Алиса Ковалевская – Обязана быть его (страница 27)

Кончиками пальцев по груди и шее, по губам. И ритм… Его ритм во мне, отдающийся в биение моего сердца. Мокрая, я всхлипывала, понятия не имея, как он делает это. Почему именно он?! Почему всё моё существо откликается на него с такой готовностью?

— Не сдерживай себя, — в меня до упора. — Не сдерживай себя, Дарина. Ты так прекрасна в своей чувственности, — прошептал он.

Остановился. Поцеловал меня за ухом и прихватил губами мочку. Прошёлся языком и только после подался назад, а затем снова в меня.

Говорить не было сил. Всё, что я могла — стонать, всхлипывать. Дрожь пробегала волна за волной, бёдра, живот, колени, грудь: всё ныло, наполненное томлением, а он продолжал немилосердно нежно и в то же время, не оставляя мне права выбора. И к своему ужасу я понимала, что здесь и сейчас право это мне не нужно, потому что он и так знал это. Знал куда лучше, чем знала я. Он знал моё тело, а я…

— Пожалуйста… — горячо зашептала, облизнула губы и откинула голову ему на плечо. — Пожалуйста, ещё…

Ладонь его накрыла мой лобок, пальцы запорхали по влажной плоти, по клитору. Дыхание моё превратилось в сплошные несдержанные стоны. Демьян покусывал мой затылок, брал меня, ласкал. Тёплая волна, вторая…

Чувствуя приближение финала, я кусала губы. Он тоже чувствовал. Чувствовал и входил в меня всё быстрее, резче. Пальцы в ритм толчкам. Жаркое дыхание мне в затылок, его негромкие стоны.

— М-м-м… — застонала и тут же выдохнула через рот. Сбивчиво, пытаясь ухватиться за размытые грани сознания. Но куда там…

На несколько секунд тело моё сковало напряжение. А после… Спазм за спазмом меня накрыло удовольствием. Не таким острым, как в гостиной и после, но долгим. Я куда-то летела, проваливалась, а он снова и снова толкался в меня, продляя оргазм.

— Да, девочка… — ткнулся в затылок, пульсируя во мне. — Да-ри-на… — медленно, растягивая имя, всё ещё гладя меня между ног.

Неосознанно я накрыла его ладонь своей, прижимая ближе. Лежала, прижатая к нему, наполненная им, расслабленная и обессиленная. Этого я хотела? Разве этого? Меня охватил страх, но стоило Демьяну сжать мои пальцы, страх испарился, будто он забрал его себе.

Обхватив Демьян повернул меня к себе лицом. Член его выскользнул из меня, и на мгновение мне стало пусто. До тех пор, пока я не почувствовала касание его пальцев к лицу, к губам.

— Ты взбалмошная и глупая, — тихо сказал он. — Но это не меняет того, что ты прекрасна, Дарина.

— Глупая? — переспросила я.

В комнате было темно, лишь тусклый свет горящего над кроватью ночника разбавлял ночную мглу. Демьян чуть заметно усмехнулся.

— Именно, — провёл по моей нижней губе ещё раз. — Из всего, что я сказал тебе, ты услышала лишь это. Разве не глупо?

В мыслях у меня стоял туман. Всё ещё не пришедшая в себя, я едва могла думать. Глупая… Наверное, в самом деле глупая.

— Сколько времени? — спросила через прошедшую в тишине минуту. Приподнялась на руках и, убрав с лица волосы, посмотрела в окно.

Сколько я проспала? Темно было ещё тогда, когда я вышла из ресторана, а теперь…

Ничего не ответив, Демьян взял с тумбочки мобильный. Все это время он поглаживал меня по боку, по рёбрам, по бедру, и почему-то его «глупая» вовсе не казалось обидным, хотя после всего произошедшего вечером именно таким быть было и должно.

— Скоро час, — отозвался он.

— Господи… — я поспешила откинуть одеяло. Где мои вещи? Кажется, часть осталась в гостиной. Или все…

Торопливо поднялась. Ноги едва держали меня, живот ныл, между бёдер было влажно.

— Ты куда? — Демьян тоже поднялся и, ничуть не стесняясь наготы, подошёл ко мне. Бог… Бог или Дьявол…

— Мне нужно домой, — глянула в сторону двери. — Соня…

— Останься, — он придержал меня за локоть. В темноте глаза его блестели чернотой. Дьявол… Да, Дьявол, вот кто он!

— Мне нужно домой, — возразила я поспешно. Попыталась обойти его, но он опять остановил.

— Останься, Дарина, — повторил сдержанно, тихо.

Я начинала раздражаться. И без того забывшаяся, позволившая себе многое, хотела было возразить, но он добавил ещё тише:

— Пожалуйста.

Это «пожалуйста» не было просьбой, но и приказом оно тоже не было. Я стояла рядом с ним, такая же нагая, пахнущая сексом.

— Я не могу, — проговорила, отведя взгляд. — Мне нужно домой. Света будет беспокоиться, да и завтрак для Сони…

— О завтраке не волнуйся, — Демьян продолжал удерживать меня за руку. — И обо всём остальном тоже, Дарина. Запомни, когда ты со мной, тебе не нужно ни о чём беспокоиться.

Я смотрела на него, он на меня. Слова опять куда-то подевались.

— Я хочу, чтобы ты осталась, — по-прежнему тихо. — Поверь, я редко кого-то о чём-то прошу. Но тебя прошу: останься, Дарина.

