Алиса Ковалевская – Заставлю тебя полюбить (страница 55)

— А вот глинтвейн вкусный. Спасибо большое. Если когда-нибудь вы придёте к нам, я тоже что-нибудь приготовлю.

Она приоткрыла рот, но Фёдор остановил её.

— Поймал на слове, — сказал он. — На следующей неделе в «Добронравов групп» запланировано крупное событие. Кстати, Мирон, ты подготовил…

Я едва сдержала вздох. Зоя повернулась к мужу с недовольством. Несколько минут разговор шёл вокруг дел компании, и я молчала, как рыба, хоть Зоя и вставляла время от времени реплики.

Саша захныкала, и я взяла её на руки. Повернулась и перехватила направленный на меня взгляд карих глаз. Что заставило меня подойти к матери Мирона, не знаю.

Я просто села на стул рядом с ней.

— Это Саша, — сказала я тихонько.

Лицо Зои напряглось, она как будто дышать перестала. Взглядом впилась в Сашу, губы её нервно дрогнули.

— Мне не нужны ваши извинения, — сказала я так, чтобы слышала только она. — А вы… Вы сами решите, что вам нужно.

Её рука приподнялась. Настороженно, будто была опасливым зверьком. Пальцы шевельнулись. Она коснулась одеяльца и посмотрела на меня.

Голоса стихли. Разговор мужчин оборвался, и в наступившей тишине опять раздался вскрик Саши.

— По-моему, ты ей понравилась, мам, — сказал Мирон, пытаясь разрядить обстановку.

Зоя провела пальцами по одеяльцу.

— Совсем маленькая, — шепнула она.

Снаружи вдруг донёсся странный звук. Словно мотор поблизости взревел, но тут же всё стихло. Фёдор приподнял стакан с глинтвейном.

— Ну что же…

Его отвлекла возня в холле.

Послышались шаги — тяжёлые, мужские.

Дверь в гостиную открылась, и в проёме появился силуэт — высокий, широкоплечий, с растрёпанной шевелюрой, которая отбрасывала тень на лицо. Я моргнула, пытаясь понять, что вижу, но сердце уже колотилось в горле, а воздух в комнате вдруг стал густым, как сироп.

— О-па, — произнёс вошедший мужчина, мотнув головой, и осмотрел всех нас по очереди, с ленивой усмешкой, которая была так знакома, что у меня перехватило дыхание.

Его глаза — те самые, с искоркой безрассудства — скользнули по Фёдору, Зое, Мирону, а потом остановились на мне. И в этот миг мир замер. Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица, а Саша в моих руках внезапно стала тяжёлой, как камень. Это не могло быть правдой. Марк…

Зоя издала тихий всхлип, Фёдор побледнел, а Мирон… Мирон застыл, как статуя, его рука на моём колене сжалась в кулак.

— Вижу, я как раз вовремя, — сказал Марк, его голос разрезал тишину.

Он шагнул вперёд, не отрывая взгляда от меня, и в его глазах мелькнуло что-то тёмное, почти торжествующее.

— Очень вовремя.

Конец