Алиса Лисова – Забытая измена (страница 11)
– Тебя сюда не звал никто. Сама приперлась – получай приветствие.
– Говнюк! Правильно Вадим сказал, что ты псих!
Громов нахально усмехнулся и ткнул пальцем в мои штаны.
– Деточка, это не я среди ночи в пижаме гуляю по всяким злачным местам и в обморок падаю в туалете. Ну и кто из нас того? – он крутанул рукой у виска и отошел к двери. – Давай, двигай на выход.
– А вот и не подумаю! – фыркнула я, истратив в гневе остатки страха перед этим животным. Плюхнулась обратно на диван и скрестила руки. – Пока все мне не расскажешь, с места не сдвинусь.
– Напугала ежа голой жопой. Не хочешь сама выйти, так я помогу.
Громов угрожающе надвигался на меня и, когда потянул ко мне руки, я уперлась ладонью ему в грудь и выставила указательный палец перед его лицом.
– Только тронь! И сядешь за домогательства, это я тебе устрою быстро.
Ярость вспыхнула в его глазах, как спичка. Но он все же убрал руки и наклонился, прошипев мне в лицо:
– Что тебе надо от меня? Рассказывать я ничего не буду, нечего рассказывать. И доводить меня не советую.
– Ну… Не хочешь говорить ты, значит придется мне. Пойду-ка я позвоню майору с Рогожинской, скажу, что поспешила заявление писать, и вообще все не так было. А заодно расскажу ему увлекательную историю про ваше с Лехой хобби.
– Слышь, коза! – выдавил он из себя, а густые брови сдвинулись к переносице, образуя два темных крыла, будто какой-то коршун летит на меня и вот-вот выклюет глаза. – Ты головой шарахнулась и страх потеряла?
Мне стало жутко. Когда осмелилась угрожать Громову, я словно и в самом деле глотнула для храбрости какой-то волшебной жижи, но от его энергетики, которая почти вдавливала меня в диван, действие зелья стремительно проходило. Я почувствовала себя маленьким облезлым котенком, заплутавшим в огромном городе среди тучи опасностей. В горле скопились слезы.
– Память я потеряла, – дрогнувшим голосом ответила Громову и сглотнула. – Я не помню ничего, начиная с четвертого мая. Близкие мне не говорят, потому что не хотят расстраивать. А я… Я вспомнить хочу. Нутром чувствую, что все не просто так от меня скрывают…
Тишину кабинета нарушил непрошенный всхлип. Громов молчал, а я смотрела на собственные пальцы, не поднимая глаз, чтобы не показывать, как капля за каплей меня покидают остатки выдержки.
– Вообще ничего не помнишь? – наконец спросил он и уселся на диван на небольшом расстоянии от меня.
– Вообще. То есть… Я кое-что вспомнила, когда… Не знаю, почему так получается, но оба раза, когда я тебя видела, я вспоминала по кусочку. Мне в одно пока не собрать, слишком короткие отрывки. Наверно, это происходит потому, что ты стал причиной…
– И из-за этого ты решила меня донимать?
– Я решила, что ты помочь можешь.
Я с обидой посмотрела на Громова, и он отвел глаза, мотнул головой, будто что-то для себя решая, потом потрепал пятерней макушку.
– Да не знаю я ничего. Выбежала и на проезжую часть. Все! Что там было до, я не в курсе.
– Может быть получится вспомнить? Дотронься до меня! В последний раз так получилось.
Громов нагло усмехнулся и потянул руку к моей груди, а я вспыхнула.
– Офигел?! За руку.
– А что? Клин клином, стресс – стрессом. Может и сработает.
– Обойдешься.
Возмущенная неуместной выходкой, я сама взяла его за руку и закрыла глаза, проигнорировав недовольный вздох. Ладонь была теплой, шершавой, и сколько бы я ни пыталась сконцентрироваться на воспоминаниях, мысли возвращались в настоящее, я едва удержалась, чтобы не погладить пальцем его кожу.
– Ну? Получается? – раздался ироничный шепот прямо над моим ухом. – Давай все-таки как я предлагал. И мне хоть какой-то бонус.
– Наряд омона тебе, а не бонус, – прорычала я и отдернула руку. – Не хочешь помочь, не надо. Сама справлюсь. Говнюк! Как будто от тебя что-то сложное требуется…
Я резко встала с дивана под тихий наглый смех Громова. Как же хотелось треснуть его чем-нибудь тяжелым!
– Да ладно ты, не психуй. Как зовут-то, коза?
– Сам ты коза! Катя меня зовут.
Он молча встал, подошел к столу, осмотрел его, открыл ящик и достал оттуда ручку. Потом сунул руку в задний карман джинсов, вытащил из него какой-то листок и что-то написал.
– На, Катя.
Я взяла в руки чек с заправки, с обратной стороны которого был написан телефон и имя – Эд.
– Эдик, значит?
– Эд, – почти прорычал он. – Или Эдуард. Еще раз назовешь меня Эдиком, и я расскажу тебе интересную историю о том, почему я увлекся единоборствами.
– Ясно…
– Успокоишься, позвони. Раз помогает… Хрен с тобой. А сейчас уходи, рассказать мне тебе правда нечего. Видел как из ЗАГСа выскочила и только. Сам не понял, как так вышло…
– Из… ЗАГСа? – голос почему-то был еле слышен.
– Ага.
– А… Из какого? На какой улице?
– На Софийской. Давай, двигай на выход. У меня дел выше крыши, а я с тобой нянчусь.
Сквозь кружащие в мозгу мысли я вспомнила о том, что денег на такси у меня нет, и озадаченно посмотрела на Эда.
– Мне… Я деньги все за вход отдала…
– Предлагаешь вернуть? – он саркастично поднял брови.
– Нет… Одолжи на такси, я отдам…
Еще один недовольный вздох и поджатые губы, после чего Громов достал из кармана смартфон.
– Куда тебе?
– В больницу на Голикова.
Он потыкал в экран и убрал гаджет в карман, настойчиво подтолкнул меня к двери.
– Сейчас машина приедет, оплачено. А ты, пожалуйста, по-хорошему, свали уже отсюда.
В состоянии полнейшей растерянности я уехала в больницу и до самого утра прокручивала в голове новые факты. Почему-то слова Громова не вызывали сомнений, с чего ему врать? Угрозы мои если и напугали, то виду он не подал. Да и придумывать что-то про ЗАГС не было смысла. К тому же именно этот ЗАГС всегда мне нравился, именно о нем мы говорили с Вадимом. Но Громов этого знать не мог…
Я настолько себя накрутила разными вариантами, что когда утром пришел Вадим, была взвинчена не на шутку.
– Вадь, ответь на вопрос, пожалуйста… – начала я, силясь сохранять самообладание.
– Что, котенок?
– Где меня машина сбила?
Он тут же сжал челюсти и встал с кровати, возмущенно сложив руки на пояс. Провел ладонью по лицу, потом вполоборота кинул мне:
– Кать, может, хватит? Ты каждый день меня пытаешь и не хочешь услышать! Я ведь столько раз говорил тебе…
– У ЗАГСа на Софийской? – перебила я, и Вадим уперся в меня остекленевшим взглядом, а мне стало ясно, что Громов не соврал. – Ведь так?
– Кать, ты… Откуда…?
– Вспомнила. Почему я была там, Вадь?
Сердце колотилось, как шальное, и ускорялось с каждой секундой молчания моего жениха.
– Почему? – не выдержала я.
– Кать, ты… Давай позже поговорим об этом… Не сейчас. Я должен идти.