Алиса Перова – Сделано с любовью (страница 45)
— Такую карту для Вас могла бы нарисовать моя помощница Римма в благодарность за консультацию.
А Диана продолжает плести своё замысловатое кружево:
— Но можно и вовсе минимизировать риски для нас обеих. Айя, я тоже акционер «СОК-строя» и, уверена, мне есть, чем Вас заинтересовать.
— Зачем это Вам? — получается резковато.
— Просто бартер, — она пожимает плечами. — Мне нужен грамотный специалист на рынке недвижимости, и я всё равно собиралась привлечь риелтора. Так почему не Вас? Мне, к сожалению, заниматься этим некогда, но я оставлю контактные данные моей помощницы, и она введёт Вас в курс дела.
Боковым зрением я наблюдаю, как на стол ложится бежевая визитка, но даже бровью не веду — пусть полежит пока. Я всегда быстро впитываю всё полезное, а потому остаюсь такой же невозмутимой, как моя собеседница:
— Я так и не услышала, в чём мой интерес.
— Если качество оказанных мне услуг будет на должном уровне, мы с Вами вернёмся к разговору о «СОК-строе».
Хм, деловая колбаса! Пусть не ждёт, что я рассыплюсь в благодарностях, мои услуги тоже стоят недёшево. Но какое-то внутреннее чутьё (наверное, интуиция) заставляет меня прищемить язык и взвесить перспективы. Ещё несколько секунд мы ведём перестрелку взглядами. Надеюсь, она не заметила мурашки на моих обнажённых руках.
— Спасибо, Диана, я подумаю над Вашим предложением и завтра дам обратную связь, — всё ещё не разрывая зрительного контакта, я сгребаю со стола визитку и, гордо расправив плечи, покидаю кабинет.
Глава 40 Аика
31 июля
Горячее полуденное солнце раскалило и как будто сгустило воздух, пропахший нагретой хвоей, дымом и апельсиновой цедрой. За три недели ни капли дождя — невыносимо! Отбросив в сторону занюханную апельсиновую кожуру, я перевожу взгляд на мангал, за которым, что-то мурлыча себе под нос, колдует нарядная Стешка. И так дышать нечем, ещё и огонь развели, но иначе нельзя — сегодня у нас дорогие гости. Могли бы и дома нахомячиться, между прочим.
— Ай! — взвизгивает Алекс, с всплеском выдёргивая ладонь из пруда.
— Что? — отзываюсь лениво, обмахиваясь бумажным веером.
— Это я не тебе. Вода в пруду нагрелась, хоть яйца вкрутую вари, — красивищая и взбудораженная Алекс приближается, покачивая крутыми бёдрами, и ухмыляется, глядя на обложенную подушками меня: — Айка, ты прям, как султанша!
— Саш, — окликает её Стешка, — тащи шампуры и мясо из холодильника, угли почти дошли до кондиции.
— Самую молодую, что ль, нашла? Давай, хозяюшка, сама-сама! — отмахивается Алекс. — И вообще, шашлык — это не женское дело!
Мы давно привыкли, что в хозяйстве от Алекс помощи не больше, чем от Бегемота. Но обычно это до тех пор, пока мы справляемся не в ущерб своему здоровью. Сейчас же никакой спешки нет, поэтому Стефания, миролюбиво кивнув, сама поскакала в дом, а Алекс добрела до беседки и плюхнулась напротив меня.
— Фух, тут хоть какой-то тенёк. Ай, может, в дом пойдём, а то ты здесь сваришься?
— Не хочу.
— Ох, и противная ты стала! — Алекс протянула руку к блюду с виноградом и зависла, с беспокойством вглядываясь в моё лицо: — Спина ещё болит?
Я отрицательно качаю головой — вру, конечно, — ещё как болит! И сестра мне тоже не верит.
— Значит так, — резко командует она, потеряв интерес к винограду, — больше ни на какие показы и презентации ты не поедешь! Ясно? Переживёт твоя француженка! Ей надо — вот пусть сама и прыгает по жаре.
— Саш, да при чём здесь она? Думаешь, у меня без неё никаких дел нет? Сейчас наоборот — никак нельзя расслабляться, такая везуха попёрла!
— Везуха?! Да тебя пузо уже перевешивает, а ты везёшь и везёшь целыми днями! — Алекс снова завела привычную песню. — Чего тебе не хватает? Или у тебя всё счастье в труде? О детях лучше думай!
— А я о них и думаю. И вот поняла, что нам с малышами для состояния великого счастья не хватает великого состояния.
— Ай, лучше не беси меня! Для твоего великого состояния Рябинин пашет, как проклятый, аж глаза запали. Дети ещё не вылупились, а у них уже есть всё, даже квартиры!
