Алиса Ришар – Полюби меня в следующей жизни (страница 1)
Алиса Ришар
Полюби меня в следующей жизни
Пролог
В комнате царил полумрак, пронизанный дрожащим светом одинокой свечи в серебряном канделябре. Её трепетное пламя словно оживляло пространство: по тёмным каменным стенам струились причудливые блики, превращая гладкую поверхность в поток расплавленного золота. На мгновение я замерла, заворожённая этим мистическим танцем света и тени.
Тишину нарушало лишь мерное тиканье старинных часов – они стояли слева, рядом с массивным книжным шкафом, чьи полки скрывались в сумраке. Я невольно поёжилась, обхватив плечи руками: холод просачивался сквозь огромное окно во всю стену, несмотря на толстую деревянную раму.
Это был сон. Я знала это наверняка – слишком уж часто видела этот кабинет. Менялись времена года, погода, пейзаж за окном, но сама комната оставалась неизменной, словно застывшей вне времени.
Вот небольшая софа с крошечными подушечками у белоснежного мраморного камина. Иногда я позволяла себе присесть на неё, наблюдая за игрой пламени. Удивительно, но в этих сновидения я ощущала всё: холод, жар, текстуру тканей… И всё же оставалась невидимой для окружающих.
Мой взгляд скользнул к центральному элементу комнаты – тяжёлому столу из тёмного дерева. Напротив него на стене висел огромный гобелен: искусная вышивка золотыми нитями изображала зачарованный лес. Впервые увидев его, я затаила дыхание – настолько реалистично были переданы детали: каждая ветка, каждый листок, будто сотканный из лунного света.
Приблизившись к столу, я осторожно провела пальцами по гладкой поверхности. Документы и письма, как всегда, были разбросаны в хаотичном порядке. Повернув голову к окну, я залюбовалась зимним пейзажем: сквозь заледеневшее стекло пробивались последние лучи солнца, а в воздухе кружились снежинки, мерцая, словно крошечные звёзды. Чёрные ветви деревьев отбрасывали изломанные тени, а одинокие фонари тускло освещали заснеженную дорожку парка.
Внезапный скрип двери разорвал чарующую тишину. Порыв ледяного воздуха обжёг оголённые участки кожи. Сердце бешено заколотилось в груди, когда я обернулась.
В кабинет вошёл мужчина. Его шаги гулко отдавались по неровной каменной плитке. Остановившись неподалёку, он засунул руки в карманы узких бриджей. В свете свечи его голубые глаза казались почти чёрными – бушующее море в час шторма. Он смотрел сквозь меня, на зимний пейзаж за окном. Его облик напоминал дворянина из старинных фильмов – тех, что я обожала смотреть с бабушкой в детстве.
Он сделал шаг вперёд, оказавшись почти вплотную ко мне. Я замерла, задержав дыхание. Его горячее дыхание щекотало кожу, по рукам побежали мурашки, а щёки вспыхнули от непривычной близости.
Голос дрожал, не позволяя произнести ни звука. Его присутствие изгоняло холод из моих озябших рук, даря обманчивое тепло. Тело затряслось от нахлынувших эмоций – они были настолько яркими, всепоглощающими, что я едва могла себя контролировать. Безграничная нежность переплеталась с отчаянием и тоской, душила, разрывала изнутри.
Где‑то на задворках сознания вспыхнула ярость. Как же я ненавидела это! Каждый раз, стоило ему появиться, я теряла контроль над собой. Противоречивые чувства разрывали душу: с одной стороны – неистовая ненависть, с другой – безграничная тоска и нежность. Это сводило с ума, терзало сердце, заставляло задыхаться от бессилия.
Его грудь прорисовывалась под тонкой шёлковой рубашкой, сшитой точно по фигуре. Серебряные пуговицы украшал едва различимый в полумраке герб. Меня охватило почти непреодолимое желание дотронуться до его светлой кожи, ощутить тепло его тела.
Воздух между нами сгущался, становясь почти осязаемым. Хотелось обхватить его руками, уткнуться лбом в широкую грудь, вдохнуть его аромат. Жар окутал меня, голова закружилась. Собрав остатки сил, я отступила – шаг, ещё один, пока не упёрлась спиной в холодную каменную стену.
Словно почувствовав моё отсутствие, он обернулся. В его глазах вспыхнуло пламя, а в глубине зрачков я прочла дикое, необузданное отчаяние. От этого зрелища у меня подкосились ноги, сердце болезненно сжалось. Я вцепилась в край небольшого столика у стены, пытаясь удержаться.
Он прикрыл глаза, и морщинки на его лбу прорезались ещё глубже.
"Нет! Нет! НЕТ!" – отчаянная мысль билась в моём помутневшем от страха сознании. – Это невозможно! Он не может видеть или чувствовать меня! Это просто игра воображения!
Я отчаянно пыталась собрать остатки самообладания, удержаться на ослабевших ногах. Мир вокруг начал расплываться, невыносимая тяжесть навалилась на уставшее тело. Где‑то вдали, словно сквозь толщу воды, доносился тихий, едва уловимый звук…
Глава 1
ПИП! ПИП! ПИП!
