Алиса Васильева – Все приключения леди Торес (страница 12)

Последнюю фразу Исидор произнес с явным недовольством.

— И в «Мотылек», надеюсь, мы с ним в этот раз тоже попадем, — вздохнула я.

На этом наш разговор прервался. О чем тут говорить? Мы же оба все понимаем. Даже сырников расхотелось. К черту сырники.

Я резко поднялась, едва не сметя тарелку со стола, и повернулась к Исидору. Решительно посмотрела ему в глаза, и он не отвел взгляд.

— Исидор, что ты будешь делать после того, как выдашь замуж младшую сестру? — По-моему, прямее спросить уже просто нельзя.

Ну пожалуйста, давай тоже без всяких недомолвок и двусмысленностей.

— Уже смогу оставить должность дворецкого, но все еще буду лордом Игелторном, — в голосе Исидора прозвучала горечь, которой я не смогла понять.

Ладно, придется выразиться еще прямее.

— Но это ведь хорошо? Титул у тебя есть, значит, останется только найти богатую невесту.

Исидор грустно-грустно улыбнулся. У меня сердце заныло от нехорошего предчувствия.

— После того, что сделал мой отец, лорд Игелторн — это не титул, а клеймо. Император не просто так пожелал оставить его мне. Даже если и удастся найти отважную леди, которая согласится разделить мою судьбу, я никогда не пожелаю такой участи нашим детям, — тихо и серьезно произнес Исидор, а потом добавил веселым тоном, в котором почти не чувствовалось фальши: — Так что я решил остаться холостяком и посвятить свою жизнь чему-нибудь более…

Узнать о планах моего дворецкого не удалось. В дверь постучали. Исидор, кивнув мне, пошел открывать. А я осталась посреди комнаты, пытаясь справиться с поднявшейся в душе бурей. Честно говоря, до этого момента я совершенно не задумывалась, почему у наследника мятежного лорда Игелторна остался титул. Я-то думала, что это подтверждение мудрости и милосердия Императора. А выходит — наоборот? Но это неправильно! Зачем Император так поступил с Исидором? Ребенок ведь не может и не должен отвечать за преступления покойного отца. Исидору во время мятежа было девять лет!

— Ректор просит архимагистра Торес немедленно пройти к нему в кабинет! — Писклявый голос секретарши Рапидио ни с чем не спутаешь.

Я вынырнула из тяжелых раздумий и негодования. Стрелки часов находились в районе девятки и шестерки. Вот зачем я понадобилась Рапидио в такую рань? Я вернулась за стол и нехотя принялась за сырник. Аппетит что-то совсем пропал.

— У леди Торес через полчаса начнется предэкзаменационная консультация, — вежливо сообщил женщине Исидор.

Это правильно, хорошо, что он вспомнил о консультации, у меня как-то на фоне эмоционального расстройства совсем из головы вылетело.

— Магистр Эрикс заменит ее сегодня, — заверила мисс Мауст, — и тебя ректор тоже желает видеть.

Это еще зачем? Что, опять проблемы? Я чуть не подавилась сырником.

— Мы будем через двадцать минут. Архимагистр Торес заканчивает свой завтрак. — Исидор, в отличие от меня, оставался совершенно спокойным.

Каблуки пожилой секретарши ворчливо зацокали по коридору. Не знаю, как у нее это получается, но все, что делает мисс Мауст, носит оттенок ворчливости.

— Чего Рапидио от нас надо? — выпалила я, как только Исидор закрыл дверь. — Думаешь, снова вопросы к нашей диссертации?

Не знаю, что уж в моих словах показалось Исидору забавным, но он с трудом сдержал улыбку.

— Нет, вряд ли у ректора остались вопросы к вашей диссертации, леди Аврора. Вы не возражаете, если я займусь вашей прической? У нас мало времени.

Я не возражала. У меня в голове и так был целый фейерверк протестов. Император с его несправедливыми наказаниями невиновных, Рапидио со странными желаниями лицезреть меня в девять часов утра, супер-крем от морщин с очень бережным к ним отношением. Перед тем, как покинуть комнату, я еще раз взглянула на себя в зеркало, быстро надев очки. Какие там триста процентов?

К кабинету ректора я прибыла в расстроенных чувствах.

А Рапидио был не один. Компанию ему составлял какой-то императорский гвардеец со смазливым лицом и полковничьими нашивками. Что от меня потребовалось блюстителям порядка? Я же в последнее время ничего такого не делала. Вроде бы. Все равно не люблю стражников.

Когда я вошла в кабинет, гвардеец встал, отдавая дань светскому этикету.

— Архимагистр Торес, позвольте вам представить начальника городской полиции, полковника Лигера. — Вот наш любимый ректор светский этикет проигнорировал, предпочтя оперировать научными степенями и военными должностями и званиями.

Мне плевать. А вот Лигеру, как выяснилось, нет.

— Баронет Лигер, к вашим услугам, — счел нужным дополнительно представиться мне полковник.

Я кисло улыбнулась. По-другому в девять утра я улыбаться не умею.

— Полагаю, что это вы, Лигер, нуждаетесь в услугах архимагистра Торес, — как-то без энтузиазма заметил Рапидио.

