Алиса Перова – Танцующая в неволе (страница 36)

– Римма, встреть, пожалуйста, курьера, а я тороплюсь на переговоры, – и я поспешила вернуться в спальню, чтобы заняться собой.

Что я могла ей ответить? Что, если я и знаю, что такое любовь к мужчине, тогда это не то чувство, за которое стоит бороться и рвать своё сердце? Проверено опытным путём, и не однажды – все эти страсти проходят, как насморк, чтобы в следующий период своей уязвимости ты смогла подхватить очередной вирус. Сначала некомфортно, потом тяжело дышать и трудно представить, как жил без этой помехи. Далее дышать становится легче и ты временами забываешь о болезни и, наконец, всё проходит, будто и не было вовсе.

Но разве мечтательные, юные барышни готовы услышать такое циничное сравнение? А Риммочка… – получив от жизни такой жестокий и подлый урок, она сохранила веру в настоящее, светлое чувство, и кто я такая, чтобы пытаться её разубеждать.

И кто же я? Уже не юная и совсем не трепетная барышня. Достаточно взрослая и опытная, чтобы давать советы молоденьким дурочкам, но слишком замкнутая и сдержанная, чтобы этого не делать. Чересчур жестокая и расчётливая, чтобы искромсать и опошлить любые романтические поползновения. Но кто бы знал, насколько трусливая, чтобы позволить себе обнажить собственную душу, выпустить на свободу давно пожирающее меня чувство, дать ему определение. Оно ядовитой змеёй сдавило моё сердце, отравило кровь, но обречено остаться платоническим. Возможно, секрет вечной любви именно в этом и кроется – низменные плотские инстинкты убивают высокие чувства. Звучит фатально, но работает.

– Диана, вы отпадно выглядите! – с придыханием пролепетала Риммочка, когда я во всеоружии покинула спальню. – Ой, а вы же цветы не видели, они от Баева. Взгляните только – целую клумбу притащили.

– М-м-м, комплиментарный букетище, – прокомментировала я необъятную охапку кремовых роз в большой плетёной корзине, украсившей мою гостиную.

– Да, теперь Вы знаете, что по мнению этого бандюги Вы само совершенство и идеальная пара для него, – с важным видом закоренелого ботаника провозгласила Римма.

– Ты знаешь язык цветов?

– Успела прогуглить, – призналась девчонка и хитро улыбнулась.

– Молодец! Против совершенства ничего не имею. Вот только идеальная пара отпадает, это мы уже выяснили с господином Баевым.

Я заметила, как после моих слов Римма облегчённо выдохнула.

– Удачи вам, Диана, боюсь, китайцы сегодня забудут, как дышать, – прощебетала она, провожая меня к выходу.

ГЛАВА 19. 2018 год  Влад

Появление Дианы вышло эффектным. Интересно, все её переговоры похожи на шоу? Она всё же опоздала. Я уже видел злорадную ухмылку Лёхи и сочувствие Руса. Конечно, они решили, что ветреная дамочка нас кинула, и это было очень неприятно.  Только Михаил от волнения потел, пыхтел и не замечал никого вокруг. Диана задержалась ровно настолько, чтобы мы все успели почувствовать себя идиотами.

Конференция началась, и мы застыли под колючими взорами троих суровых мужчин. Михаил выдал блеющим голосом приветственную речь, и мы дружно закивали, натянув на расстроенные морды счастливые улыбки. Русик исчез моментально из поля видимости камеры, да и я старался не светиться и сдвинулся в сторону.

Лёха говорил всё по делу, но чем дольше переводил Михаил, тем агрессивнее становились наши собеседники. Он что, сделал им неприличное предложение? Я ощущал себя глухонемым дураком, потому что перевод не работал. Либо Миша не понимал этих злых мужиков, либо они не понимали Мишу. Но, вероятнее всего, они не понимали друг друга, и беседа накалилась до рычащих ноток со стороны азиатских гостей.

И вот, когда мне уже казалось, что грозные китайцы выхватят сабли из ножен, дверь нашего кабинета распахнулась и на пороге возникла она – наша обворожительная, долгожданная гостья. Пока Диана скидывала пальто, стремительный Рус перевёл на неё камеру. Это был бы неплохой тактический ход, если бы я не задыхался от ревности.

Но наши иностранцы успели поймать вид  Дианы сзади и, когда она обернулась с ослепительной улыбкой, потеряли дар речи  и подарили нам спасительную передышку. А я уже забил на наше важное мероприятие и приклеил взгляд к своей женщине. Если то, что на ней надето – это деловой костюм, то наш Рус сегодня – звезда красной дорожки.

Чёрные, в серую полоску «деловые» брюки сидели на ней, как водолазный костюм, а «очень деловой» жакет соединялся парочкой замысловатых крючков и впечатлял двумя аппетитными полушариями, выглядывающими из глубокого выреза. Это какие же дела проворачивают в подобном деловом костюме?

