Алиса Веспер – Последняя секунда Вселенной (страница 68)
Он улыбнулся.
Теперь голос не раздражал. Безумие текло по его венам.
Когда он поднялся достаточно высоко, то увидел гигантский водоворот. Затем второй и третий. Воронки окружали остров. Наверное, невозможно было попасть сюда по морю. Насколько вообще возможно попасть куда-то по морю в Библиотеке?
Он уже догадывался, что ждет его наверху. Он догадывался,
Крутые ступени вели к вершине.
Цвета нового мира казались выкрученными на максимум. Небо было слишком ярким, лазурным – на него невозможно было смотреть, не щурясь. Море – переливы ультрамарина и бирюзы. Земля покрыта разноцветными камнями всевозможных оттенков – так много, Саншель даже не знала их названий.
Аннабель закрыла глаза ладонью. Айвин будто бы не обратил внимания.
– Слышите? – Саншель села на землю и приложила руку к теплой земле. – Она дышит.
– Дракон? – спросила Аннабель.
– Да.
– Здесь очень красиво, – сказала Аннабель. – Но нам нужно найти Эйрика.
Саншель покачала головой и произнесла.
– Я остаюсь.
– Что?! Нет. О чем ты говоришь?! – возмутилась она. – Ты не можешь остаться. Не можешь…
– Я обещала. Теперь мое место здесь.
– Нет-нет! – Аннабель села рядом и взяла ее за руку. – Ты ведь говорила, что мы были подругами.
Она должна была убедить Саншель пойти дальше. Она не могла оставить ее одну. Она не могла остаться одна. Только не сейчас, когда все так… странно.
– Мы были. Но я обещала ей вернуться. Давным-давно. И теперь я должна остаться.
Аннабель замотала головой. Ее пугала сама мысль об этом.
– Нет. Не должна. О чем ты говоришь? – Она умоляюще глянула на Айвина. – Ну, хоть ты! Скажи ей, что это все бред. Мы ведь можем пойти к ведьме и попросить ее все отменить.
– Ведьма не решит всех проблем, – мягко сказала Саншель. – Тем более я хочу остаться. Сама.
– Но почему? Почему?
– Теперь это мой мир, – произнесла Саншель. – Куда бы я ни пошла, я буду возвращаться сюда. В следующей жизни мы снова будем вместе, но сейчас вы должны идти дальше.
– Но Эйрик ждет тебя, – тихо ответила Аннабель.
– Эйрик придет сам, если ему будет нужно.
– Но как? Ты нужна нам, чтобы снова запустить Перевременье, разве нет?
Саншель улыбнулась.
– Возможно. Но в этот раз я буду здесь. Скоро ты все увидишь.
– Что я увижу?! – взорвалась Аннабель. – Пока я ничего не понимаю. Совсем ничего! Почему ты должна оставаться здесь? Почему ты не можешь вернуться потом?
– Возможно, однажды я вернусь. Возможно, нет. Все в порядке, Аннабель. Мы еще увидимся.
Саншель посмотрела ей в глаза. Хоть она была ниже ростом, но Аннабель показалось, что сейчас та разрослась до размеров целого мира. В ее глазах, обычно карих, теперь плескались ультрамарин и бирюза. А кожа, ее смуглая кожа, стала цвета всех этих немыслимых оттенков золота и охры.
Когда они уходили, Аннабель оглядывалась. Не могла не оглядываться. Айвин поддерживал ее, обнимая рукой за талию. Она смотрела на Саншель. А Саншель смотрела им вслед, пока не исчезла в дымке междумирья.
Шелл смотрела им вслед, пока они не исчезли. Айвин совсем изменился. Глаза позеленели, как весенняя листва, на левой щеке вился тонкий черный рисунок плюща, кожа стала совсем белой. Аннабель… все еще была растеряна. Шелл знала, что скоро ей станет еще хуже. Знала и ничего не могла сделать.
– Вот мы и наедине, – сказала она и подняла руку к глазам.
Кожа меняла цвет. Теперь она стала частью этого мира.
Шелл легла на спину. Спиной к спине дракона. Закрыла глаза и почувствовала, как
Новорожденный мир наполнял чувствами, которых она доселе не испытывала. Это не была любовь в том общепринятом смысле, это было нечто… иное. Саншель смотрела на этот мир и понимала, что она создала что-то
Айвин был прав. Это не наказание.
Впервые за – сколько жизней? – она почувствовала себя цельной.
Как лесной орех.
Она улыбнулась, вспомнив об Эйрике. О ее глупом нетерпеливом Эйрике.
– Кто бы мог подумать? Я родилась на острове среди тех, кого принято называть дикарями. Мой отец строил дома, больницы и школы, чтобы они жили
Шелл улыбнулась.
– Когда я была совсем маленькой, отец забрал меня с острова. Он был такой бледный. Как и все на том континенте, куда мы с ним отправились. Как и все в той стране. А я… я полукровка. Если подумать, я всегда была существом двух миров.
Она вспомнила маму, которая осталась среди каменных дольменов и деревянных идолов. Лишь смотрела, когда отец уводил Шелл. Она отказалась уплывать с ними.
У мамы был дар, который Шелл не унаследовала. Или просто забыла о нем. Мама, верная своему дару, осталась в другой эпохе. Шелл и отец уплыли.
– У тебя есть родители? – спросила она, но дракон не ответил.
Она попыталась вспомнить мамино лицо.
– Мне нужно было с ней связаться. Хотя бы попробовать. Но я столько лет ненавидела ее за то, что она позволила вот так забрать меня. Я ведь могла… могла.
И тут Шелл
Темнокожая женщина с длинными седеющими волосами все так же стояла среди дольменов и своих несуществующих идолов. Она смотрела на море своими зелеными глазами.
– Мама, – прошептала Шелл.
Женщина помахала ей рукой.
– Это был долгий путь. Я рада, что ты наконец-то дома.
– Я тоже. Я знаю, это эгоистично, но я так злилась, что ты позволила отцу забрать меня. Он ведь отправил меня в интернат и забыл о моем существовании.
– Он не забыл. Просто он не смог понять, кто ты.
– И кто же я?
–
– Я устала. Я больше ничего не хочу. Отведи меня домой, – безжизненно сказала она.
Айвин понимал, что это может быть его последний шанс. Есть вероятность, что они больше никогда не увидят друг друга. И что тогда? О чем он будет жалеть в последнюю секунду своей жизни? О чем будет жалеть она?
– Ты не должен был идти с нами, – Аннабель опустила глаза.
– Ну, что ты? Я не против последней прогулки. Тем более – с тобой и Саншель.
– Ты действительно знал нас раньше?
Он кивнул.