Алиса Шёбель-Пермякова – Неполная толковая энциклопедия сказочных существ и проявлений. Том 1. Козье копытце (страница 2)
– Погладят… Утюгом?!
– Ага! – радостно крякнул возница, – именно, утюгом. Утюги Аномалия жалует. Старые которые, со спиралью накаливания и переключателем.
– А… – Лена растерянно посмотрела на экипаж.
– А автомобили не жалует. Волхвы в Москве метро насилу запустили – два года бились!
– А откуда у вас электричество?!
– В городах волхвы как-то к Аномалии подключились: говорят – perpetuum mobile. А в деревнях ветряки да солнечные батареи – ГЭС да АЭС Аномалия быстро успокоила… Мы теперь самая экологически чистая страна в мире! Аномалия знает, что для нас лучше…
– Вы считаете, что Аномалия – живая?!
– Я ничего не знаю. Но мне она чертовски нравится!
К вечеру они приехали на постоялый двор. Ян завороженно наблюдал, как Харон распрягал и чистил лошадей, потом даже рискнул взяться за щётку и помочь. Лена осмотрела отведённую им комнату. Папа называл такое "Sozialistenbau" – постройка от и для тех, кто верит в социализм: минималистично, обезличенно, стандартизовано, всё из кирпича и гранита, холодно, дёшево и с картинкой на стене, показывающей счастливый быт мускулистых рабочих и их непременно счастливых детей. Внутри угрюмый коридор, массивная лестница и одинаково унылые комнатушки с железными кроватями и жёсткими матрасами. Шкаф выглядел древним, но оказался на удивление крепким. Свечки, пара зажигалок, мыло, одеяла… Заперев дверь на ключ, она спустилась в стеклянную веранду, именуемую рестораном. Людей было мало, в углу сидел бородатый карлик в смешной одежде, ковыряясь в старинном будильнике.
– Ужин через час будет! – проворчал он.
Лена нашла Яна с Хароном на скамейке у леса. Харон что-то рассказывал, Ян развесил уши. Она села рядом.
– У нас у всего есть хранитель. Вроде как, дух этого места. В каждом лесу – леший; он следит, чтобы лес жил, чтобы никто ему не вредил, чтобы зверей зря не пугали и всё такое. Когда по грибы идёшь, принято ему гостинец на пенёчке оставить, а если он прогневается – единственный способ – одежду наизнанку одеть, а то из лесу так и не выберешься.
– А как он выглядит? – благоговейно спрашивал Ян. Ему вся Аномалия казалась живым воплощением сказок про Гарри Поттера.
– Как захочет. Может пнём обернуться, может – деревом, может – кабаном или медведем, а может и стариком весёлым. В лесу он – хозяин. В воде – водяной то же самое делает, а дома – домовой.
– А они как выглядят?
– Водяных я ни разу не видел, а домовой на доброго дедушку похож: мелкий, в добротной рубахе, с бородой, что-нибудь по хозяйству хлопочет.
– И в этих, ваших, ботинках из соломы? – Напряглась Лена.
– Бывает, что и в лаптях, – согласился Харон, – неужто тебя Тимофей здешний вниманием удостоил?
– Сидел один в ресторане… Мелкий и с бородой. Сказал, что ужин через час…
Харон жизнерадостно расхохотался. Ян смотрел на сестру с недоумением и завистью. Как так: она уже с настоящим домовым пообщалась, а он – нет. Поддавшись на его уговоры, они пришли в столовую раньше времени, но домового Тимофея уже не застали. Вместо этого застали массивную повариху, которая угрожающе проинформировала их, что ужин готов. Ничего выдающегося, но необыкновенно вкусно: греча, гуляш, который здесь почему-то был мясом в соусе, а не супом, тающая во рту ватрушка (так назывался пирожок с творогом).
Когда они пошли спать, Ян извлёк из кармана свою ватрушку, добавил к ней шоколадку из своего рюкзака и положил это все на тумбочку в углу.
– Как домовой узнает, что это для него? – поинтересовалась Лена.
– Я подпишу! – поразмыслив, решил Ян, вырвал из блокнота листок и, старательно выводя каждую букву на кириллице, подписал: "Тимофей".
Утром на том же месте лежал мешочек с орехами, яблоками и сушками – странным русским печеньем в виде колец. На обратной стороне листка так же старательно русскими буквами было выведено: "ДАНКЕ". Домовой явно с кем-то посоветовался про то, как будет “спасибо” на немецком. Ян был в восторге.
Они позавтракали овсянкой и получили с собой в дорогу сырники на обед. Карета пополнилась на одним небольшим мешком с почтой. Когда Лена вытащила чемодан, Ян с Хароном уже впрягали лошадей. Увидев Лену, Харон передал поводья Яну и подхватил чемодан.
– Ян, хотя бы, пока ты тут, у нас принято девушкам помогать во всём! Просто потому, что мы их так ценим! – Ян рассеянно кивнул, лошади были сейчас ему важнее, – Хороший он парень, твой брат. На лету всё ловит!
