Алиса Ковалевская – Амир. Сдавайся, детка (страница 16)

Нажал кнопку, и дверь разблокировалась. Она мигом открыла её.

— Мы с тобой больше не встретимся. Никогда. И не мечтай, что это повторится! Я… Никогда!

Она с яростью хлопнула дверцей. Могла бы — стекло бы выбила. Я откинулся на сиденье и закурил, глядя, как она идёт вдоль дороги. Дым не стёр её запах. Я опустил стекло, но в машине всё равно пахло ею.

— Не встретимся, говоришь? Это мы посмотрим, училка.

Я проверил список входящих номеров. Последним был незнакомый. Пока она смотрела в окошко, я сделал прозвон. У гитаристов ловкие пальцы. У меня, к тому же, отличные мозги. И да, я всегда получаю, что хочу.

Глава 8

Амир

Я догадывался, что ужин отец затеял не просто так. Но отказываться очевидных причин не было. Я опаздывал. На десять минут и по своим причинам, но факт оставался фактом.

— Вот чёрт!

Машина подмигнула фарами, я сунул брелок в карман джинсов и на ходу достал сигареты. Где десять минут, там и двенадцать.

Конечно, родители уже сидели за столиком. Отец выразил недовольство молча. Глянул на меня сычом и кивнул.

— Добрый вечер, Амир, — поздоровалась мама. — Хорошо, что ты приехал.

— Кое-какие дела пришлось порешать.

— Дела, — отец хмыкнул. — Какие у тебя могут быть дела?

Не дожидаясь приглашения, я сел за столик и взял меню.

— Я уже заказал.

— А если бы я не приехал?

— Я всё же не терял надежды, что в тебе есть доля сознательности.

Я поморщился. Развернуться и уйти было бы лучшим решением.

— Если ты не терял надежды, то зачем решил за меня, что я хочу?

— Чтобы не терять время. Нужно было приезжать вовремя, тогда бы выбрал сам. В следующий раз будешь пунктуальнее.

— Мы разве торопимся?

Отец проигнорировал вопрос и сделал знак официанту. Я стиснул зубы. Сегодня я показал ребятам наброски песен. Вечером привезли недостающие комбики и гитарные примочки. Три недели работы не прошли зря — звучали мы уже не как толпа пьяных трубадуров, хотя до «нормально» было ещё далеко. В таком виде выходить на сцену, конечно, рано.

Официант принёс бутылку вина. Налил отцу, матери и потянулся к моему бокалу.

— Я пью виски. Или холодное пиво.

— Вам при…

— Нет, — отрезал отец.

— Ты забыл, что мне уже двадцать пять.

— Ужин оплачиваю я.

— Алимбек, прекрати, — вмешалась мама. — Амир, прояви уважение. Отец пригласил тебя на ужин, ты, мало того, что опоздал, так ещё и провоцируешь конфликт.

— Ты что, не знаешь, Марьям, что это его кредо. Наш сын считает, что раз ему двадцать пять, он самостоятельный и всё решает сам. Возраст, по его мнению, показатель взрослости. Только поступки, к сожалению, говорят об обратном. — Последняя фраза была адресована мне.

— Да вроде на батуте не прыгаю, в носу не ковыряюсь, — улыбнулся я. — Прилюдно, по крайней мере. Если что, тираду я заценил, пап. Понято, принято. Как насчёт вискаря? — Он нахмурился. — Ладно, понял. Без вискаря. — Подставил бокал официанту. — Давай компот.

Вслед за вином принесли лёгкие закуски. Отец минуты две буравил меня взглядом. Потом ему надоело.

— Всё же я рад, что мы сегодня собрались, — сказал он.

— Почему Рустама не взяли?

— У него занятия по английскому.

— Можно было и перенести.

— Зачем? Должна быть дисциплина.

— Так ужин семейный, вроде бы. Или я ошибаюсь? — я перевёл взгляд с отца на мать.

