Алиса Перова – Неистовые. Меж трёх огней (страница 13)
Я предусмотрительно проглатываю вопрос «зачем?», но опрометчиво уточняю:
— А ты что, на телефон мне звонила?
— Нет, конечно — строчила тебе в «Одноклассники»!
Хмыкнул и осознав свою бестолковость, я приготовился к серьезному разговору. Ради пустого трёпа эта стерва не стала бы звонить. Риммочка, помощница Дианы, — цветок редкой красоты и сильной ядовитости. Но надо отдать этой девочке должное — она обладает острым умом, феноменальной памятью, колоссальной работоспособностью и несгибаемым внутренним стержнем — шилом в заднице. Одним словом — робот, а не девка! А с другой стороны — только такая и способна выдержать драконовский режим Дианы.
— Сегодня ровно в одиннадцать Диана Александровна ждёт тебя в «СОК-строе», — бодро отчеканила мне в ухо Риммочка.
Александровна?! Сроду не знал, что у Драконихи есть отчество. Я думал, что у французов… Стоп! Во сколько?! Я подрываюсь с кровати, как ошпаренный. Какие одиннадцать? Да сейчас уже десятый час…
— Какой «СОК-строй», Рим? Сегодня ж это… вроде как воскресенье, — напоминаю ей. Нет, ну вдруг девчонка совсем заработалась и запуталась. Но сам уже распахиваю шкаф в поисках любимой рубашки.
— Так мне передать Диане, что у тебя график — пять через два, и по выходным ты для неё недоступен?
— Да что ты к словам цепляешься? — я начинаю заводиться, но быстро обнаруженная рубашка смягчает мой тон: — Просто подумал, что ты перепутала дни… А офис-то почему сегодня работает?
— Диана сейчас проводит планёрку для проштрафившихся сотрудников, — снизошла до объяснений Риммочка, а в её тоне я услышал торжество. Вот змея! И несчастные сотрудники.
— Так выходной же, — придерживая трубку плечом, я стянул с себя трусы и протопал в ванную комнату.
— Выходной, Гена, надо ещё заработать. Сделал дело — гуляй смело! Не слышал о таком?
— Слыхал — как же! Жестко вы с ними.
— Каждому по способностям, — с удовольствием пропела эта фурия. — У нас, кстати, очень эффективно работает метод кнута и пряника.
— Не сомневаюсь, — я усмехаюсь про себя.
Да уж, этой дрессировщице только дай в руки кнут — так она у всех пряники повышибает.
— Что передать Диане — ты будешь к назначенному времени?
— Буду, — я выдавил пасту на зубную щётку и одной ногой уже ушёл в душевую кабину.
Даже не видя лица собеседницы, я по одному дыханию прочитал язвительный посыл: «Куда ж ты денешься?!» И, конечно, она права.
— Вопросы ещё будут? — строго спрашивает Риммочка, а я улыбаюсь.
Разговоры со мной явно доставляют этой девочке удовольствие, а иначе она давно свернула бы наш диалог.
— Да, солнышко, есть один очень важный вопрос… Скажи, пожалуйста, что я могу тебе предложить, чтобы ты позволила мне прощупать твой внутренний мир?
— Глубокий наркоз, — последовал невозмутимый ответ, и Риммочка сбросила вызов.
— Вот же стерва! — с удовольствием ответил я в глухую трубку.
Глава 14 Гена
Даже окружающий нас унылый интерьер в стиле «Ополовиненный минимализм» вдруг показался мне очень правильным — ничто не раздражает глаз и не способно отвлечь моё внимание от хозяйки кабинета.
Серьёзная и сосредоточенная, она деловито прохаживается мимо меня и бегло отчитывает свой мобильник по-французски. Хмурится, сдувает упавшую на лицо тёмную прядь волос и выглядит очаровательно сердитой. Но интонация голоса внезапно меняется, а на притягательных сочных губах расцветает улыбка, ввергая меня в эстетический оргазм. Спасибо судьбе и моему другу Жеке (надеюсь, что ещё другу) за удивительное знакомство с Дианой.
Предполагаю, что коварное мироздание сотворило эту диву в пику всем зарвавшимся красоткам и в наказание нам, мужикам. Однако я давно уже усвоил, что Диана для меня — жесткое и безусловное табу. Именно поэтому ниже пояса я… относительно спокоен и сейчас могу без сердечной аритмии наслаждаться её бархатным голосом. Это почти как с Джо Дассен — слов ни хрена не разбираю, но слушать очень приятно.
Правда, старик Джо всё равно проигрывает, потому что его я предпочитаю слушать с закрытыми глазами, а на Диану невозможно не смотреть. Я переношу вес тела на правую ногу и продолжаю с блаженной улыбкой мысленно дорисовывать соблазнительные формы (как жаль, что я не художник!), скрытые от голодных мужских глаз деловым костюмом. И это в такую-то жару! Что называется — ни себе ни людям.
Провалившись в творческий экстаз, я даже не сразу заметил, что Диана свернула разговор и вопросительно смотрит на меня своими жёлтыми колдовскими глазищами. Как жаль, что в эту минуту я не поэт!
