Алиса Ковалевская – Амир. Сдавайся, детка (страница 9)

— Амир…

Мама отошла на шаг.

— Сын, ты…

— Не сейчас, — огрызнулся я и вылетел в зал, где оркестр тянул очередную мелодию, больше подходящую для поминок, чем для дня рождения.

— Дай пройти, — отпихнул хмыря в чёрном смокинге.

Отцу нужно было не детей заводить, а взять бревно и сделать себе Буратино.

Эта семья сгнила изнутри, и пафосный оркестр не уберёт гнилостную вонь. На меня смотрели.

— Что таращишься? — бросил мужику с козлиной бородкой. — Ты кто, вообще, такой? Моего отца знаешь или пришёл, потому что надо?

Он закудахтал.

— А кто я, знаешь? Не знаешь… Отец не сказал. А я его сын.

Он как в рот воды набрал. Внештатная ситуация. Дирижёр размахивал палочкой, руководя музыкантами. Пора было внести хоть каплю настоящего. Я повернул обратно. Дошёл до сцены и, ступив на неё, отобрал у дирижёра палочку.

— Простите… — ошеломлённо проблеял он.

— Прощаю. Вы не переживайте, я папу поздравлю и уйду. Минутку.

Мучавший гитару мужик в недоумении вытаращился на меня. Остальные тоже перестали играть, только вобла за фортепиано не остановилась.

— Что у вас тут за скукотища? Это же день рождения! Юбилей! Давайте, ребята! О-па! — хлопнул в ладоши. — Давайте! А ну, одолжи-ка инструмент, — я забрал у мужика гитару и ударил по струнам.

— Давайте дружно.

Хэппи бёрсдей, батя, Хэппи бёрсдей, батя!

Я ударил по струнам ещё раз.

Гости окаменели. Выставка восковых фигур, блядь, во всей красе.

— Вы чё такие прибитые? Давайте, рожи попроще. Ну?

Забацал пару ярких аккордов и встал ближе к микрофону.

Хэппи бёрсдей, папаня,

Отметь с коньяком в стакане,

Желаю тебе всех поиметь,

Даже если пора стареть.

Только хрен ты поимеешь меня,

Потому что моя жизнь — моя.

Хэппи бёрсдей, папаня, ту-ю.

Принимай поздравленья от своих лицемеров, а я, пас, — валю.

Сунул гитару обратно.

— Спасибо, приятель, — похлопал его по плечу. — Развлекайтесь дальше. И поживее давай, поживее. Забацай КиШа, что ли.

Гости расступились. В кармане настырно звонил телефон. У кого зудит? Сбросил вызов.

— Хороший коньяк, дядь, — взял со столика, мимо которого проходил, бокал. — По возрасту, наверное, как ты.

Дед в очках округлил глаза, а в груди его необъятной спутницы что-то заклокотало.

— Тихо, тихо, Наташа, — он стиснул её руку.

— Сборище идиотов, — процедил я и наконец оставил зал с притихшей толпой.

Аля

— Куда собралась?

От раздавшегося за плечом голоса Руслана я вздрогнула. Только что он обсуждал что-то, и дела ему до меня не было.

— Я… В уборную. На пару минут, Руслан. Куда я ещё могу пойти?

Он словно оценивал, говорю я правду или нет. Сканировал меня. Первые годы я терялась от этого, и он считывал меня. Никто не замечал перемен в нём — он был предельно тактичен в разговорах, смеялся, говоря с людьми, которых я не знала, но после разговора с сыном юбиляра внутри него бесился зверь.

— Рус, — чуть протянула я. — Ну что ты в самом деле? Мне просто нужна уборная.

— Хорошо. Но потом возвращайся сюда. Ты можешь мне понадобиться.

— Вернусь. Куда я ещё денусь?

Он кивнул. Я не уходила.

— Хочешь шампанского? Если хочешь, можешь выпить бокал.

— Спасибо, я подумаю.

Он снова кивнул.

— Руслан, — позвал его кто-то. — Не ожидал тебя тут встретить. Здравия желаю, — мужчина протянул ему руку, и муж пожал её.

На его губах появилась улыбка. Одна из тех, за какими ничего не скрывается.

— И тебе того же, Михаил.

Я вежливо поздоровалась, получила в ответ тактичный кивок и бесцветный комплимент.

— Как раз хотел тебе звонить, — соблюдая условности, вернулся мужчина к разговору с Русланом. — Ты как? Настроен на серьёзные темы или отложим?

— Ты же меня знаешь. Я всегда настроен.

— Так и предполагал.

Они отошли от меня. Хорошо, что Руслан не обратил внимания на телефон. На всякий случай я прикрыла его накинутым на плечи палантином. Оркестр играл, словно ничего не произошло, но гости перешёптывались. Юбиляр появился среди гостей и быстро исчез. Я видела, как Амир, вернув гитару, остановился у столика, как взял коньяк, как достал и положил телефон. Тот самый, который я теперь прятала в палантине.

На меня никто не обращал внимания.

Этот парень хорошо играл на гитаре. Или мне показалось, что хорошо. Сама я ничего не понимала в музыке. Бунтарь. Я бы никогда не осмелилась на такое.

У выхода из зала я убедилась, что Руслану не до меня, и свернула.

Отдам телефон... Просто… Я хотела его увидеть.

На улице горели фонари, но Амира я не видела. Прошла к парковке, но и там его не было. Глупая и ненужная затея. Лучше вернуться в дом и не провоцировать Руслана. Развернулась и вскрикнула — прямо передо мной кто-то стоял.

— Ты меня преследуешь?

— Зачем… — я пришла в себя.

Амир смотрел на меня в упор, а я едва различала черты его лица — на него падала тень.

— Зачем мне тебя преследовать?