– Очень хороший! – согласилась Лена.
До следующей смены лошадей Лена с Яном завороженно слушали байки возницы, а после обеда рассказывали наперебой, что творилось в остальном мире. Аномалия больше не казалась чем-то враждебным и таинственным. Духом приключения прониклась даже Лена. Во время ночёвок Ян всё искал домовых и пытался меняться с ними едой. Иногда даже успешно. Лена больше домовых не встречала.
Однажды над ними пролетела стайка радиоактивных павлинов. Отсмеявшись над метким определением, Харон пояснил, что это – Жар-птицы.
– Вредные сволочи, но красивые… Голыми руками трогать их не вздумайте, да и не подпустят они вас так близко. Зато, говорят, их пение болезни лечит.
– И кого-то вылечило?
– В больницы их поставлять ещё никто не додумался, – хмыкнул Харон, – но у моего свояка, когда он на них в лесу наткнулся, отношения с женой заметно улучшились. Их перья ещё хорошо продаются. Вместо свечки в лампу и полгода экономии.
– А потом?
– А потом гаснут. …Их, кстати, учёные тоже ловили. Только за границей Аномалии они либо в обычных сорок превращались, либо исчезали вовсе.
– Домовой, Водяной, Леший, Жар-птицы… – задумчиво перечислил Ян, – запомнить бы…
– Самая полезная вещь для вас – "Неполная толковая энциклопедия сказочных существ и проявлений на Руси". Очень рекомендую купить! Там про всех есть.
– А почему неполная?
– Дык, авось кто ещё появится. Её каждый год переиздают.
На восьмой день пути на дороге их встретил странный старик с мхом в бороде и явно сумасшедшими глазами. Будь на то воля Лены, она бы подзадорила лошадей – лишь бы быстрее миновать странного старикана. Такие "деревенские дураки" в начале путешествия всегда предвещают трудности и испытания. Харон, напротив, остановился и обратился к старику с очень большим уважением.
– Чего тебе надобно, старче?
– Технически, помоложе тебя буду! – хитро прищурился старик.
– Технически, нас вообще нет… – хмыкнул Харон, и оба довольно крякнули.
– Подвезешь, отроче?
– Отчего же не подвезти, места достаточно.
Старик по-молодецки запрыгнул в карету и пристроился рядом с чемоданом.
– Чую, чужаки вы! – безапелляционно обратился он к Лене с Яном.
– Да, мы ненадолго приехали…
– Никогда не зарекайся!
– Не чего?! – Лена с Яном удивлённо переглянулись.
– Не будь уверена в том, чего ещё не случилось, – "перевел" Харон, и тут же пояснил, – Они из Австрии, не все слова знают.
– Ах, немцы… – старик задумчиво погладил бороду.
– Австрийцы не совсем немцы… – возразил Ян.
– Тебя не перечить старшим разве не учили? – вспылил старик.
– Я не перечил, я поправил, – возразил Ян. Лена примиряюще взяла брата за руку.
– Не серчай, дедушка, они наших обычаев ещё не знают, – с напускным добродушием сказал Харон, – пряников не отведаешь? Свежие, Маруся с "Наполеоновской стоянки" вчера наготовила.
– Больно хороши для меня твои пряники! Хай мелкий поделится!
Харон разнообразными гримасами показал, что Ян обязан что-то старику дать. Ян какое-то время посопел, и достал из рюкзака сушек. Старика тут же словно подменили. Он повеселел, начал рассказывать всякие байки про зверей, про цветок папоротника, про поляны Жар-птиц и прочие небылицы. На подъезде к очередному постоялому двору он попросил Харона высадить его.
– Хороший ты дядька, Харон, – вздохнул старик, – я волкам запретил тебя и пассажиров твоих трогать!
– От всей души, дедуль! – Харон разве что в ноги не упал старику.
– Девка, молодая ты ещё, нестрелянная… Держи от меня, да добром деда сумасшедшего поминай! – он протянул Лене какую-то тряпочку. Та постаралась, по примеру Харона, как можно любезнее отблагодарить старика; Харон просто так лебезить не стал бы.
– А тебе, молодо-зелено, молоко на губах не обсохло, гостинец заморский!
– Шоколадные шарики! – воскликнул Ян, треклятые рисово-кукурузные шарики в шоколаде, которые всё нормальные дети ели на завтрак с молоком, а Ян всухомятку между всеми приемами пищи. Лене уже осточертело находить нечаянно вывалившиеся из кармана шарики на полу и под диванами, – Спасибо, старик!
– Не рассыпь, смотри! – проворчал старик, спрыгнул с кареты и шустро исчез в лесу. Карета тронулась.
– Вы поуважительнее в следующий раз! – вполголоса предупредил Харон, – Я же вам про леших рассказывал…
– Это был Леший? – в голос воскликнули Лена с Яном.