— Пропустит. Ничего страшного. Он разболтался. Я подумываю, чтобы отправить его в военно-патриотический лагерь сразу после окончания учебного года.

Я едва не присвистнул. У меня тоже случались ссылки — в четырнадцать я первый раз поехал в Штаты без сопровождения. И… мне понравилось. В пятнадцать отец припахал меня к работе курьером в компании. Было так себе, но в сравнении с военно-патриотическим лагерем версия лайтовая.

— На следующие выходные в клубе запланировано выступление известного французского диджея. Будет шоу.

Он молча потягивал вино, делая вид, что на меня не смотрит. Я был уверен, что на деле от него не ускользает ни единое моё движение.

— Отличный сыр. — Я сунул в рот ломтик. — Вот, блин. А что на горячее? Я тут понял, что ел последний раз вчера. — Взял ещё один сырный рулетик и запихнул в рот. — М-м-м… Мам, а ты умеешь такие делать? Под винишко катит. Отец, попробуй. То ли я такой голодный, то ли это реально бомба.

Он положил рулетик и ещё что-то матери на тарелку. Затем себе.

— Люди к нам приходят, остаются довольными. Но за ярким фасадом много работы. Заключение договоров, обсуждение мелочей. Это довольно интересно. Тут нужны ум и реакция. Ты же умеешь находить общий язык с людьми, Амир.

— Есть такое дело.

— Ты любишь музыку.

— И такое есть.

— Хорошо бы тебе приехать, посмотреть, как всё устроено.

— А-а, ты к этому. Не, бать, вот это всё, что у тебя, не моё. Я на гитарке с парнями побрынчать, рок там… Так что не. — Выпил вина. — Слушай, а компот нормальный. Можно иногда. Где еда-то? — посмотрел в сторону, но официанта с подносом не увидел. Зато мужик в дальнем углу был как-то слишком похож на Калашникова. И, что самое главное, сидел он не с Алей, а с яркой брюнеткой. Та вертела в пальцах бокал и улыбалась, как бабы обычно улыбаются, когда сильно хотят переместиться из ресторана в более уединённое место.

Чёрт, чёрт, чёрт!

Мысли завертелись.

— Сейчас всё принесут, Амир. — Мама промокнула идеально чистые губы салфеткой. — Расскажи пока, чем ты занимаешься? Ты уже почти два месяца в Москве. Мы с отцом понимаем, что недельку-две тебе надо было привыкнуть, встретиться с друзьями. Но сейчас наверняка есть что-то ещё?

— Да… Думал вот, квартирой заняться. Только для этого нужен доступ к счёту. — Многозначительно посмотрел на отца. — А я вот вчера проверил — доступа нет. Приходится спать на полу.

— Тебя это не смущает, как вижу.

— Да не то чтобы не смущает… Я в поисках. Надо же найти своё место под солнцем.

— У тебя есть место под солнцем.

— Есть, — ответил, не отводя взгляда. — Но я пока его не нашёл. Ищу-ищу… Донцова, вон, начала писать, когда ей было под полтос. И ничего, прорвалась.

— Нашёл пример для подражания, — скептически выговорил отец.

— А что? Классно же тётка взлетела.

— Амир, — снова заговорила мама, — если ты берёшь в пример Дарью Донцову, тебе стоило бы упомянуть, что до писательской карьеры она работала журналистом. Ничего из воздуха не берётся. К успеху нужно идти.

— Вот, блин, а я думал, он сам придёт. Постучит как-нибудь в дверь и заявится. Чёрт, и тут сплошные разочарования. Жизнь — боль, — удручённо покачал головой и вздохнул.

Дело спас нарисовавшийся с тележкой официант. Пока он выставлял блюда и оглашал, что лежит на тарелках, я воспользовался моментом. За дальним столиком реально был муж моей училки. В какой-то момент он повернулся, и сомнений не осталось. Она протянула бокал, и он подлил ей шампанское. Перехватил за руку.

Я приподнял скатерть. Навёл камеру. Раз — два — три…