Алиса Перова – Неистовые. Из огня да в полымя (страница 65)
Ну, естественно, я высказал свои опасения. На что Реми презрительно фыркнул, а очкастый пупс высокомерно заявил, что если я чего-то не понимаю в силу своей необразованности
Отличная стратегия! И что, этот салага действительно способен справиться с основной задачей?
«Гена, тебе не о чем беспокоиться, — утешила меня Диана. — Реми в достаточной степени эмансипирован, и справится не хуже, чем я. К тому же рядом будет Одиссей — он подстрахует. А тебе будет полезно немного развеяться, присмотреться, задуматься… — она сделала многозначительную паузу и подытожила: — А заодно позаботишься о сохранности моих мальчиков».
Да я и не думал отказываться. Когда ещё доведётся посетить родину бременских музыкантов, да и отдохнуть от Шапокляк мне только в радость. Но вот от этого «присмотреться, задуматься» почему-то остался осадок. Я и так много смотрю и думаю. Смотрю, к примеру, на мелкого Демона, решающего взрослые задачи, и думаю…
Думаю, что мне даётся уникальный шанс провести работу над ошибками, и достаточно вспомогательных инструментов, чтобы сделать грамотный выбор. И, надеюсь, что в обозримом будущем мой персиковый ангелочек будет мной гордиться.
А пока я развеюсь, присмотрюсь и позабочусь о ценных шкурках двух гениев.
***
Древний портовый город, расположенный на обоих берегах реки Везер, встречает нас вечерней прохладой, запахом свежей листвы и, как ни странно, тишиной. Воскресный день на исходе, но до полуночи ещё целый час, а улицы выглядят опустевшими. Но так даже лучше — в свете фонарей Бремен с его необычной архитектурой кажется нереальным… как будто сказочным.
Реми и Оди отдыхают на заднем сиденье, а я, расположившись рядом с водителем, высовываюсь в приоткрытое окно, с жадностью вдыхаю влажный речной воздух и с детским восторгом рассматриваю чудные дома. Сейчас мне не обязательно пасти в оба глаза за дуэтом умников, потому как для этого за нами следуют специально обученные люди на мощном «мерине». Двоих из них мы привезли с собой, а двое других нас встретили в аэропорту.
— Мы сразу в гостиницу? — я оглядываюсь на Реми. — А то, может, покатаемся немного? Мне здесь нравится.
Одиссей недовольно морщит пятачок и тоже бросает взгляд на Реми. Откровенно говоря, от мальчишки я не жду положительного ответа и уже готовлюсь отбить какую-нибудь едкость. Но тем удивительнее его реакция — он спокойно кивает и коротко командует водителю что-то на немецком. Судя по несчастной физиономии Оди, наше заселение откладывается. Отлично!
Пока мы колесим по ночному городу, Реми без лишних понтов отвечает на мои вопросы и, кажется, увлекается сам. Теперь я в курсе, что Бремен — один из самых зеленых городов страны, находится недалеко от Северного моря, и в разные периоды своей истории этот город успел побывать в составе Швеции и Франции. Я уже знаю о местной футбольной команде, и что именно здесь родился Робинзон Крузо, придуманный Даниэлем Дефо.
А к полуночи мы подъезжаем к главной достопримечательности города — центральной площади, окружённой средневековыми строениями. Выглядит очень круто! Мне жаль, что этого не видит Стефания, и в то же время, желая её поддразнить, я фотографируюсь на фоне Бременской ратуши и рядом со статуей Роланда. Это такой десятиметровый кудрявый мужик с длинным мечом и лицом Джоконды. Кстати, считается местной «Статуей Свободы».
Но самый ценный кадр, конечно, на фоне легендарного квартета — осла, пса, кота и петуха. Стефания будет пищать от восторга и зависти.
Тут даже полусонный Одиссей оживляется и, перебирая коротенькими ножками, спешит к памятнику. Как обычно, весь при параде, причёска колечками, очочки сияют, хрюндель пылает даже в темноте. Это он сегодня под парижским солнышком обгорел. Голубой огонёк, задрать его!..
Меня Оди демонстративно игнорирует и просит Реми запечатлеть его с Бременскими музыкантами. И я не могу сдержаться:
— Оди, два петуха на фото — это явный перебор.
— А два осла — в самый раз! — оскорблённо парирует он, резко передумав фотографироваться.
А Реми, согнувшись пополам, ржёт, как жеребец.
— Хорош зубоскалить, Трубадур, — я подталкиваю его к бронзовому квартету. — Твоя очередь, ты как раз тут прямо в кассу.
— Ну давай, — он уже направляется к памятнику, но вдруг озадаченно спрашивает: — Гена, а трубадур — это ругательство?
— Ты что, мультфильм не смотрел? Вот тундра! Это ж главный герой из «Бременских музыкантов».
— Но там нет такого героя, — Реми хмурит брови. — Ты читал сказку?
Я отрицательно мотаю головой, а Оди тут как тут:
— Реми, ты задал неправильный вопрос. Спроси у него, прочитал ли он хоть одну книгу за свою жизнь.
