Алиса Перова – Неистовые. Меж трёх огней (страница 6)
Именно так я думаю и улыбаюсь, наблюдая, как мои друзья подрезают путь двум дюжим гвардейцам, но даже ещё плюс два бойца не в силах прорвать оборону. А я с умилением и восторгом вижу, что маленькая Айка даже без своего грозного оружия умеет быть убедительной. Как же красиво и дипломатично мои отважные девочки предотвращают войну и заодно спасают своих дерзких, уже прилично поддатых половинов и мой энергичный танец. Ай, мои нежные гульки!
Ну вот и свадебке конец!
Это кажется странным, но я действительно рад, что сегодняшний сомнительный праздник обошелся без драки. Становлюсь слишком сентиментальным и всё больше топлю за мир. Старею, наверное.
Макс со своей лапушкой Мартой отчаливают на такси, но я отказываюсь от их уговоров меня подвезти. Мама сейчас гостит в Крыму у подруги (кстати, у мамули Макса), и мне совсем не хочется возвращаться в пустой дом. Теперь там даже нет собаки. Предложение Кирюхи с Айкой едва не выбивает у меня слезу — они зовут к себе. Я очень тронут и благодарен, но, помня о недавнем инциденте и Айкиных сёстрах, деликатно отклоняю приглашение в дом безумных женщин. На битву я сегодня уже не настроен. Скорее, расстроен.
На прощание я пожимаю Кирюхину ладонь и мысленно желаю ему терпения. Зато предложение Жеки — самое оно — в небольшом отеле при ресторане меня ждёт отдельный номер. Правда, есть ещё вариант заглянуть к Инессе Германовне — с ней обычно не соскучишься. Даю себе пять секунд на раздумье, и решено — сегодня остаюсь здесь. А пока танцую.
Новоиспеченная семья Сомовых давно спроважена в «люкс» для новобрачных, ведущий тоже откланялся, да и гости почти все рассосались. Под звёздным небом остались самые стойкие. Жека уводит в отель Эллочку и предлагает заглянуть к нему в номер через часик, чтобы накатить по писярику снотворного. «Удачной охоты, брат!» — желает он мне, кивая на одиноко пасущихся самочек. Но нет… ведь охота — это когда тебе охота. А если неохота, то какая от этого польза?
Когда в моё комфортное одиночество бесцеремонно вторгается коротко стриженная худая брюнетка, я категорически не готов к спариванию.
— Генна-адий, — томно тянет она, — знаете, я наблюдаю за Вами весь день, Вы такой интересный и необычный молодой человек.
— Я такой, да, — улыбаюсь и высматриваю путь для отступления.
— Простите за нескромный вопрос, а-а… Вы женаты?
— Нет, пока не стряслось, перебиваюсь случайными связями.
— Смешно, — она хихикает.
— Вообще-то не очень.
— А знаете, у Вас шикарный голос… такой сексуальный!..
Да ладно, откуда бы мне это знать?!
— Это трахифония, — поясняю ей, оглаживая взглядом обнаженные руки и плечи. Слишком худая на мой вкус, но кожа идеально гладкая.
— Трахи… что? — дамочка недоверчиво хмурится. — Это же… это не венерическое?
И мозг у неё тоже идеально гладкий.
— Это неизлечимое, — отвечаю туманно и прикрываю глаза, теряя интерес.
— А… — навязчивая брюнетка пытается продолжить диалог, но я резко её прерываю:
— Один момент, несравненная, я сейчас…
Момент я не упустил, и сейчас уже далёк от соблазна. Выйдя из душа в своём номере, я вспоминаю, что должен зайти к Жеке. Через пару недель они с Эллой рванут в Париж на стажировку, где пробудут целый год. Мне нелегко принять их отъезд и, пока мои друзья ещё рядом, я дорожу каждым мгновением наших встреч. Озираюсь в поисках одежды, но упираюсь взглядом в широкую двуспальную кровать и вдруг понимаю, как сильно устал.
Но нет, сперва быстро загляну к Жеке, тяпнем с ним по писярику… и назад — баиньки.
А белоснежная простыня так и манит к ней прикоснуться всем телом. Как же хорошо, что я здесь один, потому что прямо сейчас моя самая вожделенная сексуальная фантазия — выспаться во всех позах. Моё тело уже обсохло, и я присаживаюсь на край кровати. Посижу минутку — и к Жеке. Простыня приятно холодит кожу, и я просто не в силах сопротивляться притяжению — откидываюсь на спину… я только пару секундочек…
Сейчас полежу немного… и…
Это очень неожиданно для моей реальности, но слишком чувственно, чтобы быть моим сном…
Глава 7 Наташа
В роскошной спальне для новобрачных есть всё, что нужно для романтики — свечи, цветы, тихая музыка. На широкой кровати с балдахином из лепестков алых роз выложено сердце — какая пошлятина. Приглушённый свет струится из матовых бра и свечей, создавая ауру опасности, заставляя меня чувствовать себя беспомощной и слабой. Я прислушиваюсь к звукам льющейся воды из ванной комнаты и боюсь, что они стихнут, и снова продолжится мое падение в бездну. Я шагнула в неё сама, а назад — никак — крыльев нет.
