Алиса Мейн – Элиас (страница 35)

– Детка, спаси меня, – умоляюще простонал он, а я не сдержала смешок. На заднем фоне в трубке слышались негромкие голоса и музыка.

– Смотрю, веселье у вас там в самом разгаре.

– Они все почему-то решили, что я какой-то известный молодой дизайнер, и пристают ко мне с расспросами о последних трендах. А что я им отвечу? Что ставил на Итало Феррейра [20], но победил все равно Филипе Толедо [21]?

Я засмеялась.

– Это пытка, Линда. – Он немного помолчал. – А еще мне не нравится то, что происходит с нами со вчерашнего дня.

Тут моя улыбка погасла.

– И мне. – Я прошла чуть подальше и вышла к скамейке, с которой меня прогнал Элиас на дне рождения миссис Митчелл.

– Линда, я понимаю, что виноват.

– Алекс, ты ни в чем не виноват. Я знаю, ты предпринимаешь все, чтобы избавиться от этой ненормальной. Но она слишком сумасшедшая для того, чтобы до нее это дошло. – Я уселась на скамейку и вытянула ноги, разминая их после длительного сидения.

– Я договорюсь с ней о встрече и заставлю перестать заниматься всем этим.

– Думаешь, она послушается?

– Придумаю что-нибудь, чтобы ее отвадить.

Я задумчиво пожевала губы.

– Как бы то ни было, пожалуйста, не думай, что ее поведение каким-то образом влияет на мое отношение к тебе, хорошо?

– Детка, я уверен, что наши с тобой отношения крепче этого.

Обменявшись еще несколькими ласковыми и обнадеживающими фразами, мы отсоединились.

Чуть соскользнув по скамейке, я откинула голову на спинку и посмотрела наверх. Только сейчас обратила внимание, что прямо надо мной свисала ветка дерева. Я провела взглядом от кончика крайнего листа по ветке и еще немного отклонила голову, чтобы обнаружить, что все это время за скамейкой находился большой раскидистый клен. Мне показалось странным, что я не замечала его раньше – возможно, потому, что в прошлый раз не представилось возможности как следует осмотреться.

Тут я встрепенулась и, быстро встав, отошла от скамейки и посмотрела на нее со стороны. Еще внимательнее присмотревшись к дереву, заметила свисавшие с самых крупных ветвей небольшие лампочки. Должно быть, когда их зажигали, это было потрясающее зрелище.

Я метнулась к дому и вернулась с альбомом и карандашом. Усевшись прямо на траву, открыла чистый после страниц с кругами лист и принялась делать наброски скамейки, изгороди за ней и большого дерева позади.

Закончив, отстранила альбом, сравнивая рисунок с реальной картинкой. Изображение получилось довольно схематичным, но узнаваемым. Я удовлетворенно улыбнулась, убедив себя в том, что Элиас все же оценит мою работу.

После возвращения с фуршета Алекс повез меня в ресторан. Элиас проводил нас равнодушным взглядом, Глория – недовольным, убеждая всех и себя в первую очередь в том, что скоро совсем перестанет готовить. Алекс в ответ весело засмеялся и поклялся, что следующие дни будет питаться исключительно дома.

Он повез меня в небольшой уютный ресторанчик прямо на въезде в город.

Алекс весь вечер был мил и касался меня при каждом удобном случае, будто проверял, правда ли я нахожусь рядом с ним. Его озабоченность трогала меня, и порой казалось, что я не заслуживаю такого внимания.

Нам определенно была нужна эта поездка, потому что по возвращении домой мы бесконечно шутили и не могли наговориться, будто не виделись месяц, и уже не вспоминали о том, что произошло накануне.

В двенадцать часов следующего дня я, гордо задрав подбородок, вручила Элиасу альбом. Тот, не поднимая глаз, взял его и начал медленно листать – так медленно, будто там было что-то написано вместо однообразных кривых кругов.

Я следила за выражением его лица, рассчитывая, что оно хоть как-то поменяется. Должен же был он отреагировать на мои труды!

