Алиса Майорова – Багровый цвет величия (страница 13)

– Прекратите! – закричал испуганный Богдан. – Вы сводите меня с ума!

Каким-то непостижимым образом они услышали его мольбу и отвернулись. Из толпы показалась неприметная девушка. Она направлялась к Богдану, сжимая в руке две серые гвоздики. Марина. Его недавняя знакомая не только надела все черное, но и накрасила губы в тон одежде. С искаженным от горя лицом она опустила гвоздики на тело Богдана и зарыдала.

– Он при мне это сделал. – Ее глаза, полные отчаяния, обратились к живому Богдану. – Я сама видела. Он не ценил тех, кто о нем заботился. Не дорожил никем! И без конца делал больно себе на глазах у тех, кому не все равно…

– Марина, – прошептал он, не находя других слов.

– И теперь никто к нему не придет, – продолжала она. – Я верила, что будет иначе. Надеялась до последнего, что еще не все потеряно. Но он не слушал меня, – голос Марины стал жестким и хриплым. – Посмотри, где он оказался в итоге. И ты повторишь его судьбу. Никто не будет жалеть тебя после смерти, Богдан. Даже ты сам.

Они остались вдвоем посреди пустынной улицы. Парень смотрел на свою мертвую копию, которой было уже все равно, что о ней думают, а Марина не сводила глаз с него. Богдан ощущал на себе ее взгляд и оттого грустил. Она и в смерти не отпускала его, что уж говорить про жизнь. Вдруг Марина протянула ему руку и сказала:

– Пойдем, я покажу тебе.

Он взял ее за руку и неуверенно пошел за ней к витрине знакомого кафе. Именно здесь Богдан бросил свою спутницу, выбрав ее полную противоположность в центре города. Как полоумный поехал за особенной для него девушкой, а наткнулся на более удачливого сукина сына, который с издевкой спросил: «На мою девушку засмотрелся?» Усталость от бега тут же сменилась приливом сил, все вокруг потускнело, а затем…

Кто-то внутри Богдана зарычал. Он требовал сорваться с места и проучить дерзкого мажора, наказать за грязные слова, разбить лицо, сломать кости, выбить зубы и отрезать язык – все для того, чтобы заставить его пожалеть о сказанном. Все для того, чтобы он больше не прикасался к ней. Надо было набраться смелости и крикнуть: «Ты не ее парень и никогда им не станешь!», но Богдан не решился. И сейчас сам был готов убить себя за это.

– Ты ни на что не способен, – усмехнулась Марина и указала на его отражение в витрине. – Тянешься за несбыточной мечтой, как ребенок, не хочешь замечать очевидные вещи и мириться с разочарованием. Все, что ты делаешь, – это тешишь себя напрасными надеждами. Иллюзии желанны, оттого и разрушительны. Ты одной ногой в могиле, Богдан.

Он вспомнил изуродованную ударом голову другого Богдана, чьи глаза бессмысленно рассматривали искусственное солнце, а губы улыбались пустоте. Малиновский не хотел закончить так же.

– Но ради выживания мне придется пожертвовать любовью, – осознал он. – Я не могу сделать такой выбор. Виолетта – моя надежда, моя мечта, мое сердце. Я не прощу себя, если упущу шанс сблизиться с ней.

Марина молча указала на кафе. Богдан сделал шаг к входной двери – старой, деревянной и покошенной, словно с момента его последнего визита прошли сотни лет. Он толкнул ее, и дверь с неохотой поддалась, оглушив всю улицу мерзким скрипом. Богдан шагнул внутрь.

Место выглядело заброшенным могильником. Пыль толстым слоем покрывала столы и стулья; выцветшие листовки с меню, засохшие цветы и осколки разбитой вазы валялись на полу. А над столом, где они сидели с Мариной, висел ее труп.

– Да, – проговорила она, – вот здесь ты и оставил меня. Здесь ты покончил со мной, не дав и шанса. Но я тебя не виню. Ты побежал к девушке, которая, как тебе казалось, примет тебя, которая достойна тебя больше, чем я. А вот и она.

Сердце Богдана замерло. Он обернулся… В дверях стояла она – девушка его мечты. Виолетта освещала весь зал, как самая яркая лампочка, и ее свет добирался до самого дальнего угла, где в петле одиноко болтался труп Марины. Богдан потерял дар речи. Виолетта рассматривала его с холодным интересом. Марина еще крепче сжала руку Богдана, который уже собирался сделать шаг навстречу мечте.

– Не делай этого, – предупредила Марина. – Если ты ее выберешь, от тебя ничего не останется.

Но все слова перестали что-либо значить с тех пор, как на пороге появилась Виолетта. Богдан подошел к ней и без слов обнял. Вдыхал аромат ее волос, зарывался в них носом, ощупывал тонкую талию и хрупкие плечи. Он согревался от ее тела, такого живого и настоящего, и сам излучал тепло. Виолетта была его проводником в красочный мир, где исполняются самые безумные мечты. Богдан приблизился к желанным губам…

… а наткнулся на холодное стекло. Он в смятении отпрянул. Виолетта существовала в отражении витрины, а не на самом деле. Богдан искал ее взглядом по всему кафе, но в нем находилась лишь Марина. На ее грустном лице выступила едва заметная ухмылка, и девушка прикусила губу, чтобы это скрыть. Парень ее почти что возненавидел.

– Она ушла из-за тебя! – разозлился он. – Что, теперь ты довольна? Хватит строить из себя благородную спасительницу! Ты просто не можешь смириться с тем, что она лучше тебя, вот и хочешь рассорить нас! Но у тебя все равно ничего не выйдет. Виолетта – моя девушка!

– Если ты назовешь ее своей девушкой, она ею не станет, – устало вздохнула Марина.

– Ты, к счастью, тоже.

– Злость тебе не поможет, Богдан. Только принятие факта.

– Какого еще факта?!

– Что ты ей не пара.

Говорила Марина правду или нарочно ранила ложью – Богдану было все равно. Он испытывал такую сильную душевную боль, что не мог даже заплакать. Внутри него рушился целый мир, состоящий из приятных звуков, ярких цветов и нежных прикосновений, а тупая Марина была все еще здесь. Образ Виолетты померк, но не исчез окончательно. Богдан вышел на улицу, боясь упустить девушку из вида.

Она отражалась в наружной витрине кафе, а рядом с ней стоял Игорь: в коричневой кожаной куртке, с уложенными волосами, надушенный дорогим парфюмом и с ключами от тачки в руке. Они держались за руки и смотрели на Богдана по ту сторону стекла.

– На мою девушку засмотрелся? – произнесли губы Игоря и растянулись в издевательской улыбке.

Богдан не выдержал. Схватив лежащую на земле арматуру, он замахнулся и со всей силы ударил по витрине. Оглушительный грохот раздался у него в ушах, осколки посыпались со всех сторон. Что-то теплое потекло по затылку. Богдан приложил к голове ладонь – на пальцах осталась свежая кровь. Арматура в крови валялась у его ног. Он посмотрел в уцелевший кусочек витрины, чтобы убедиться в своей победе над Игорем, но увидел в отражении только себя. Огромная дыра, откуда сочилось жидкое солнце, зияла в его голове.

… Богдан стоял на краю улицы и не понимал, как здесь оказался. Многоэтажки с фальшивыми солнцами, светящими из окон, выстроились вдоль дороги. Впереди он увидел кафе со знакомой вывеской и направился туда. Когда он подошел поближе, из дверей вышла Марина с двумя серыми гвоздиками в руках. Богдан окликнул ее, но она не повернулась. Девушка подошла к лежащему на земле парню и опустила цветы ему на грудь.

Зеваки в черных костюмах стали собираться у очередного тела с пробитой головой.

***

Богдан лежал на полу в общажном туалете, куда убежал от своих соседей по комнате. Он еще не успел раздеться, как все накинулись на него, тыча экранами телефонов в лицо. Видео с разборкой между Виолеттой и Кристиной «завирусилось» и разлетелось по всем соцсетям. Студенты бурно обсуждали инцидент и делали ставки, кого из двух начинающих актрис исключат в ближайшее время. Чтобы у него не развился психоз от этих сплетен, Богдан сбежал в туалет, понадеявшись, что там его точно не станут беспокоить. Так оно и случилось. Он сел на пол и прислонился головой к прохладной плитке. Парень много думал, вспоминал Игоря и Виолетту в его машине. Они в самом деле встречаются? Виолетта не могла так низко пасть. Приличная девушка с безупречным воспитанием не стала бы вешаться на обеспеченного, но глупого парня. Слова Игоря прочно засели в голове, не давая покоя. Как не утихающий зуд после укуса насекомого, мысли еще долго крутились у него на повторе, и Богдан сам не заметил, как в конце концов уснул.

После пробуждения его лихорадило, холодный пот струился ручьем. Малиновского знобило, в горле першило. Отголоски сумасшедшего сна доставали Богдана и в реальности. Почему ему приснилась Марина? Они виделись всего раз, да и сама их встреча оставляла желать лучшего. Богдану снились какие-то трупы, похороны, серые многоэтажки… Многих деталей он не запомнил, зато отчетливо помнил Виолетту. И того, кто стоял рядом с ней.

Злость на Игоря из сновидений приобрела вес в реальности и подстегнула к активным действиям. Богдан встал. Арматуры у него при себе не было, но ее легко могли заменить кулаки. Крепко сжав руки, парень ударил по дверце кабинки. Она покачнулась, и Богдан представил, как вместо нее зашатался Игорь. Ударил снова… и вошел во вкус. Он колотил по двери, не жалея себя, не обращая внимания на грохот и боль в костяшках. Еще через пару ударов на дверце осталась внушительная вмятина, замызганная кровью. Разбитые костяшки ныли, лопнувшая кожа оголяла красную поверхность суставов. Богдан тяжело дышал. Ему было больно, но вместе с тем и хорошо. Выпустив пар, он почувствовал себя лучше, хотя тело по-прежнему бросало то в холод, то в жар. Богдан оторвал кусок туалетной бумаги, намочил и вытер следы крови с кабинки. А вот вмятину скрыть не удалось – ну и хрен с ней. Он хотел вернуться обратно в комнату и уже почти вышел в коридор, как вдруг на лестнице послышались тяжелые шаги.