Задерживаюсь у зеркала и вглядываюсь в своё отражение. У изящной брюнетки в изысканном свадебном платье печальные глаза… и всё же она очень красивая. Генка не может не замечать этого, но почему-то не хочет.
Моя бывшая подруга Вика сейчас назвала бы меня зажравшейся дурой. Она никогда не понимала и даже открыто презирала мои чувства к Генке. «Мало того, что он редкостный урод, так ещё и нищеброд! — безжалостно бросала она мне в лицо. — Или ты реально думаешь, что с милым в шалаше рай? Поверь, дорогая, этот рай схлопнется куда раньше, чем закончится ваш медовый месяц. Бог мой, а на чём он ездит — это же полный отстой! Да я в его древний «мерин» даже на спор не сяду!»
Он не урод! И не нищий! И зарабатывает он побольше Женьки! Я злилась, спорила, даже плакала. Говорила, что машина — это вовсе не показатель успешности и сама хотела в это верить. А Вика безошибочно нащупывала брешь в моих убеждениях и обидно смеялась. Ну и где сейчас эта разборчивая умница?
Теперь она жестоко расплачивается за собственные убеждения. А по сути — за несчастную любовь к моему брату, за которую так отчаянно боролась. Оказалось, что борьба за счастье приводит к самым непредсказуемым последствиям. Сильная и уверенная в себе Виктория просчиталась, а вот Эллочка…
Когда-то, сто лет назад, ещё будучи детьми, мы договорились быть свидетельницами на свадьбах друг у друга. Я уже тогда любила Генку, а Элка сходила с ума по моему брату. Вот только подруга искренне желала мне счастья и верила, что мы с Генкой непременно будем вместе, я же точно знала, что мой красавчик Женька никогда не заметит Эллочку. Правда, ей я этого не могла сказать — не хотела расстраивать.
Но в итоге мы обе ошиблись, либо кто-то из нас старался не в полную силу. Я всегда плыла по течению, а Элка — против. И вот теперь у неё есть Женька, а меня прибило течением к Стасу. И это по-прежнему не кошмарный сон, а моя гладковыстеленная сытая реальность.
Я услышала, как стихла вода в ванной, и меня вдруг накрыла паника. Вот дура! Не думала же я, что Стас до утра там будет плескаться. Первая и совершенно неадекватная мысль, прилетевшая в голову — укрыться за тяжелыми шторами. В детстве, когда мы с бабушкой играли в прятки, это помогало. Хотя и тапки торчали, да и сама я хихикала, как дурочка, радуясь, что так хорошо спряталась. Сейчас бы я вряд ли смеялась.
С досадой на собственную глупость и обидой на весь мир я всё же подбежала к окну и сдвинула штору, за которой открылась дверь на маленький балкончик. Здесь я хотя бы не буду выглядеть непроходимой идиоткой — просто вышла подышать свежим воздухом.
Дышу. А не всё ли равно, как я буду выглядеть в глазах Стаса?
Дышу. И с обидой наблюдаю за тем, как продолжается праздник. Кому вообще нужны жених с невестой? Даже потом на фотографиях и видео гости будут разглядывать себя, и никто из них даже не вспомнит, какой красавицей была Наташка Ланевская. Ах, нет — теперь Сомова.
Дышу. И не в силах отвести взгляд от освещённого танцевального пятачка, где так самозабвенно танцует мой Генка. Сколько же грации в его мощном теле! Ну какой же он буйвол? Он — тигр!
Дышу… А воздуха уже не хватает.
Приближения Стаса я не слышу, скорее, ощущаю. Кожей, по которой, несмотря на духоту, рассыпаются мурашки… Сердцем — испуганно замершим, но тут же сорвавшимся в неистовый галоп. Пересохшим от волнения горлом.
— Так вот где прячется моя жена, — за игривым тоном Стасу всё же не удаётся спрятать раздражение. — Наташ, у тебя красивое платье, но оставаться в нём на ночь — не очень хорошая идея.
В ответ мне хочется выдать что-нибудь умное и едкое, давно уже просится. Но, не выплеснутое вовремя, оно разъело мой мозг, и теперь в голове, как заезженная пластинка «Отвали!»
Он стоит позади меня, но так близко, что мне становится тесно и душно. Стас пахнет шампунем, и я задерживаю дыхание, чтобы избавиться от его запаха, а опустив глаза, вдруг вижу рядом с подолом моего платья волосатые голые ноги. Ой, мамочки, я не хочу это видеть! И когда ладони Стаса опускаются мне на плечи, я вся сжимаюсь… и очень-очень хочу домой.
— Не надо, — беззвучно шепчу одними губами. Но Стас меня слышит, или ему неприятна вибрация моего тела под ладонями, но руки он убирает. И усмехается:
— Да не дёргайся ты, я не собираюсь тебя насиловать. Мне только непонятно, зачем ты замуж вышла? Мама заставила? Или назло этому своему… быку в панамке? — Стас кивнул в сторону танцпола, откуда тут же послышалось рычание: