Алиса Перова – Танец на крыльях (страница 45)

Наш зрительный контакт мгновенно приводит меня к финишу — бурному, оглушительному… Кажется, я даже рычу.

Ее тесная штучка основательно меня выдоила. Я обессиленно наваливаюсь на взмокшее обнаженное тело и в этот момент ощущаю дикую боль в правом боку. Черт! Эта боль меня сгибает пополам, ноги больше не держат, и я, как чмо, сползаю к ногам оттраханной брюнеточки. Испуганное и взволнованное "Женя" — последнее, что я слышу, прежде чем провалиться в темноту.

*****

В башке туман, во рту словно коты нассали, тело — не мое.

— Очнулся, ебарь-террорист?

— Геныч, а мы где? — я озираюсь по сторонам, и то что вижу, очень напоминает больничную палату. И мне ни хрена это не нравится.

— В раю, ясен хер! А куда ты еще мог попасть после оргазма?

В памяти начинают всплывать отдельные кадры и по мере того, как образуется цепочка из этих самых кадров, меня начинает потряхивать.

— Бля, Геныч, я что, отключился прямо в ней?!

— Вот тебе бы сейчас самое время покраснеть, а ты зеленый, как крокодилья блевотина. С хера ли ты кривишься, скажи спасибо своей трепетной самочке, которая тебя заботливо расчехлила и утрамбовала в портки твой бессознательный инструмент. Потому что, если бы ты доверил это мне, то больше бы не очнулся.

Мне в своей жизни редко бывает стыдно, и вот сейчас тот самый редкостный момент. Сука, ну как так-то? Я никогда еще не терял сознание, но потерять его при подобных обстоятельствах — это… полный трэш.

— Прости, брат, и… спасибо, — я прикрываю глаза не в силах смотреть на друга. — Надеюсь, этот инцидент только между нами тремя?

— Ну-у… видели еще трое охранников, две официантки, Витюша…

 — Заткнись, а!.. — знаю, что Геныч стебется, но даже на секунду предположить подобный расклад… Легче сдохнуть.

— Глаза разуй и на меня смотри, — командует Геныч. — Лялька твоя будет молчать, как дохлая рыба.

— Ты ей угрожал, что ли?

— Ты, Жек, головой ударился? Ты на меня посмотри!.. И на хера мне угрожать такой милой и очаровательно обнаженной барышне? Я очень культурно попросил, она все поняла и, кстати, девочка очень о тебе беспокоилась. И че они в тебе, Жек, находят? Дерешься, как лох, от оргазма сознание теряешь?..

— Геныч, заглохни, и так тошно! Что мы тут вообще делаем?

— Этот вопрос ты должен был задать в первую очередь. Ты тут лежишь под наблюдением доктора Айболита, а я сторожу твое полудохлое туловище. Все норм, не лупи на меня глаза, но могло быть и очень херово. Я ток не понимаю, как ты после такой подачи умудрился на бабу залезть? Неужели так приперло?! А если б ты сдох на ней? Что бы в некрологе написали?

— Да я вроде нормальный был… А что у меня?

— Всего лишь гематома на печени, от этого не всегда загибаются. У тебя случился запоздалый болевой шок, наверное, ты очень активно танцевал со своей партнершей. Ты же уже очухивался в "скорой", не помнишь? Ну тебя укольчиком и успокоили. А пока ты спал, мы все уже сделали — анализы, узи-музи… Короче, жить будешь. Но недолго… Если продолжишь и дальше так подставляться. Это додуматься…

Геныч еще минут десять, не скупясь на "высокопарные" эпитеты, изливал на меня свой праведный гнев, не забыв мне напомнить, что я уже несколько часов как не именинник, и теперь обязан хлебать все это словесное дерьмо полной ложкой.

О том, что я в больнице Геныч сообщил только отцу, и тот уже меня успел навестить. К счастью, я спал, потому что еще одну долгую лекцию я сегодня не готов переварить. Соболя с Игорюшей, со слов Геныча, упаковали в районный отдел, но совсем ненадолго. За "сломанным шкафом" пожаловали уже спустя полчаса — кто бы сомневался… Слишком кучеряво устроился, гнида.

— Ты хоть слышишь, о чем я вещаю? — рявкнул Геныч.

— Да слышу я! Давай уже домой, что ли, поедем, а то я тут херово себя чувствую.

— Лежи, давай! Поедет он мне… Или тебе сиделку посисястей приспичило?

Память тут же нарисовала аппетитные сиськи брюнеточки. Некрасиво вышло с девочкой… А глаза у нее…

— Геныч, а ты видел ее глаза?

— Чьи?

— Ну, этой танцовщицы, с которой я…

— На которой ты умер? А на хер мне ее глаза, когда она голая прыгала? — хохотнул ДРУГ-

— Геныч, у нее глаза разные!

— Один на Кавказ, другой на север?

— Не, они разного цвета, я только у кошек такое видел…

— Ну, бывает и с человеками, не помню как называется… Но, скорее всего, просто линзу потеряла.

— Да? — меня накрыло разочарование. — А я даже не подумал об этом… Но, знаешь, круче Дианиных все равно я никогда не видел. А где моя мобила, кстати?