Я заколебалась. Прекрасно понимала, что сказанное им правда и не знала, что делать. Света, Соня…

— Мне нужно позвонить Свете, — неуверенно ответила. — Если она…

— Не стоит её беспокоить, — он выпустил мой локоть. — Я уже дал указания Егору. Он обо всём позаботился.

Я молчала. Молчала и понимала, что он снова не оставил мне выбора. Вернее… Выбор у меня был, но… Соня уже спит, Света тоже.

— Только до утра, — отвела взгляд. — Только до утра.

— Хорошо, — он дотронулся до талии. Притянул меня к себе, провёл пальцами по волосам. Я всё же не выдержала, посмотрела на него. — Но это будет только утром. А пока предлагаю принять душ.

Глава 19

Проснулась я одна. Демьяна рядом не было, вокруг стояла тишина, и на секунду мне показалось, что одна я не только в постели, но и во всей квартире. Но стоило подумать об этом, как я уловила какой-то шум. Со стоном потянулась, понимая, что с удовольствием полежала бы еще с полчаса, но позволила себе только пару минут.

Эта ночь с Демьяном… Как бы ни гнала от себя мысли о нём, как бы ни пыталась убедить в том, что он мне безразличен, пришла пора признать — это не так. Так хорошо, как с ним сегодня, мне не было никогда. И дело не только в том, что с ним я смогла испытать, удовольствие, неведомое мне прежде, почувствовать себя желанной. Нет. Ночью, лёжа в постели с Демьяном, я понимала, что рядом с ним мне спокойно.

Уставшая, уснула я очень быстро и до самого утра проспала без всяких снов, чего со мной уже давно не было. Будто бы он одним своим присутствием смог отогнать все тревоги, вселить в меня уверенность и ощущение внутреннего спокойствия, в котором я так нуждалась. Это было так странно… Так незнакомо мне, так не похоже на всё, что было в моей жизни прежде.

Нехотя поднявшись, я надела тяжёлый, доходящий мне до самых щиколоток халат Демьяна, который он дал вчера после душа. Приподняла ворот и, повинуясь желанию, потёрлась щекой и сделала глубокий вдох.

В глубине квартиры снова что-то звякнуло, и я напомнила себе, что забываться не стоит. Небо уже окрасилось дымчато-серым, ночная темнота сменилась рассветной дымкой. Утро…

Стоя у плиты, Демьян с сосредоточенным, серьёзным видом взбивал что-то в большой стеклянной миске. В одних лишь домашних штанах, с перекинутым через плечо полотенцем, выглядел он так… так, что от желания прикоснуться к нему, у меня закололо в кончиках пальцев.

Сделала было шаг к нему и снова остановилась. Что, если он сочтёт это ненужным, лишним? Вчера он попросил остаться, но…

— Дарина, — Демьян бросил на меня взгляд. — Надеюсь, ты ешь по утрам?

Отбросив сомнения, я подошла ближе и скользнула ладонью по его боку, по животу. Обняла, прижалась к нему и, закрыв глаза, поцеловала между лопаток. Мне стоило держаться отстранённо, стоило помнить, что он не для меня, о вчерашнем унижении в «Бархате». Но как, если… если он такой?!.

— Ем, — выдохнула, отстранившись.

Поймала на себе его внимательный взгляд и почувствовала неловкость.

— Мне нравятся женщины, которые едят по утрам, — не успела я отойти, он поймал меня за руку и потянул на себя. Взгляд его был всё таким же внимательным. — Доброе утро, — обхватил мой затылок и слегка сжал волосы. — Доброе утро, Дарина.

Я ждала, что он поцелует меня, что просто отпустит, но он не спешил. Глядя мне в глаза, мягко помассировал затылок, опустил руку ниже и провёл двумя пальцами сзади по шее. Вверх и снова вниз. По телу у меня побежали мурашки. Снова он почти ничего не делал, а я…

— Доброе.

Я отступила, понимая, что ещё немного и просто не смогу сделать этого.

На разделочном столе лежал кусок сыра, сковорода уже стояла на плите. Как ни в чём не бывало, Демьян снова принялся взбивать яйца с молоком. По кухне разносился ритмичный звук ударяющегося о стекло миски венчика. И даже в этом чувствовалось что-то такое… Самодостаточное. Здесь, на кухне, готовящий завтрак, он выглядел абсолютно естественно, но исходящее от него ощущение опасности было всё таким же осязаемым, как и прежде.

Простояв несколько секунд, я отошла к столу и присела на ближайший стул. На сковороде что-то зашипело, по кухне разлился щекочущий ноздри аромат мяса. Желудок жалобно заныл, напоминая, как давно я не позволяла себе ничего подобного.

— Омлет с копчёной индейкой и сыром, — накрыв сковороду крышкой, сказал Демьян. Опёрся о столешницу.

Я промолчала. Как я ни пыталась держать себя в форме, Эдуард неустанно указывал мне на недостатки. Бёдра, ягодицы…

— Займись своим задом, наконец, — сказал он как-то, одеваясь на работу.

Я сидела на постели и прикрывалась одеялом, отходя после быстрого, как всегда не принёсшего мне ничего, кроме ощущения собственной уязвимости секса. За время беременности я действительно набрала несколько лишних килограммов, но в течении года скинула их. Каждый день начинался с того, что я вставала на весы, а потом, переделав всё по дому, занималась на тренажёре до тех пор, пока грудная Соня не начинала требовать к себе внимания. Вернулась в прежний вес, скинула ещё немного сверху, но Эдуард всё равно оставался недоволен. Если бы он увидел, что я ем омлет с сыром и копчёной индейкой…