Алиса Марсо – Бывший. Осколки прошлого (страница 2)

Через месяц я стояла перед зеркалом и натягивала на себя улыбку. Это оказалось несложно. Я продолжила жить, но только я знала, какая зияющая дыра осталась в моем сердце и так и не затянулась. Я пронесла ее через года и сроднилась с ней, но каждый раз, когда смотрю в голубые глазки своего Темы, рана тихо и непроходимо саднит.

Вот и сейчас, я упираюсь спиной к стене, смотрю на призрак из моего прошлого и не понимаю, зачем судьба снова столкнула нас двоих.

Двери не закрываются, в кабинет заходят и выходят люди, что-то спрашивают у своего руководителя, он отвечает, они поспешно убегают.

Я по записи. Наступает время моего приема, а я не могу сдвинуться с места. Смотрю на свое отражение в матовом стекле двери: рыжие волосы беспорядочно собраны в пучок на затылке, на лице минимум косметики, одета в банальную одежду для частной школы: белая блузка, черная юбка, туфли на плоской подошве и папка с документами в руках.

Секретарша Игната выглядит стильнее и ухоженнее, чем я.

Неожиданная встреча выбивает из колеи, а придирчивый взгляд на свой образ окончательно убивает уверенность в себе. Я все еще не решаюсь зайти в кабинет, но внезапно дверь широко распахивается, из помещения выходит Игнат и занимает не только все пространство узкого коридора, но и забирает оставшийся кислород. Он тормозит возле меня, впивается в лицо цепким взглядом, хмурится, и через мгновение, которое кажется вечностью, в приказном тоне бросает своей секретарше:

– Оксана, отмени на сегодня все встречи. Меня ни для кого нет.

Глава 3

Вечеринка в честь начала нового учебного года в институте уже в разгаре.

Я стою, прислонившись к прохладной стене, и наблюдаю за одурманенными молодостью, слабоалкоголкой и рвущихся наружу гормонов студентами.

Полумрак помещения усиливал эффект таинственности и вседозволенности, а медленная музыка окутывает трепетной эйфорией.

Наблюдаю за танцующими парочками и тихо завидую. Скромная, тихая, умная девочка никому не интересна. Осматриваю присутствующих и внезапно наталкиваюсь на прямой, пробирающийся под кожу взгляд голубых глаз. Столбенею, пытаюсь стряхнуть мираж, но мурашки вовсю уже бегут по коже.

Он – парень с пятого курса, мечта каждой девчонки и мой ночной, несбыточный сон.

За спиной стена. Рядом никого. Это не ошибка – Игнат Стрельцов хмуро, проникновенно, не моргая, изучает меня.

Сглатываю, когда вижу, как не спеша, вальяжной походкой он подходит ко мне, без разрешения берет за руку и ведет на танцпол.

Кожа на запястье горит огнем, а внутри все переворачивается от невероятной близости наших тел. Игнат нагло прижимает меня к себе, и мы начинаем двигаться в танце.

Перед глазами все плывет, в ушах звенит, а запах табака разбавленный нотками свежего лайма пробирается в легкие и перекрывает способность дышать. Не понимаю, сплю я или все происходит на самом деле?

Игнат, родной брат моего однокурсника Никиты, с которым я пересекалась на некоторых парах. Ник всегда садился рядом со мной, но вот уже два месяца, как он перевелся на свободное посещение, и с нашего потока только я знала почему.

Впервые, когда я увидела Игната рядом с Никитой, земля ушла из-под ног и, кажется, больше так и не вернулась. Я была скромной студенткой, но с чувством собственного достоинства, поэтому никогда открыто не пускала слюни на этого властелина женских сердец, а лишь незаметно поглядывала из-под опущенных ресниц, а ночами строила воздушные замки.

И вот он, сам Игнат Стрельцов, подошел ко мне при всех и повел танцевать.

При первой нашей встрече я стеснялась поднять на него глаза, при последней – была не в силах.

И вот я стою в душном коридоре его компании, смотрю в угрюмое лицо и молю бога, чтобы началось землетрясение.

Когда-то давно, семь лет назад, когда месяц стенаний подходил к концу, от жуткого стресса и бесконечного плача я попала в больницу на сохранение. В тот день, я раньше установленного срока подошла к зеркалу, натянула на лицо безжизненную, но улыбку и пообещала себе, что больше никогда не буду плакать из-за этого человека, никогда не опущу глаза ему на ботинки и не отступлю назад. У меня есть ради кого жить, беречь себя и кому улыбаться.

Сейчас настал момент испытать на прочность собственной установки, и я чувствую, что стремительно пасую. Голубые глаза напротив жестко проникают в самое сердце и невидимой рукой останавливают его разбег. Игнат сканирует мое лицо, он неприятно изумлен, но лишь на мгновение теряет контроль, а затем его взгляд снова становится холодным и безразличным.