— Да не звонила твоя дракониха, я проверял уже, — Геныч закатил глаза.

— Геныч, только не ржи, но меня реально заклинило. Походу, я однолюб.

— Ага, и многоеб! — торжественно подытожил друг. — Жек, поспи лучше.

— Мобилу дай.

— На хера?

— Дай!

— Ну ты же не станешь ей звонить, — Геныч нехотя достал из кармана мой мобильник и с еще большей неохотой протянул мне. — Жек, так-то время шесть утра, если что…

— Да по х**! — я зашел в "Избранные" и нажал на вызов номера, в котором запомнил каждую цифру…

19.1 Диана

2018

Барселона нас встретила холодным проливным дождем. И хотя Реми был счастлив уже от того, что мы путешествуем вместе, я знала, что после сырого и хмурого Лондона мой мальчик хочет в лето. Большой мальчик Феликс тоже хотел в лето… Ну разве я могу отколоться от коллектива?

Спустя сутки мы плещемся в экваториальных водах Индийского океана. Белый песок, кокосовые пальмы, бирюзовая вода… На Мальдивах любое время года сказочно прекрасно. Мои мальчики счастливы и сейчас мне больше ничего не надо. Вот она, моя идеальная картинка — домик на берегу океана, и мои любимые мальчики. Жаль только, что бунгало арендовано, а через несколько дней нас троих снова разбросает по разные стороны континента.

*****

Укатало моих мальчишек. Я смотрю с нежностью на Реми и Феликса, развалившихся на полу перед широкой плазмой.

Эй, пацаны, "Звездные войны" еще не закончены, а вы в отрубе!..

Голова Реми склонилась на плечо к Филу. Как же вырос мой сыночек! Уже мужчина… Раньше, заигравшись, он часто засыпал на полу, а я переносила его в кровать, осторожно раздевала и долго-долго целовала ручки, ножки, спинку…

Демон всегда на меня ругался — говорил, что я сделаю из ЕГО СЫНА изнеженного и заласканного нытика. И это было еще одной причиной наших долгих разлук с Реми. Теперь все по-другому, но мы снова не можем быть постоянно вместе…

Потерпи, милый, пожалуйста. Пока я выполняю все условия, мы с тобой будем часто видеться, а потом… Надеюсь, Странник пересмотрит свое решение, ведь он мне не враг… Пока не враг.

Я уже столько лет жду, когда смогу жить вместе со своим сыном, а теперь еще три года… Сколько раз я стартовала к мечте, начиная с новой точки отсчета — год, три, пять… А потом все снова. Но зная, что мой малыш здоров, счастлив и под присмотром… Конечно, я потерплю. Главное, чтобы Реми сам захотел остаться со мной и не отвернулся бы от меня, посчитав лгуньей и предательницей.

Я восхищаюсь и горжусь своим взрослым сыном, но мне немного жаль, что он так быстро вырос, а я так много пропустила в его взрослении. Жаль, что я уже не смогу взять его на руки и затискать в своих объятиях. Он по-прежнему позволяет мне обнимашки-целовашки, но теперь иногда это выглядит снисходительностью с его стороны. Я стала часто замечать его покровительственный тон. Господи, как же он сильно становится похожим на Демона!

Я регулирую климат-контроль до комфортной температуры и набрасываю на ноги мальчишкам плед. Ничего страшного, если ночь они проведут на полу. Задерживаю взгляд на Феликсе и улыбаюсь. Знаю, что он тоже часто подглядывает за мной, когда я сплю. Как долго мы играем в эти опасные игры… Может, это ради него природа наградила меня долгоиграющими юностью и свежестью? Чтобы ему не захотелось наблюдать за какой-нибудь спящей Мишель.

Сейчас хочется безрассудно поддаться собственным желаниям… Но вместо этого я резко разворачиваюсь и спешу к себе в спальню. Я убегаю уже тысячный раз, потому что потом… у меня не останется даже мечты.

Похоже, сна сегодня тоже не будет.

На часах почти два часа ночи, а за несколько тысяч километров синеглазый красавчик Женечка — еще именинник. Сегодня я вспоминаю о нем уже третий раз, и не потому, что обещала, а потому что мне нравится о нем думать. Порывистый, страстный, сумасбродный… О нем даже думать жарко. Наверняка девчонки сходят по нему с ума и, конечно, этот мальчик достоин всецело занимать чьи-то мысли и не должен быть мной изранен. Учись быть сильным, Женечка…

Я понимаю, что все же уснула, лишь когда резко просыпаюсь от прикосновения. Рядом со мной проминается постель…

— Мышка, это я, — шепчет мой мальчик, ныряя ко мне под одеяло, — можно к тебе?

Вместо ответа я крепко прижимаю к себе Реми и с наслаждением вдыхаю родной запах. Он, как в детстве, поворачивается ко мне спиной и прижимает к своей груди мои руки. А я целую его в затылок и чувствую себя счастливой и несчастной одновременно, когда малыш шепчет:

— Ди, я очень соскучился.

— Я тоже, мой любимый. Знай, я никогда тебя не оставлю, ты мое ВСЁ!