Да задрать его копытом! Этот пудель мне сегодня всю жизнь испортил.
— Слышь, стряпчий, я много чего успевал: и книги читать, и девочек любить, и пидоров гасить. А вот ты в качестве самообороны даже бег не освоил, но почему-то продолжаешь мне дерзить.
Одиссей шумно глотает воздух и уже намеревается что-то ответить, но Демонёнок его останавливает, дружелюбно хлопая по плечу:
— Да не нарывайся ты, Оди. У нас впереди серьёзные дела, а у тебя и так морда красная. А будешь синим, я тебя не возьму.
Адвокат, оскорблённо пыхтя, устремляется к машине и бросает, не оглядываясь:
— Всё, в отель поехали.
Нет уж, голубок, рановато ты отдыхать собрался.
Четверо охранников с абсолютно непроницаемыми лицами даже не шевелятся, продолжая безмолвно таращиться на Реми. Но тот явно никуда не торопится.
— У вас переговоры завтра во сколько? — спрашиваю у него.
— В два, — он лыбится и добавляет: — Так что до утра я совершенно свободен.
Глава 57 Бремен
Ночной джентльменский клуб «Böse Engel» или, по-нашему, «Злые ангелы» — это живая музыка, грязные танцы и пятьдесят сортов пива. И хотя к пиву я всегда был равнодушен, но здесь, в гостях у немцев, никак нельзя упускать момент.
Правда, сперва я решил, что веселуха обломилась, потому как свободных мест не оказалось вообще. Одиссей, пребывавший в глухой тоске, от такой новости заметно приободрился и снова сделал попытку призвать нас к порядку, то есть к отелю, потому что завтра у нас, то есть у них, очень сложный день. Однако торжествующая улыбка Оди вмиг завяла, как только один из гвардейцев мелкого дракона пошептался с администратором клуба, и в переполненном подвале чудесным образом для нас нашлись места.
И вот мы здесь! Ух, немецкий стыд!
Мои глаза ошарашенно разбегаются, выхватывая среди разнузданных «джентльменов» неприкрытые женские прелести. Официантки топлес ловко вальсируют с подносами в тесном зале, каким-то немыслимым образом избегая столкновений с горячей публикой. Несколько ещё более откровенно раздетых девочек резвятся на коленях захмелевших бюргеров, а на круглой сцене полностью обнажённые танцовщицы устраивают фантастическое шоу. Похоже, это какой-то акробатически сложный танец из "Камасутры".
— Давненько я не заглядывал в подобные заведения, — бормочу себе под нос, а слева громко и недовольно сопит Одиссей.
Выглядит он совершенно несчастным — очки запотевшие, уши пылают то ли от стыда, то ли от гнева, а всегда гордая осанка сейчас явно свидетельствует о дефиците кальция в его организме.
— Реми нельзя здесь на-находиться, — тихонько блеет Оди, и в моей голове понемногу светлеет.
— Ну… так-то да, — неуверенно соглашаюсь и перевожу взгляд на мальчишку.
Но тот, игнорируя наши высказывания, кивает вглубь зала, предлагая следовать за ним. Судя по реакции Реми, он в этом клубе не впервые, и что-то мне подсказывает, что его гвардейцы здесь тоже не новички. И уж если принцу чего-то категорически нельзя, то разве его охране не полагается препятствовать моральному разложению подопечного?
— Расслабься, Оди, наш малец под прикрытием, — хлопнув адвоката по плечу, подталкиваю его вслед за Реми. — Давай, иди шустрее. Что ты как по яйцам ступаешь?
VIP-зона встречает нашу компанию интимным освещением, удобными диванами и предлагает отличный вид на стриптиз-шоу. А четверо бойцов располагаются за столиком в паре метров от нас.
— За отдельную плату можно заказать приват, — информирует Реми, вальяжно развалившись на диване. Позёр!
— Начнём, пожалуй, с пива, — предлагаю я и перевожу взгляд на Одиссея. — А ты как, Оди? Может, тебе девочку для разогрева?
— Я… — он стаскивает с носа очки и, нервно натирая стёкла тряпочкой, выпаливает: — Я вынужден позвонить Диане.
— А у тебя губа не дура. Не, ты, конечно, её любимчик, но я не уверен, что она согласится на приват.
Оди возмущённо вспыхивает и уже намеревается ответить, но, заметив приближающуюся официантку, захлопывает рот. Моя же варежка непроизвольно распахивается, а глаза сводятся к переносице, когда перед самым моим носом проплывают крупные розовые соски. Рыженькая обладательница этих сокровищ доброжелательно улыбается, кладёт перед нами меню и, обменявшись с Реми парой фраз на немецком, удаляется танцующей походкой.
Эх, где мои семнадцать лет?
Я быстро фотографирую перечень сортов пива и отправляю фото Жеке, чтоб тот слюной захлебнулся. Да я и сам уже захлёбываюсь, вот только виной тому не пиво пенное, а сиськи здоровенные. Реми улыбается, я тараню ширинкой столешницу, а Оди, промокая салфеткой вспотевший лоб, снова стонет: