Алиса Яничевская – Твоя ужасная няня (страница 1)
Алиса Яничевская
Твоя ужасная няня
Алиса Яничевская
Твоя ужасная няня
Глава 1
Майский вечер выдался нечеловечески холодным. Балансируя на размокшей тропинке, которая тянулась от пригородной станции, я заподозрила, что плащ на голое тело непременно аукнется мне циститом или воспалением лёгких.
Тоже мне, Маргарита после бала у Воланда…
Судя по влажной земле, в которой увязали каблуки, здесь ещё и ливень недавно прошёл, подмочив кусты и молодую травку.
А я собиралась подмочить свою репутацию.
Ладно, шучу. Не репутацию… и не подмочить.
Я хотела удивить Костю внезапным появлением на пороге… ну, почти что в неглиже. Эффектно появиться в неуставной час, распахнуть чёрный плащ, как супергеройская утка из Диснея или эксгибиционист, коварно смущающий школьниц в парках.
Он уже давно размышлял вслух о том, что нам не помешало бы разнообразить сексуальный досуг.
Костя размышлял, конечно — не эксгибиционист.
В чём-то я была согласна с бойфрендом. Лучше вовремя принять меры, не допустив, чтобы любовная лодка разбилась о быт. Изобретательность в постели ещё никому не помешала.
Я всё больше времени уделяла работе. Косте доставались остатки моего внимания. Отношениям требовалась срочная инъекция если не страсти, то хотя бы романтики! Но на ванну с шампанским и лепестками орхидей у меня не хватало денег, а на крышесносный массаж «всего пупсика» — сил.
Да, я работаю не в шахте и не грузчиком, спасибо, что напомнили. Но бдение за ноутбуком порой изматывает сильнее, чем ударный труд с мотыгой, тачкой и лопатой.
Вот поэтому я решила как можно раньше удрать из редакции, переодеться в туалете на железнодорожной станции (вернее, раздеться, утрамбовать шмотки в рюкзак, оставив на себе только чёрный плащ и шпильки). Рюкзак с вещами пристроить на крыльце (кому он там сдался) и, распахнув дверь, дождаться радостной реакции Константина: не ждали, мол?
А потом распахнуть и плащ, под которым — я, ещё раз я и ничего, кроме меня.
Точёная, не столько упитанная, сколько упругая, с шелковистой кожей и приличным третьим размером, тридцатитрёхлетняя я.
Я рассчитывала, что изумлённый и приятно удивлённый Костя вдохновится по меньшей мере на две-три смены: лицом к лицу, рука к руке, нога к ноге. Затем лёгкий ранний ужин, ещё парочка упоительных раундов, и секс-марафон четверга можно считать завершённым, а «почти супружеский долг» — выполненным. Как ни крути, мне с утра в редакцию. А значит, нужно успеть на электричку от Разлива, а значит…
Расчёт оказался неверным.
Костя часто работал из дома. Обычно в это время его можно было застать в глубоком кресле с ногами, закинутыми на спинку другого, продавленного кресла, с увлечением молотящего по клавиатуре ноутбука.
Сегодня в кресле (и за ним, и даже под ним) никого не оказалось.
Зато из спальни доносился интригующий шум.
Ни секунды не раздумывая, я толкнула полуприкрытую дверь.
М-да, вот это поворот... Судя по всему, Костя решил не дожидаться моей инициативы и разнообразил интимную жизнь, целиком и полностью сменив партнёршу.
Самой одетой в тесной комнатушке была, пожалуй, я, а ведь на мне было всего три предмета одежды.
Костя с азартом ввинчивался в девицу с волосами свекольного оттенка. Поза... О существовании таких поз я раньше и не догадывалась. Зато звуковое сопровождение было очень даже знакомым...
С каждым Костиным движением девушка стонала всё более сладко. Груди четвёртого размера, почему-то стреноженные сетчатым бюстгальтером, подпрыгивали, как арбузы, транспортируемые на грузовике с бахчи.
