Алиса Перова – Неистовые. Из огня да в полымя (страница 51)
— Извращенец вонючий! — взвизгнул женский голос.
«Трах! Дзынь!» — раздались за спиной грохот и звон…
А мою ногу чем-то обожгло.
— Ай! — я дёрнула ногой и оглянулась.
По гладкой тротуарной плитке рассыпались крупные и мелкие прозрачные осколки. Откуда это?..
— Дура бешеная! — проорал Хулио куда-то вверх и резво шарахнулся к кустам.
— Ты, обосранный бычий хвост! — прилетело сверху. — Ненавижу!
— Ну я же говорила! — радостно шепнула Касси. — Весёленькое начало!
Я же только теперь обратила внимание на свою голень, в которой по-прежнему ощущался дискомфорт, неверяще коснулась рукой и кожей почувствовала влагу.
Ох!
— Ой, а что это? — испуганно пискнула Касси, глядя на пульсирующий кровавый фонтанчик и тёмную лужицу у меня под ногами.
— К-кажется, это артерия, — я придавила пальцами невидимую ранку и, внезапно ощутив слабость, поискала глазами опору. — Надо п-перетянуть б-быстрее, иначе плохо... и руки п-помыть…
— Сейчас, Стеф, ты только не бойся, — дрожащим от паники голосом забормотала Касси.
— Я н-не боюсь крови, — прошептала я и провалилась в темноту.
***
Открываю глаза и вздрагиваю, увидев перед собой совершенно чёрное лицо. И карие глаза в окружении сеточки морщин. И чувствую сжимающие меня крепкие руки.
— Всё будет хорошо, маленькая сеньорита, — ласково шепчут большие губы. — Мы остановили кровь, а врач сейчас будет.
— Где этот сраный доктор? — истерично верещит Кончита. — Оли, задери ей ногу повыше, сказано же!
— Стеф, ты жива?! — всхлипывает Касси. — Слава Святой Деве Гваделупской! Это всё Мистер Форд! Знаешь, какой он молодец?! Он сразу всё понял и сделал.
— Кровищи, как от поросёнка, — подаёт голос Хулио. — Она же мне всю машину изгваздает.
— Пасть закрой, чучело, или машина тебе больше не понадобится! — это снова Кончита.
«Алло-о-о! Ну, давай, телефон мій, дзвони! Дзвони! Дзвони! Ало-уо! Ну де всі вони, де всі вони є?..» — где-то надрывается мой телефон. Генка!.. Я же обещала ему перезвонить. Что он теперь подумает?
— Стеф, ты только не волнуйся, у нас врач тут рядом живёт, через минуту будет, и мы тебя отвезём… — голос Касси становится тише, тише…
***
— Всё в порядке, красавица! — улыбается какой-то мужчина, поправляя капельницу. — Скоро танцевать будешь.
Я в больнице, что ли?..
— Поспи, бонита.
И я послушно засыпаю.
***
Глухо и зло звучит голос Кончиты, и в непрерывном потоке грязной брани мне всё же удаётся вычленить: «Я не хотела! Это вышло случайно!»
И очередной взрыв изощрённой ругани, от которой я снова ныряю в спасительный сон…
***
От таких неожиданных откровений мои глаза распахиваются непроизвольно и… как будто продолжение сна… мой Генка. Уставший, осунувшийся, но всё же это он. Но как?..
— Привет, мой Ангел! — произносит он осипшим шёпотом и целует мои руки.
Я осматриваюсь по сторонам, чтобы убедиться, что это не сон...
— Забирай её на хрен с собой! — шипит она.
О, Господи, неужели я уволена, ещё не приступив к работе?
— Что эта дура сказала? — громко спрашивает Генка, даже не поворачиваясь в сторону Кончиты.
— Г-говорит, что будет заботиться обо мне, как родная мама.
— Да пошла она! Уже позаботилась, шамотра страшная!
— Генка, ты ещё сильнее охрип…
— Знаешь, есть проверенная примета: если я охрип — значит, кто-то оглох, — он улыбается.
— Гена… а это п-правда ты? Здесь? Со мной?
— Правда, мой нежный персик, и как же я чертовски соскучился, — он целует мою ладонь, трётся о неё небритой щекой. — Моя Стефания… — шепчет тихо, — как же я люблю тебя!
Я вглядываюсь в его уставшие глаза, чтобы понять, что я не ослышалась…
— Как очумевший тебя люблю, — повторяет он…
А я чувствую, как в животе, в груди и внезапно повлажневших глазах робко и сладко трепещет счастье.
Глава 46 Гена
Париж
Ар-р-р! Вот же коза! Сбросила меня — на полуслове срубила. Настроение ни в звезду! Денёк сегодня выдался на редкость суматошный, а ещё бабы, как с цепи все сорвались — ноги, дойки, булки — всё наружу. Весну почуяли, мурки столичные. А мне что делать?.. Я уже дымлюсь весь.
Невербальный ответ на мой щекотливый вопрос тут же принесла Клара. Прошмыгнула мимо со стопкой полотенец и как бы невзначай протаранила меня своими сиськами. Вот какого?! Схватить бы за холку, нагнуть и-и... отвести душу.
А вот тут ступор. Бывает же так — член стоит, а душа не лежит.
Перезваниваю Стефании.
Ну, давай, моя девочка, возьми эту сраную трубку и ткни своим спичечным пальчиком на «ответить». Ну же!
Ах-х-хереть! Она меня сбросила! Сбросила! Да что за...
— Хэна, тебе что-нибудь надо? — услужливо щерится Клара.
— Да иди уже, звезда моя, от греха подальше, не нарывайся.
— Что не ясно? — грубо подключился Жак. — Сказано тебе, топай отсюда!
Я не вмешиваюсь — глаза б мои никого не видели.
— Джин, да что ты дёргаешься, ныряй давай! — Жак окатывает меня брызгами из бассейна. — Потом позвонишь.
— Геннадий я! Ясно тебе? Что ж вы, французы, такие тупые?! Четыре буквы нельзя выучить?.. ГЕ-НА!
— Ги-е-на! — произносит Жак и довольно лыбится.