Алиса Перова – Танец на крыльях (страница 81)

— А это Диана, моя падчерица, — объявляет Клэр гостям, после чего торжественно представляет мне супружескую пару — моего Андре и его Лебедиху.

— Чтобы называться моей мачехой, Клэр, тебе для начала стоит женить на себе моего папочку, — бесцеремонно перебиваю ее, когда она перечисляет заслуги моего любовника перед отечеством.

— Диана у нас девочка с характером, — натянуто смеется Клэр и мысленно крошит мои шейные позвонки.

Лебедиха не делает попытки обменяться со мной ритуальными поцелуями и даже не пытается выглядеть любезной. Она нутром ощущает опасность и правильно делает — пусть держится от меня подальше.

— Удачные линзы, — пренебрежительно бросает она, сверля меня взглядом цвета весенней листвы. Несомненно, он ей идет гораздо больше, чем ее родной — карий.

— А у Вас изумительный цвет глаз! — восхищаюсь я в ответ, — с карими Вы бы потерялись в толпе.

Лебедиха повисает на руке супруга и требует срочно продолжить дефиле перед гостями.

— Твой отец — Демиан Шеро? — спрашивает Андре, не обращая внимания на нервное шипение жены.

— Да, — отвечаю коротко, потому что оправдываться мне не в чем, да и время и место для объяснений неподходящие.

К счастью, Клэр виртуозно отвлекает супругов и быстро уводит их подальше от меня.

 Дальнейший вечер превращается для меня в настоящую пытку. Я старательно избегаю любого общения, накидываясь шампанским.

— Это уже шестой фужер, — звучит в моих ушах демонический голос.

А к слуховому глюку добавляются неприятные болезненные ощущения. Я скосила глаза туда, где больно — огромная мужская ручища сжимает мое запястье.

— Уйдись! — приказываю этой руке.

— Прекращай уже напиваться, — снова звучит над ухом и, следуя за звуком, я поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с Демоном.

— Почему? Боишься, что я описаюсь? — я начинаю хихикать, но даже в собственных ушах это звучит… не очень.

Демон кривит губы и мне становится обидно.

— Я тебе так неприятна, папочка?

— Ты очень красивая, Диана, и очень пьяная.

— Прости, тебе не повезло с дочерью. Я — позорное пятно на твоей безупречной репутации, — искренне каюсь, поднося фужер к губам. — За тебя, Демон!

Демон хмыкает и забирает из моих рук утешительное игристое.

— Сегодня не повезло Клэр, — он подтолкнул меня к маленькому диванчику, скрытому за кадкой с фикусом. — Посиди немного здесь, скоро приедет Жак.

И Демон растворился в толпе гостей. Он сегодня нарасхват. Его персона редко появляется на подобных мероприятиях, поэтому этим вечером мой папочка гораздо популярнее своей пассии. Я им потихоньку любуюсь и очень горжусь… Только — тс-с-с…

Здесь, под фикусом, мне очень скучно, а веселый напиток, скрашивающий мой вынужденный досуг, Демон изъял. Почему я вообще тут сижу? Я поднимаюсь с диванчика и гордо расправляю плечи, стараясь удержаться на высоких шпильках. Ну-у-у!.. Пошла красиво!

Один из гостей, в очередной раз отбившийся от своей половины, движется мне наперерез — достал меня сегодня. Ничего так мужчинка… Улыбается, падла, словно выиграл джекпот. Я ловлю его на подлете за модный галстук, подтягиваю ближе и оставляю на его выбритом подбородке смачный отпечаток своих алых губ.

— Свободен, амиго, зови следующего.

— Сумасшедшая, — мужик яростно трет подбородок, делая только хуже. Отличная помада!

— Ах ты, шалава! — а вот и женушка. Похоже, сидела в засаде.

Симпатичная тетка лет тридцати — ухоженная, фигуристая… И что этим мужикам надо? Ну, ей-то от меня — понятно что надо. Ревнивица больно хватает меня за руку и пытается выкрутить. Я свободной рукой сжимаю крепко ее нос, отчего из глаз налетчицы брызгают слезы, и шепчу:

— Пошла вон от меня, корова, иначе передумаю и затрахаю твоего мужа до такого состояния, что ты никогда больше не увидишь его член в боевой готовности. Брысь! — отпускаю теткин посиневший нос и отталкиваю от себя.

Руку больно — синяк теперь будет.

Но настырная дура не остается в долгу и резко дергает лиф моего платья вниз, стянув его до самой талии. Теперь она оторопело пялится на мою обнаженную грудь. И если бы только она одна!..

— И кому ты сейчас хуже сделала? На муженька своего глянь. Теперь его жизнь уже никогда не станет прежней — ему же мои сиськи каждую ночь будут сниться. Вон и остальные мужчинки занервничали, тебя ведь теперь затопчут их спутницы.

Среди множества гостей Андре я замечаю сразу, и он стремительно приближается ко мне. Нет — хватит на сегодня представлений. Под щелчки камер я не спеша возвращаю платье на место и разворачиваюсь к выходу. Если эта швабра еще раз протянет ко мне свои руки — убью на месте.

