Алиса Перова – Сделано с любовью (страница 60)
Думаю, что молчание — это мой великий дар, потому что достаточно озвучить лишь начало моей тайной безмолвной молитвы, чтобы убедиться в том, как быстро способна исчезать своенравная маленькая гейша. С ней рядом я учусь быть осторожным и необходимым.
— Раздавишь меня, большой ненасытный мужик, — Айка извивается подо мной и ухитряется ускользнуть, но я ловлю подёрнутый дымкой взгляд, перехватываю свою добычу за волосы и резко тяну на себя — жёстко.
— Зверь, — Айка тихо хнычет и выгибается, как кошка. Ей нравится и мне тоже.
Урчит, когда я прикусываю её за шею… рычит, когда медленно наполняю её собой… вздыхает, когда ласкаю губами чёрные крылья, обнимающие её плечи и скрывающие шрамы от когтей хищной птицы.
— Кир, быстрее!.. Да — вот так!.. Кир…
— М-м... садист! — капризный голос из космоса возвращает меня домой и награждает: — Люблю тебя, мой лютый зверь.
***
Спустя несколько часов
Едва успеваю разминуться с прущим на таран «пазиком», решившим наказать меня за агрессивное вождение и непочтительное отношение к его весовой категории. Но я сам виноват, придурок — задумался и пролетел на красный. Усмехаюсь, представив реакцию Геныча (к слову, самого примерного водителя), и радуюсь, что он не со мной, иначе месть «пазика» была бы предпочтительнее.
Тренькнувшее уведомление заставляет ожить мобильник с моей черноглазой гейшей на заставке. Чёрт! Сегодня суббота!.. Послать бы всё, отключить на пару дней телефон и уйти в отрыв — только я и Айка. НО… Этих «но» оказалось чересчур до хрена для одного весеннего выходного дня. Встречу с Рябининым никто не отменял, а в свете последних событий предстоящие переговоры обрели ещё большую значимость.
Папа… мать его! Оглушённый и дезориентированный любовной лихорадкой, я до сих пор так и не добился от Айки, как давно она сменила папу. И ведь надо же было выбрать именно Рябинина!.. Я вспоминаю его недобрый взгляд и настраиваюсь на непростой разговор. Мысленно пытаюсь спрогнозировать варианты развития событий, но даже при самом дипломатичном раскладе я культурно посылаю Рябинина на хер и сломя голову подыскиваю новое помещение для кофейни.
Какой-то неблагоприятный выходит расклад. Вчера в моей голове всё складывалось куда оптимистичнее. Да что там вчера!.. Ещё несколько часов назад, будучи счастливейшим из садистов, я неистово пилил мою маленькую чувственную Скрипку наэлектризованным смычком и пребывал на пике позитива. Уверен, что я не заметил бы апокалипсис, случись он за пределами моей спальни, но моё идеальное утро искромсал обычный телефонный звонок.
«Доброе утро, Гор!.. — Айка приняла вызов, и улыбка мгновенно покинула её лицо. — Ну почему, у меня как раз доброе… — она нахмурилась и, поджав губы, прикрыла одеялом свои обнажённые бёдра. — Послушай, я только вчера прилетела… но я действительно не слышала… — Айка подтянула одеяло повыше и прикрыла грудь. — Нет, просто вышла из дома и забыла телефон… Да, на всю ночь! — Айкины глаза слились по цвету со зрачками, а голос стал очень тихим и вкрадчивым: — Гор, что за допрос?!. Не надо подгонять машину, я сама за ней приеду… Сегодня! — Айка чертыхнулась себе под нос, скользнула по мне взглядом, осмотрелась по сторонам… — А сейчас сколько?.. Ну-у, тогда давай в пять… или в шесть… Я ещё в агентстве не была… Такси возьму! — процедила она со злом, но тут же смягчилась: — Ладно, перезвоню», — она сбросила вызов, зябко закуталась в одеяло и уставилась на меня долгим невидящим взглядом.
Кажется, я где-то уже слышал это имя… или погоняло. Конечно, логичнее всего было спросить об этом Айку… вот я и спросил! Спросил, с-сука! Бью по рулю, и дамочка в маленькой букашке «Калине» улепётывает в правый ряд.
Я спросил…
Несколько часов назад
— Гор?.. — Айка передёргивает плечами. — А что такое?.. Это мой клиент.
Клиент? Я молча таращу глаза и натягиваю на поникший смычок одеяло — этот «клиент» уже спёкся. Но Айка, тряхнув головой, исправляется:
— В смысле, пациент…
— Ты его лечишь? — спрашиваю спокойно и доверительно и чувствую себя, как на отвесной скале без страховки.
— Я делаю ему массаж.
— Мне казалось, что ты давно завязала с услугами массажистки.
— Гор остался моим единственным клиентом. Он иногда мне помогает, и даже машину отремонтировал.
— Почему?