Я никогда не задумывалась, как поступила бы, если бы застала своего парня с другой. Самой естественной реакцией было бы завопить. Выкричаться! Начать бить посуду — скажем, расколотить о ближайшую голову стеклянный графин, давно просившийся на свалку. Устроить разбор полётов. Назвать бойфренда ублюдком или похотливым кобелём (
Словом, много чего весёлого можно было нарисовать на экране внутреннего проектора.
А в реальности мне стало так тошно, что я очень тихо и медленно попятилась, вышла из комнаты, а потом и из дома.
И впоследствии ещё долго представляла, что на самом деле мне следовало сказать, сделать и как поступить.
***
— Хочешь сказать, что ты реально ничего не подозревала? — в очередной раз изумлялась Алёна.
— Говорю же тебе: нет! — в очередной раз убито повторяла я.
У меня хватило сил кое-как втиснуться обратно в свои вещи в том же туалете на железнодорожной станции, дотащиться на переполненной электричке до Финляндского вокзала, а оттуда добраться до студии в одном из девяткинских «человейников», где уже несколько лет благодаря финансовой поддержке родителей и ипотеке обитала моя недоверчивая подруга.
— Вы вроде два года встречались?
— Угу, — кивнула я и влила в себя очередную дозу успокоительного: сносное каберне, купленное, по словам Алёнки, с бешеной скидкой по акции.
К сожалению, эффекта от него сейчас было не больше, чем от маминого компота.
— И ты ничего не замечала?
— Может, раньше ничего и не было. Или не выдавал себя раньше времени!
— Нормальный же парень был...
— И приличная скотина! — последовала новая доза «успокоительного».
— Представляю, как ты обалдела...
Подруга с участием смотрела на меня, но не притрагивалась к своему бокалу.
— Вроде всё как у всех: цветочки, кино, по выходным выбирались в какой-нибудь бар или за город...
— Может, вам надо было съехаться? — строила догадки Алёна. — Занять, так сказать, территорию...
Я вытаращила глаза:
— При чём здесь это? Он кувыркался! С другой! Девкой! На той же постели, что и мы... Где и я...
— Послушай, я, конечно, на твоей стороне... Но ты уверена, что не было звоночков?
— В каком смысле? — я осушила бокал до конца и с размаху вернула его на стол. Бокал жалобно всхлипнул, но выстоял.
— Может, он намекал тебе... Говорил, что его что-то не устраивает... Предлагал что-нибудь поменять?
— Говорил. Время от времени бурчал что-то про романтику и новые ощущения... Я же с этого и начала: решила устроить ему сюрприз! Может, немного затянула... У меня, блин, всё время то форс-мажоры, то совещания. Каждый день — горящие дедлайны и пачки текстов, которые надо переписывать за нашими бестолковками!
Алёна вздохнула.
— Сколько раз говорю: Мила, нельзя столько работать и не думать о себе. Ты без оглядки отдаёшься работе. А Костя, наверное, хотел, чтобы ты с таким же энтузиазмом отдавалась ему!
— И поэтому изменил?! Если я его не устраивала, мог бы сообщить, что мы расстаёмся, а потом трахаться с кем угодно!
— Может, это случайность: познакомился с ней и сам не понял, как так вышло? Может, напился, и понеслась. Или это ошибка: на самом деле ему нужна ты... Не хочешь поговорить с ним? Потребовать объяснений? Или хотя бы закатить скандал на прощание.
— Поговорить? Да пошёл он к чёрту! Даже если это была, как ты говоришь, «ошибка»… Он… Он делал с ней то же самое, что и со мной!!! Это типа как зубы другой щёткой почистить?! Бр-р-р... Вспоминать не хочу! А мою зубную щетку он может засунуть себе в задницу или посадить под окном вместо ромашек: я за ней не вернусь.
Я целеустремлённо попыталась подняться, но стол подозрительно зашатался.
— Ты куда?! — удивилась Алёна.
— Туда! Поеду домой. Завтра надо быть в редакции к десяти...
— Не выдумывай! Я тебя в таком состоянии никуда не отпущу... Ещё бокал? Хотя… хватит с тебя. Лучше сырники. Будешь сырники? С утра остались...