Макияж делал глаза Дианы ещё выразительнее, а две хитросплетённые, нереально толстые косы придавали вызывающему образу задорный вид – невинность и порок в одном флаконе. И как я только допустил подобное представление? Хотя, что я вообще здесь решаю? 

В кабинете повисла молчаливая пауза. Диана, не утруждая себя приветствиями в нашу сторону, сосредоточилась на наших, едва не сорвавшихся, потенциальных партнёрах. Я с трудом перевёл взгляд на монитор и чуть не зарычал. Парни демонстрировали чудеса перевоплощения. Теперь перед нами предстали три иностранца с почти круглыми очами, а один из них даже очки напялил. Биноклем бы ещё вооружился, придурок озабоченный.

– О, Ни Хао! – воскликнула Диана, устремив свой янтарный взгляд на оживившихся собеседников.

Те загалдели в ответ с невероятным энтузиазмом. Тронув за плечо Михаила, Диана обратилась к нему, не забывая улыбаться гостям:

– Как вас, Кондрат, кажется? Освободите даме место, я хочу пообщаться с этими милыми мальчиками.

«Кондратий» сорвался со стула без пререканий, а «милые мальчики» в предвкушении залипли на новой переводчице. И цирк продолжился.

За полчаса в кабинете не прозвучало ни одного русского слова. О чём шла речь между Дианой и нашими, дай бог, партнёрами, было неведомо даже Михаилу. А, между тем, разговор протекал весьма оживлённо. Китайцы улыбались, смеялись, кивали, а когда смеялась Диана, с благоговением замирали. Я уже ни грамма не сомневался, что она договорится о чём угодно, если только переговорщики вспомнят, зачем они здесь  собрались. Кажется, им и без нас было вполне комфортно.

Лёха, о котором эта весёлая четвёрка напрочь забыла, нетерпеливо ёрзал на стуле, не забывая демонстрировать живой интерес к беседе. Но в этом нескончаемом потоке странных слов, местами нецензурно звучавших, было очень сложно сохранить на физиономии признаки интеллекта. Поэтому, когда Диана внезапно обратилась к нему с вопросом, Лёха не сразу сообразил, что слышит родную речь и завис на несколько секунд, пока его за руку не ущипнули острые ноготки. Наконец-то приступили к главному.

В итоге переговоры прошли гораздо быстрее, чем предварительное знакомство. Мы не сразу обнаружили, что  из кабинета исчез Михаил. Парень справедливо предположил, что к нему появится много вопросов, и не стал испытывать судьбу. Прощалась Диана с новыми знакомыми, как со старыми друзьями и, как только довольные физиономии исчезли с монитора, мы все выдохнули с непередаваемым облегчением.

– Ну, так что, они подпишут договор?  – подал голос Руслан.

Он единственный, казалось, не переживал и всё время веселился в процессе переговоров, наблюдая за нашей реакцией.

– Не так быстро, мальчики! Там ещё перевод некорректный. К пятнице их юрист с вами свяжется, подготовит протокол разногласий…

Я не сводил с Дианы глаз, следил за её подвижными губами и совершенно не вникал в смысл сказанного. Она быстро отчиталась перед ребятами и собралась уходить. Руслан очень эмоционально благодарил мою девочку, не забывая рассыпать комплименты. Измученный нервным напряжением, Лёха тоже не остался в стороне и припал к руке Дианы в благодарном поцелуе. Один я застыл, как снеговик, ожидая свою порцию внимания от героини дня.

– Владик, твой пиджак у меня в машине, – нежным голоском пропела Диана и, просканировав мой внешний вид, подытожила, – но думаю, что галстук в данном случае будет уже неуместен.

Согласен. Вряд ли этот аксессуар будет достойно смотреться на окровавленной рубашке и по соседству с забинтованной рукой.

Я смиренно бреду вслед за Дианой на парковку и мучительно ищу тему для разговора, хоть какую-то зацепку. Когда она вручила мне пиджак, заботливо повешенный на плечики, я понял, что сейчас она уедет, так и ничего мне не сказав.

– Спасибо, малышка, – бормочу я, нарушая тягостное молчание.

– За что?

– За то, что приехала…

Давай, Влад, соберись, хватит сопли жевать, скажи уже что-нибудь дельное.

– А ты сомневался?

– Нет, конечно. Ловко ты этих самураев обработала.

– Самураи – это японцы, Владик, – снисходительно говорит моя умная девочка.

– Наверное, – легко соглашаюсь. – Я далёк от восточной культуры. Диан, ты прости меня за сегодняшнее утро. Я перенервничал и не сдержался.

Её взгляд потеплел, и она провела рукой по моей щеке.

– Тебе надо как следует выспаться, Владик.

– А я подумал, что мы вместе отметим сегодняшний успех, – я пытаюсь её хоть немного задержать, выстроить какие-то совместные планы.

– Да нечего пока отмечать, к тому же у меня сегодня очень много дел.

– Ты в этом собираешься дела делать? – я кивнул на глубокий вырез её жакета, который не скрывало распахнутое пальто и едва прикрывал лёгкий шарфик.