Да? Я мысленно выдохнула. Значит, меня сейчас ни в чем обвинять не будут. Я величественно, ну как уж смогла, опустилась на пустующий второй стул напротив кресла Рапидио. Исидор остался у двери. Его, естественно, никто никому представлять не собирался. Зачем же ректор вообще его вызвал? Может, я бы и догадалась, но одновременно думать и говорить я не умею, а беседу следовало как-то поддержать.

— И чем я могу помочь нашей доблестной полиции? — поинтересовалась я.

— Стража ловит в Проклятом лесу единорога. — Рапидио, несмотря на ранее время, пребывал в рабочем настроении, но его явно что-то беспокоило.

— Единорога? Серьезно? — не поверила я.

Единороги — существа редкие, небольшое стадо имеется в угодьях Императора, да по паре штук обитает в лесах самых богатых семей Империи. В дикой природе эти копытные уже лет пятьсот не водятся. Лес возле Академии — не то место, где можно встретить столь редкое магическое животное. Хотя если вспомнить, что там творилось вчера ночью, я бы не удивилась встрече и с покойным дедушкой Императора.

— Понимаю ваше недоверие, леди Аврора, — присоединился к разговору баронет Лигер, — но помимо вороживших вчера в лесу студентов Академии, единорога видели два егеря и, самое главное, ректор Медицинской Академии, чьими свидетельствами мы не можем пренебрегать.

— А что Авгус делал в лесу? — вырвалось у меня.

— Ну полковник Лигер ведь сказал: доктор Авгус Равгус видел там единорога, — многозначительно произнес Рапидио.

Самое обидное, что я значения важной фразы не поняла, а вот Лигер, нахмурившись, бросил на ректора внимательный взгляд, словно тот сообщил нечто весьма интересное и важное. Ладно, плевать.

— А я-то тут при чем? — перешла я к сути дела.

— Как известно, единороги очень опасны и практически нечувствительны к магии, — начал Лигер откуда-то очень издалека.

То, что он с таким таинственным видом поведал, я и сама знала. Будучи мощнейшими и агрессивнейшими магическими тварями, единороги практически неуязвимы как для обычного оружия, так и для заклинаний. На них действует всего два-три проклятья сто восемнадцатого уровня, да и то… лишь при тактильном контакте.

— И мы хотели бы свести потери к минимуму, воспользовавшись тем, что вы, леди Торес, сочетаете в себе столь уникальные характеристики, — закончил баронет как-то совсем туманно.

— А? — опешила я.

Самым правильным решением было бы обратиться за разъяснениями к Исидору, но правила светской беседы не предполагали варианта «посоветоваться с дворецким». Так что я просто сидела и пялилась на Лигера. Который почему-то тоже молчал. Ситуацию спас Рапидио.

— Полковник Лигер имеет в виду, что вы, Аврора, единственная в городе незамужняя дама, способная произнести заклинание Пут сто восемнадцатого уровня, — хмурясь, пояснил он.

А, ну да! Единороги же спокойно подпускают к себе девственниц. Блин, вот ведь вляпалась. И даже черт бы с ним, с заклинанием сто восемнадцатого уровня, Исидор мне его напишет на бумажке. Но ведь придется опять бродить по лесу! Стоп. А почему это вдруг я единственная незамужняя магесса? У нас половина кафедры — женщины. И примерно треть из них — незамужние!

— А может, вы лучше обратитесь к Селин Роуз или Картафогс? — с надеждой предложила я. — Они тоже вполне себе не замужем, и обе имеют степени магистра.

Рапидио прикрыл глаза, почему-то покрывшись живописными красными пятнами. Лигер же с трудом подавил ухмылку.

— Боюсь, единорог на это не поведется, — выдавил ректор, — так что вы, Торес, наша единственная надежда на бескровную поимку редкого животного.

Я сидела и хлопала глазами. Они серьезно? Я что — единственная старая дева во всем городе? Ну ладно, единственная старая дева из тех, у кого есть магические способности высшего ранга, но сути дела это особо не меняет!

— С заклинанием Сонных Пут проблемы ведь не возникнет? — уточнил ректор.

Вопрос вроде был адресован мне, но смотрел Рапидио на Исидора. Ах вот, оказывается, зачем он тут. Ректор решил убедиться, что Исидор знает нужное мне заклинание. Дворецкий едва заметно кивнул, но, Лигер, похоже, их с Рапидио взаимодействие все-таки заметил.

Что тут вообще за цирк происходит?

— Что ж, архимагистр, удачной охоты! Но прошу вас помнить, что единороги — вымирающий вид, и отнестись к проблеме со всей возможной ответственностью! Также не следует злоупотреблять магией в лесу, который является сложной и хрупкой экосистемой, — понес свою любимую чушь ректор. — Прошу вас заняться этим немедленно, единорог — существо опасное, тем более что многим студенткам может прийти в голову мысль самостоятельно поохотиться на столь редкий экземпляр. Магистр Эрикс заменит вас на всех сегодняшних консультациях, а полковник Лигер, уверен, окажет любую посильную помощь.