— Это не моя заслуга, Рябинин старается для своих внуков. А у нас, между прочим, ещё гаража нет, — глядя, как Сашка раздувает ноздри, я спешу её опередить: — Даже не начинай! Мой дом — это только моя ответственность.
— Кому ты что доказываешь? Сначала гараж, потом третий этаж, а потом ещё два мелких буржуя начнут тебя доить!.. Да так вся жизнь пролетит мимо, пока ты будешь деньги зарабатывать. Не в них счастье, между прочим!
— Ага, сейчас-то, когда они есть, очень легко согласиться, что не в них счастье. Но ты не бойся, мои дети будут знать цену деньгам, я их тоже приучу к труду.
— Бедные дети! — взвыла Алекс, страшно скалясь и закатив глаза к пышной зелёной кроне ясеня.
— Это чьи там дети бедные? — послышался весёлый голос Рябинина, а через мгновение из-за дома показался он сам. Нет, не он — ОНИ!
Я забарахталась, пытаясь выбраться из подушек, а Алекс так и застыла с перекошенным лицом и, сидя спиной к гостям, тихо просипела:
— Они вдвоём?
— Ага! — радостно подтвердила я и пригрозила: — Вот даже не вздумай испортить нам встречу! Ты ведь помнишь, что мне нельзя волноваться?
Победив подушки и не обращая внимания на фыркающую Алекс, я устремилась навстречу моим любимым мужчинам.
— Вадька! — раскинула я руки.
Ух, какой же он у меня красивый! Жаль, что кобель.
— Вот чёрт! — растерялся он, разглядывая приближающуюся меня. — А где моя мелкопузая Айка?
Вадик поймал мои ладони, поцеловал по очереди и, осторожно взяв за плечи, притянул меня к себе.
— Ну, привет, мелкая, я даже и не знаю, как тебя обнять половчее, — он чмокнул меня в макушку, погладил по волосам и пробормотал расстроенно: — Не пойму, чем ты кормишь моих племянников? Ручки, ножки, как прутики… а где щёчки, круглая попа? Ты ж это… должна быть мягонькой, кругленькой.
— Куда уж круглее! — хмыкнула я, но тут же поморщилась от боли в спине.
— И-и-и… Вадик! — издали пропищала Стешка и понеслась на нас с шампурами.
Я предусмотрительно отскочила в сторону, а Стефания притормозила рядом с Рябининым-старшим.
— Здрасьте, дядь Паш, это Вам, — она всучила ему свою ношу и с разбегу нырнула в объятия Вадика. — П-привет, студиозус! А-а, осторожно, у меня руки в мясе. Ой, колючий!.. Хи-хи! Да тихо ты, фигурку изломаешь! Ух, ты п-прям красавчик! Ну-у, и как там Санта-Барбара? Рассказывай, ты уже к-крутой сёрфер? Кстати, Вадь, а ты был в Лас-Вегасе?.. А в Сан-Франциско?..
Вадик смеётся и, не успевая отвечать, согласно кивает на все вопросы.
— Слушай, а с водой, г-говорят, у вас там вообще засада, да?
— Да какая засада — целый океан рядом!
— Обалдеть! Я тоже х-хочу к океану! Слу-ушай, а у вас там авокадо растут п-прямо в городе? Ой! — Стешка пискнула, подпрыгнула и оглянулась выяснить, кто же ущипнул её за пятую точку. Увидела мои страшные глаза и, тут же умолкнув, отлипла от Вадика и позволила ему обнаружить Сашку.
Наконец, их взгляды встретились, и в нашем дворе сразу стало очень тихо. И напряжённо. Даже птицы замолкли… А, впрочем, они уже второй день молчат — испеклись на жаре, наверное.
— Здравствуй, Аленький! — надломленным голосом произнёс Вадик и сделал шаг навстречу Сашке.
— Александрина Валентиновна! — с достоинством шизофренички исправила она. — Здравствуй…те.
Если бы я не знала свою сестру, решила бы — высокомерная, стервозная баба. Но стоит Вадику сделать ещё пару шагов, и он почувствует, как выпрыгивает из груди её сердце, как дребезжат натянутые нервы и как опасно близко подступают слёзы.
Секунда, вторая… и звук включили все разом:
— Стеф, водички принеси! — это мой папа.
— Ой, а давайте п-пойдём к реке! — это Стефания.
— Вадик, а что у тебя в сумке? — это я.
— Мя-ау! — это Бегемот трётся о сумку Вадика и опасно трясёт рядом с ней обрубком хвоста.
— В сумке? — переспрашивает дезориентированный Вадик. — А-а… так там же подарки! Вы уж простите меня, дамы, что я без цветов, но отец запретил строго-настрого. Говорит, они Айку сильно раздражают.
И начался спасительный галдёж!