Он разрывает зрительный контакт, поворачивается и широким шагом стремительно уходит. А я шумно выдыхаю углекислый газ, смешанный с до боли знакомой смесью табака и лайма, покрываюсь липкой испариной и в ужасе провожаю знакомый силуэт, пока тот не скрывается за поворотом. Как в тот роковой день, только сейчас нет тумана и возможности спрятать за моросью нахлынувшую боль.

Я думала, что выздоровела и теперь в моей крови стойкие антитела к этому мужчине, но одним своим появлением, убийственным взглядом и ледяным голосом он разрушил годами выстроенную стену и вернул на семь лет назад.

– Мария Ивановна, извините, вы слышите меня?

Возвращаюсь в реальность и вижу перед собой недовольную секретаршу.

– Игнат Эдуардович отменил на сегодня все встречи. Приносим свои извинения. Вас записать на другой день?

До меня медленно доходит смысл слов девушки. В итоге я не определено качаю головой и буквально выметаюсь из этого здания.

Глоток кислорода приводит в чувства, я добираюсь до ближайшей скамьи, обессиленно падаю и остервенело потираю лицо.

Нет, больше я не поведусь на эти провокации. Хватит! Мы не можем работать вместе. Я не могу! Даже после пяти минут нахождения рядом с ним чувствую себя в смятении, мозг отказывается трезво мыслить, а язык и конечности не слушаются. Что же будет, когда нужно будет обсуждать проект?

Господи, я давно не люблю этого мужчину, не переношу, даже презираю, но почему же тогда рядом с ним я снова становлюсь маленькой, наивной студенткой, которой в дребезги разбили сердце, а затем утопили осколки в ноябрьских лужах.

Без раздражителя быстро прихожу в себя и даже порядком разозлившись, спешу обратно в школу. Не буду я заниматься внедрением в школьное образование виртуальных экскурсий. Это, конечно, здоровский проект, но психическое состояние дороже.

Неужели у нас в школе не найдется преподаватель, который тоже с этим справится? В конце концов, можно привлечь учителя истории или географии, еще есть литература. Почему этим должна заниматься именно я? Я что, самая свободная?

Залетаю в приемную и на взводе иду прямиком в кабинет Льва Борисовича.

– Лев Борисович, извините, пожалуйста, но у меня по делу.

– А у меня не кабинет психолога, чтобы заходить на чай и поболтать, – резко осаждает меня директор, не поднимая голову от каких-то бумаг.

Медленно делаю глубокий вдох и такой же выдох. Ну, почему все красивые и представительные мужчины – такие надменные гады?

– Лев Борисович, я не могу и не буду заниматься этим проектом, – на свой страх и риск протестую прямо.

Директор изумленно вскидывает брови и откидывается на спинку стула.

– Не можете или не будете, Мария Ивановна?

– Послушайте! В нашей школе есть много преподавателей, профессионалов своего дела, которые тоже непосредственно будут использовать виртуальные экскурсии на своих уроках. Замените меня.

– Вы не ответили на мой вопрос.

Черт, что же ответит. Для «не могу» у меня нет аргументов. Я-то могу.

– Не буду. Есть веские причины, но они не касаются нашей частной школы.

– Значит, и работать здесь вы не будете. Если вы не держитесь за место в престижном заведении и к тому же позволяете себе оспаривать мои решения, то прошу, Мария Ивановна, за дверь. У меня на сегодня назначено несколько собеседований, и я уверен, эти кандидаты оставили дома все свои личные проблемы, а сюда идут исполнять свои обязанности. Вы свободны. Закройте дверь с той стороны.

Глава 4

Вылетаю из кабинета директора и фурией несусь по коридору школу. Вся эта ситуация выбивает из колеи. У меня своих забот хватает, одна цифровая среда чего стоит, а это не просто создать электронную базу книг с доступом на любом компьютере школы, нужно еще прописать все ключевые слова для поиска нужной литературы в каждую карточку книги.

Захожу в столовую, трясущимися от негодования руками беру кружку чая и ищу место подальше, в уголке, чтобы выдохнуть и успокоиться. Мало мне того, что в мою жизнь без приглашения снова врывается мой персональный ад из прошлого, так еще и директор грозит увольнением. Я практически одна тяну свою семью, поэтому остаться без работы мне нельзя.

Злость на Льва Борисовича притупляет боль от воспоминаний, и я судорожно пытаюсь придумать, как сделать так, чтобы не пересекаться больше с Игнатом. Господи, да меня от одной мысли о нем до костей пробирает озноб. Не люблю осень, ненавижу ноябрь.

За одним из столиков вижу Марину, преподавателя математики и по совместительству мою близкую подругу. Хотя бы я в этой школе не буду эгоисткой, поэтому, зная шаткое положение подруги на личном, иду к ней узнать как дела.

– Привет, Маш, где с утра пропала? – спрашивает подруга, но по глазам вижу, совсем невесело ей.