Сознание возвращалось урывками, будто сквозь вязкий туман. Противный писк будильника проникал под кожу, царапал уши, отдавался глухой болью в затылке. Веки не слушались – сон цеплялся за меня, словно мать, не желающая выпускать ребёнка из объятий. Лишь с третьей попытки удалось приоткрыть глаза.
ПИП! ПИП! ПИП!
Будильник не умолкал. Наконец, не выдержав, я рывком села на кровати. Несколько непослушных кудрей упали на лицо – видимо, выбились из пучка. Устало взглянув на тумбочку, я пыталась осознать, где нахожусь. В голове было непривычно пусто, мысли разбегались, словно испуганные мыши.
Спальня тонула в полумраке. Порыв ветра хлестнул по ставням приоткрытой форточки, и в комнату ворвался запах свежести и мокрого асфальта. На улицах Лондона шёл дождь. Прохладный воздух коснулся шеи, заставив вздрогнуть. С губ сорвался хриплый вздох – но даже он не мог заставить меня встать. Натянув одеяло повыше, я перевернулась на бок, укутываясь в тёплый кокон.
ПИП! ПИП! ПИП!
Пронзительный звук вернул в реальность. Глаза нашли смартфон на тумбочке. Одним движением я выключила будильник. Спальня погрузилась в тишину, нарушаемую лишь стуком дождя за окном – размеренным, почти успокаивающим.
Несколько минут я сидела, разминая затекшие мышцы, и пыталась осмыслить ночной сон. Что‑то было не так. Последние четыре года сюжет не менялся: тот же кабинет, те же детали, тот же мужчина. Но сегодня всё пошло по незнакомому сценарию. Сердце сжалось от тревожного предчувствия.
«Новые таблетки дали эффект, – подумала я. – Наверное, стоит позвонить Тому».
Внутри всё сжалось. Результат оказался совсем не тем, на который я рассчитывала. Кожа покрылась мурашками. Я обняла себя за плечи – в спальне было прохладно. Пора перестать оставлять форточку открытой на ночь.
Взгляд скользнул к календарю на стене. С последней встречи с Томом прошло всего два дня. Значит, сегодня ровно неделя, как я принимаю новые таблетки.
Том стал моим третьим психиатром за три месяца. Я обратилась к нему в отчаянии, пытаясь понять, почему мне постоянно снится один и тот же мужчина. Воспоминания о первом сеансе навалились тяжёлым грузом. Я снова увидела его доброжелательное лицо, глаза, полные сочувствия, когда я дрожащим голосом рассказывала свою историю. Он был последней надеждой. Но теперь ясно: таблетки не сработали так, как ожидалось.
Экран телефона засветился. «МАМА» – высветилось на дисплее. Я поспешно взяла трубку, прочистив горло.
– Привет, дорогая! Я не разбудила тебя? – бодрый голос матери раздался из динамика. – Звоню уточнить, во сколько ты собираешься выезжать. Мы с папой хотели устроить семейный ужин.
Я взглянула на часы напротив кровати.
– Нет, встала пару минут назад. Думаю, приеду поздно, мам. Нужно сдать заказ и договориться с хозяйкой квартиры, что меня не будет около месяца.
Голос едва дрогнул на последних словах. Я чертыхнулась про себя, надеясь, что мама не заметила. Не хочу, чтобы она думала, что у её дочери проблемы.
На той стороне повисла тишина.
– Дорогая, всё хорошо? – спросила мама.
В груди похолодело. Я ненавидела врать ей, но ещё больше – видеть её беспокойство.
– Да, мам, всё отлично. Просто поздно легла, хотела закончить работу до отъезда из Лондона.
После мучительной паузы мама тяжело вздохнула. Вина скрутила живот, в горле встал ком.
– Хорошо, – сказала она. По тону я поняла: она не верит. – Не буду учить тебя, что переработка и плохой сон вредны для здоровья. Ты уже большая девочка.
Я судорожно выдохнула. Волна облегчения накрыла меня. Мама не стала расспрашивать.
– Обязательно позвони, когда будешь подъезжать. Твой отец починил фонарь во дворе, я включу его.
– Обязательно, – выпалила я и быстро сбросила звонок.
Усталая улыбка растянулась на губах. Я была благодарна маме за то, что она не стала лезть с вопросами. Тепло разлилось по венам, и день уже не казался таким мрачным.
Положив телефон на тумбочку, я составила план: позавтракать, собрать вещи, отправить заказ Кайлу. Взгляд снова упал на календарь. Нужно позвонить Тому, перенести сеанс – или договориться о видеосвязи. Это значительно облегчило бы жизнь.
Убедившись, что ничего не упустила, я встала с кровати. Ступни обожгло холодом. Я ахнула и снова села, подняв ноги.
– Пора прекращать оставлять окно открытым на ночь, – усмехнулась я.
Привыкнув к холоду, я пошла в душ.
После утренних процедур собрала волосы в пучок и направилась на кухню. Заварив крепкий кофе, плюхнулась на стул, взяла планшет. Найдя нужный файл, отправила его Кайлу.
Осторожно пригубив кофе, я посмотрела в окно. Небо было привычно серым. Капли стекали по стеклу. За окном люди спешили на работу, укрываясь зонтами. Дождь постукивал по крышам и подоконникам, создавая монотонный ритм, будто отбивая такт моему беспокойному сердцу.