– Что это?

Я не сразу поняла, что он имеет в виду, пока Элиас не приподнял альбом и не показал мне последний рисунок – наброски из сада.

– Это… Хотела показать тебе, что умею.

Элиас приподнял бровь.

– Разве я просил тебя об этом?

Я нахмурилась.

– Я выполнила твое задание и сделала сверхурочное. Полагаю, обычно за такое учеников хвалят.

Элиас приподнял альбом еще выше.

– За такое? – Он произнес это с таким пренебрежением, будто там была нарисована кучка фекалий.

Я хотела было возмутиться, но Митчелл не дал мне такой возможности.

– Если ты пришла учиться ко мне, то должна делать то, что я говорю. Смысл тратить свое время на это, – он тряхнул альбомом, – если ты даже еще не поставила как следует руку. И если ты ждала от меня похвалы, то ты ее не получишь. Вместо того, чтобы довести до ума задание, которое задал тебе я, ты своевольничала. Поэтому сегодня мы продолжим рисовать круги и может – может! – перейдем к штриховке.

Я недовольно засопела и протянула руку за альбомом. Элиас закрыл его, но вместо того, чтобы вернуть мне, положил к себе на стол. Поймав мой недоуменный взгляд, невозмутимо пояснил:

– Сделаем вид, что этой оплошности не было, и начнем сначала.

Я так сильно стиснула зубы, что они заныли.

– Я уже говорил тебе, что я требовательный преподаватель, – произнес Митчелл и указал мне на стул у рабочего стола.

Приподнятое настроение, в котором я пришла на занятие, бесследно исчезло.

Я злилась на Элиаса за то, что ему было плевать на меня, на мои рисунки и вообще на что-либо связанное со мной. Но еще больше я злилась на себя за то, что из-за какой-то идиотской черты своего характера стремилась ему понравиться.

Да как же возможно было подружиться с Элиасом, когда он пресекал все попытки с ним сблизиться?

Я послушно направилась к своему месту, пробормотав под нос:

– Ну что за деспот…

– Прошу прощения? – спросил Элиас.

– Ничего, – буркнула я, уселась на стул и взяла карандаш.

Позади послышался смешок.

Глава 11

Я удивлялась энергии Алекса и его постоянной потребности в общении с большим количеством людей. Возможно, отчасти именно в этом был секрет его популярности в университете.

Намечалась очередная домашняя вечеринка.

Младший Митчелл отпустил Глорию отдыхать до следующего дня, а затем взялся за заказ еды и напитков.

Когда пришли Лиз и Маттиас, мы передвинули мебель в гостиной, освобождая место для гостей. По подсчетам Алекса, собиралось приехать не меньше сотни человек – его друзья из университета и серфинг-клуба.

К семи часам первый этаж уже под завязку забили шумные гости, и казалось, что их приехало значительно больше, чем рассчитывал Алекс.

Первое время мне было не до веселья. Я сосредоточилась на том, чтобы всем хватало напитков и закусок, и если сначала Лиз мне помогала, то потом и она растворилась в толпе, увлекаемая каким-то старшекурсником.

– Детка, выдохни. – На плечи легли ладони Алекса. – Я не для того устраивал это все, чтобы ты бегала как заведенная.

Он поцеловал меня в макушку и развернул к себе лицом. Его глаза блестели больше обычного, из чего я сделала вывод, что уж он-то точно веселился и отдыхал.

– Алекс, я так не могу…

Он приложил к моим губам палец, заставив замолчать.

– Ты моя девушка, а не официантка.

Митчелл схватил с ближайшего стола бутылку с пивом, с легкостью открыл и протянул мне.

– Хочу, чтобы ты развлекалась.

Я неуверенно улыбнулась, взяла бутылку и сделала небольшой глоток. Я пробовала алкоголь и раньше, но не была от него в восторге, поэтому сейчас подыгрывала Алексу, чтобы не расстраивать его.

– Митчелл, ты так и не познакомил нас со своей подружкой!