— Прости, Королева, залюбовался, — виновато развожу руками. — Ты что-то сказала?
— Я спросила, Гена, почему ты до сих пор стоишь?
— А… так ведь я джентльмен, — поясняю скромно, а за моей спиной раздаётся тихое фырканье, но я не оглядываюсь. До этой минуты ничто не омрачало моего присутствия здесь, пусть и дальше так будет.
Следующее вопрос Дианы звучит на английском, и мне требуется некоторое время, чтобы про себя повторить, переварить и утвердиться в том, какой я молодец. Довольный собой, я улыбаюсь и, когда уже готов к ответу, Диана меня опережает:
— С твоей реакцией, Гена, тебе надо не в службу безопасности, а в службу спасения — на звонки отвечать.
— Так ведь я, Ваше Огнедышество, в телефонистки не напрашивался, — отвечаю резче, чем приличествует случаю, намекнув заодно, что я пока ещё не в штате её личной гвардии, так что пусть придержит свой кнут. — Я, Диан, не настолько тугой, чтобы не понять, о чём ты попросила. Думал вот, как бы поделикатнее тебе ответить. Не сидится мне, понимаешь ли, когда ты стоишь передо мной — у меня взгляд сразу сползает, воображение шалит и стихи лезут в голову… о кустистых садах и запретных плодах. Так-то вот. А отказать ты мне могла бы и по телефону, не устраивая здесь публичный экзамен по инязу.
— Ты всё сказал? — поинтересовалась она с ироничной улыбкой и приглашающим жестом указала на стул. — Тогда прекращай полировать глазами мои плоды и присаживайся, поговорим.
Будь мы наедине, я бы извинился за идиотскую шутку, но Дианин «ручной пудель» и по совместительству её личный адвокат раздражающе прожигает четырьмя глазами мой затылок и как пить дать втиснет в мои извинения свой едкий комментарий. Борзый он стал до предела. Я же однажды пообещал Диане больше не стебать её любимчика, поэтому молча присаживаюсь, наблюдая, как мадам Шеро цокает на тонких каблучках вокруг стола и занимает место напротив.
— Не стану больше искушать твой шальной взгляд, — поясняет она с лёгкой улыбкой и скрывает свои сочные плоды за монитором. — Во-первых, Гена, почему ты решил, что я тебе отказываю?.. Совсем наоборот — у меня к тебе деловое предложение.
Когда три месяца назад я попросился к ней в СБ, то, честно, ждал, что Диана очень обрадуется. По поводу «очень» — это я тогда погорячился. Неопределённо пожав плечами, она обещала подумать, а заодно посоветовала мне выучить английский. За три месяца?! Откровенно говоря, я уже был уверен, что Диана обо мне забыла, однако грёбаный язык продолжал учить. Ну как учить… Как мог!..
— А во-вторых, — продолжила моя благодетельница, — с английским у тебя действительно очень паршиво, и если мы договоримся, то навёрстывать тебе придётся в полевых условиях.
— И ещё, Гена, о каком публичном экзамене ты говоришь? Кроме нас с тобой, здесь только Одиссей, а личный адвокат — это всё равно, что духовный отец, — и Диана посмотрела на своего гения почти с материнской нежностью.
«Свят-свят!» — бормочу себе под нос и терпеливо поясняю:
— Так ведь это ТВОЙ духовник, Королева, а я пока не готов исповедаться.
Однако, напомнив о нём, Диана вынудила меня соблюсти приличия и обернуться. И я застал Одиссея врасплох — совершенно дебильная улыбка, а взгляд, направленный на хозяйку, наполнен немым обожанием. Если бы я не знал точно, что он не по девочкам, то с уверенностью заявил бы, что адвокат пал жертвой противоестественной для него любви. Хотя… почему нет? Но я напомнил себе, что передо мной высококлассный юрист, да и человек он неплохой… и наградил его дружелюбным оскалом.
— Отлично выглядишь, Оди! На успешного нефтяника похож.
— Да что тот успех, Геннадий, — он махнул пухлой рукой и поправил пальцем очки на переносице, попутно демонстрируя массивные золотые котлы на своём запястье. — Нефть, друг мой, когда-нибудь закончится, я же по-прежнему буду качать права. Ладно, у меня еще несколько важных звонков, а вы тут пока поговорите.
Одиссей величественно кивнул, выбрался из кресла и покатился к выходу.
— Спасибо, что разрешил, Оди, — бросаю ему вдогонку, а развернувшись к Диане, встречаю её предупреждающий взгляд. — Что опять не так, Королева? Я твоему пончику слова плохого не сказал!
Она снисходительно кивает и задумчиво меня разглядывает. Надеюсь, я ей по-прежнему нравлюсь, и моя вздутая губа не отпугнёт эту бесстрашную воительницу.
— Гена, ты готов на несколько месяцев покинуть страну?
Ух! Я три месяца ждал этого вопроса, а теперь однозначное «Да» застряло в горле. Но нет — это не сомнение, просто сейчас моё стремление примкнуть к «королевской свите» больше похоже на побег. От самого себя.