему. Он… не пустил.
История была банальной и оттого ещё более жестокой. Любовь, надежда, долгая дорога – и хлопок дверью.
Алёна слушала. И в голове, будто сама собой, всплыла запись из дневника: «Для исцеления мелких обид». С мёдом и щепоткой соли.
«Мелких», – было написано. Это предательство не было мелким. Но Алёна почувствовала – нужно помочь. Хоть чуть-чуть облегчить эту боль.
– Катя, – осторожно начала она. – У меня тут есть один… старинный рецепт кофе. От тёти. Говорят, он немного придаёт сил. Хотите попробовать? На правах гостьи.
Катя безразлично кивнула.
Алёна сварила кофе. Соль растворилась, мёд добавил мягкости. Она подала чашку.
– Пейте медленно. И… попробуйте подумать о чём-нибудь хорошем, что есть у вас. Не связанном с ним.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.