— Ну просто… — Айка замолкает и недовольно хмурится.
Она отбрасывает одеяло и вскакивает с кровати, а я в очередной раз отмечаю, что моя девочка изменилась. Аккуратная круглая попа, тонкая прямая спина… вроде все такая же маленькая и хрупкая, но как будто стала взрослее и женственнее. Теперь она ещё красивее, но, как и прежде, наглухо закрыта от меня. Подхватив с пола футболку, Айка быстро натягивает её на себя и переплетает руки на груди. Без боя не сдастся.
— Это что, допрос, Кир?!
Наверное, всё это написано на моём лице, потому что Айка озадаченно ерошит свои волосы и кусает губы.
— Кир, ты ревнуешь? — спрашивает она недоверчиво.
И я киваю, не разрывая зрительного контакта. И столько разных эмоций на растерянном личике… похоже, подобная ерунда даже не приходила ей в голову. Наверное, мне стоит расслабиться, но я по-прежнему не готов мириться с тайнами.
— Ки-ир, — она прыгает на кровать и на четвереньках подбирается ко мне. Взбирается верхом, обвивает тонкими руками мою шею и начинает лихорадочно целовать… губы, скулы, нос, глаза… — Кир, ты чего?.. Я же люблю тебя! Ты правда думаешь, что я с кем-то ещё могла бы?.. Ну ты что?
— Конечно, не думаю, малыш.
Потому что очень сложно думать одновременно обеими головами, а эта бестия заводит меня с пол-оборота. Какая же она… непостижимая! Одной рукой я прижимаю её к себе, а второй оттягиваю за волосы, заставляя запрокинуть голову.
— У меня к тебе много вопросов, Айка, — рычу ей в рот, а она быстро облизывает меня от подбородка до носа своим хулиганским языком и смеётся.
— Я признаюсь только под пытками, мой господин! — она трётся об меня, как похотливая кошка, мурлычет, но вырывается, стоит мне ослабить хватку. Отпрыгивает на безопасное расстояние. — Кир, только давай не сейчас, ладно? У меня сегодня ещё куча дел.
— А этот Гор, он автомеханик?
— А вечером… — шепчет Айка заговорщическим тоном, совершенно игнорируя мой вопрос, — я заеду за тобой, и мы поедем знакомиться.
— С кем? — спрашиваю на автомате, следя, как она снова хватается за телефон.
— Кое с кем!.. А пото-ом ты будешь меня изощрённо пытать… а я буду признаваться! Во всём, Кир!..
С каждым её словом всё выше приподнимается одеяло над моим пахом, и Айка это видит и очень порочно облизывает губы, но тычет в свой телефон.
— А ты знал, что «кир» — это господин в переводе с греческого? — спрашивает она, приложив к уху мобильник, и не позволяет мне ответить: — Т-с-с!.. Алло, Стеш, привет! Вы давно проснулись?.. Покушали?.. — слушает и сияет, как солнышко. — А что кушали?.. А творожок?..
Я закатываю глаза — охренеть, какая забота! А то две великовозрастные кобылки загнутся с утра без творожка!
— Стеш, потом… Да, я скоро примчусь… Только оденьтесь теплее, сегодня прохладно. Целую в носики, — Айка сбрасывает вызов и поясняет сладким голосом: — Соскучилась по моим девочкам.
Это что-то новенькое! Я знал, что Айка любит сестёр, но раньше никогда не замечал такого трепета. Или все эти нежности только для младшенькой? Сомневаюсь, что грубиянка Сашка способна вытерпеть подобный тон.
— А ты не слишком о них беспокоишься? — мне трудно скрыть недоумение. — Как с маленькой девочкой разговариваешь.
В ответ Айка громко фыркает и наставляет палец на дверь.
— В соседней комнате спит девочка, о которой тоже не мешало бы кому-то побеспокоиться. Кажется, семья слишком рано выбросила её в альтернативную реальность. И ты, между прочим, тоже её семья! — теперь обвиняющий пальчик указывает на меня. — Или нет?
И, задрав нос, Айка покинула спальню, оставляя меня наедине с проснувшейся совестью. Чёрт, Наташка!.. Кажется, я вырубился в момент её горькой исповеди. Вот мудак!
Из ванной комнаты Айка вернулась в чулках и трусиках и под грохот моей отвалившейся челюсти надела плащ на обнажённое тело.
— До вечера, Кир! — чуть наклонившись, она целует меня в живот.
Она что, реально приехала в таком виде?
Что ж я, олень, всё проспал-то?
Глава 53 Кирилл
Стоит лишь немного расслабиться и настроиться на позитивную волну, как неминуемо возникнут те, кому твой позитив поперёк глотки. Почти весь оставшийся путь до кофейни я, скрипя зубами, выслушиваю претензии от родственников и лишний раз убеждаюсь, что благими намерениями сыт не будешь, а язва обеспечена.