 На улице многолюдно и слишком душно. Я стреляю сигарету у одного из гостей и ищу уединения. С торца здания в тени деревьев ни души. Прислонившись спиной к дереву, зажимаю губами сигарету… Черт — а прикурить?

Почему я до сих пор здесь? Дома меня ждет Реми, там всегда мне рады. А здесь я, как белая ворона…

— Ты же не куришь, малыш, — раздается рядом голос Андре, и его рука вытаскивает из моих губ сигарету. — Ты меня обманула… Поговорим?

Я молчу, потому что знаю — Андре сам меня оправдает. Всегда так делает.

— Точнее, ты не сказала мне всей правды. Наверное, у тебя были на это причины. Хотя, если бы я знал, чья ты дочь, я бы в меньшей степени чувствовал себя предателем. Я сам лично плохо знаю Демиана, но наслышан достаточно, чтобы понять — он никогда бы не позволил мне быть рядом с тобой.

— Сейчас ты рядом, — я улыбаюсь.

— Это сильнее меня, моя девочка, — Андре гладит мое лицо… шею, целует плечи. — Не представляю, как стану жить без тебя…

— Как делал это до меня, — грусть все же просачивается в мой голос.

— Ты можешь считать меня законченным эгоистом, но мне невыносимо жить, не прикасаясь к тебе, — Андре опускается на корточки и обнимает мои ноги, прижавшись к ним лицом.

Я могла бы ответить грубо или сказать, что все остается в силе… Но я не решила, готова ли продолжать отщипывать свое счастье по кусочкам. Красть его у другой. И счастье ли это?..

Я запускаю пальцы в волосы Андре… И в этот момент к нам сквозь заросли кустов пробирается злая Лебедиха. Откуда-то внезапно собираются зрители, среди которых я замечаю Демона и Клэр, снова слышу щелчки камер… Я вздыхаю — не хочу воевать… К маме хочу… Мне хочется зажмуриться и в этот момент я вижу пробирающегося ко мне Жака и протягиваю к нему руки, как утопающий.

— А ну, пошли на х*й, стервятники е*учие! — огромный Жак бесцеремонно расталкивает сливки общества и рычит: — Стадо озабоченных пенсионеров решило полакомиться ребенком?!

Мой грозный спаситель отталкивает Андре, который силой удерживает брызжущую слюной Лебедиху.

— Убери отсюда свою кобылу страшную, пока я вас обоих не убрал.

— Жак, — я обнимаю его за мощную шею.

Он одной рукой обхватывает мои бедра, приподнимает и прижимает к себе:

— Испугалась, мелкая? — и тут же рявкает в сторону: — Люк, собери у всех любопытных телефоны, а кто не захочет отдавать, выбей глаз.

Жак выносит меня из этого кошмара, и через его плечо я вижу ухмылку Демона, на глазах которого охрана потрошит карманы и сумочки неприкосновенных людей. И это… мой папочка.

27.9 2009

Уже две недели я — узница замка Ла-Шер. Добровольная узница. Первые дни мне было очень страшно — я каждый день ждала кары от Демона и мои нервы были на пределе. Но он явился спустя неделю, и как ни в чем не бывало, поинтересовался, не желаю ли я слетать на неделю в Таиланд. Это специальный экстремальный тур, где Реми делать пока нечего, зато мне должно понравиться.

Мне очень-очень хотелось, но без Реми — это уже экстрим. Я ведь еще не знаю, какие у Демона планы на учебный год — вдруг нас снова разлучат на месяцы? О местном университете я заговорила сама и выразила уверенность в том, что смогу поступить без проблем и протекций. Зря я, что ли, столько времени вгрызалась в знания?

К разговору об учебе Демон пообещал вернуться позднее, а отказ от поездки даже не прокомментировал. Мне очень хотелось поинтересоваться, чем завершился праздничный вечер Клэр, и как удалось избежать скандала в прессе. Но это ведь все равно, что сунуть голову в пасть крокодилу. Почему он не наказал меня — остается загадкой. Никогда не знаешь, чего ждать от этого человека.

Вот и в этот раз буря грянула внезапно. Демон неожиданно уволил горничную и охранника за пустяковые оплошности и пообещал уволить всех остальных, включая Лурдес, Же-Же и Мейли, за то что якобы все расслабились и обнаглели. Это было что-то новенькое — не иначе как кризис древнего возраста. Два выходных дня до его отъезда все обитатели замка, кроме Реми, ходили по струнке. Птицы не пели, и комары сдохли. А после его отъезда в замке еще неделю воняло сердечными каплями.

Август — 2009

В очередной приезд Демона предчувствие чего-то недоброго накрыло меня сразу. Не знаю почему — интуиция… Я прислушивалась, вглядывалась в лица… и ждала беды. Даже Жак, которого я не видела две недели, зубоскалил не слишком остро.

Я не спала почти всю ночь, проведя ее возле Реми. В какой-то момент захотелось схватить малыша в охапку и сбежать. Я даже стала продумывать план, но очень быстро уперлась в глухую стену. Реми — свет в окне для Демона, и он никогда не причинит ребенку вред, в то время как я продумываю как бы обречь своего малыша на скитания. Дура! Это была последняя яркая мысль перед тем, как я, наконец, уснула.