Алиса Колман – Девочка, которая искала магию (страница 3)
Эмма сделала ментальную заметку посмотреть значение слова «именитая», когда директриса пересекла комнату и села в одно из бархатных кресел. Папа занял место на диване напротив, и Эмма последовала его примеру. Вскоре между ними будут километры вместо сантиметров, и она хотела оставаться рядом настолько долго, насколько это возможно.
Он защитным жестом обхватил её рукой.
– Я намеревался зачислить её в прошлом году, но потерял счёт времени. В моей голове она всё ещё маленькая девочка, и иногда я забываю, как быстро она растёт, – с тоской вздохнул он. – Возможно, даже лучше, что она начнёт в этом году. Её магия едва перешла от искрения к мерцанию.
Эмма закусила губу. Сказанное таким образом, это казалось постыдным.
– Едва мерцает в двенадцать? – Брови мисс Постерити удивлённо вздёрнулись, но она быстро опомнилась. – Не хотите ли чаю?
– Нет, спасибо… – начала было Эмма одновременно с тем, как её отец произнёс:
– Чаю было бы чудесно, спасибо.
Эмме потребовались все её манеры, чтобы не вздохнуть. Похоже, взрослые любили долгие разговоры за напитками. Она хотела посмотреть школу. Папа говорил ей, что здесь отличная библиотека, и она могла бы выдержать знакомство с новыми людьми, если здесь есть новые книги.
Продолжая говорить, мисс Постерити указала на серебряный колокольчик около двери, и тот прозвенел.
– Эмме нужно будет кое-что наверстать. Большинство наших девушек уже работают с мерцающей магией несколько месяцев. Семестр начинается завтра и продлится до разжигания в декабре. В дополнение к урокам разжигания наши студентки изучают полный спектр курсов, которые подготовят их жизни в магическом обществе. – она сделала пометку на листе со списком занятий, который держала в руках. – Магическая история и общество, Повседневные чары, Украшение и Декорирование второго уровня, Контроль магии и поведения. Учитель искусства посещает нас по пятницам и учит скетчингу и рисованию, с использованием магических материалов, конечно, а преподаватель танцев приходит три раза в неделю, чтобы помочь девушкам овладеть изяществом движений, необходимых для разжигания, а также современными светскими танцами.
У Эммы закружилась голова. Звучало как куча всего. Она скорее надеялась, что изучение магии будет включать больше чтения.
Отец похлопал Эмму по колену.
– Не волнуйтесь о том, что она отстаёт, мисс Пи. Она уже виртуоз в цветовой магии.
Эмме захотелось сползти под диван. Любого, кто жил в таком чёрно-белом месте, вряд ли бы впечатлила базовая цветовая магия.
– Как причудливо, – проворковала директриса. – Как вы знаете, мистер Харрис, Разжигающие Ветра начинают дуть каждый декабрь, и наши двенадцатилетки должны быть готовы разжечься в любой момент, когда это случится. Каждое слово, каждое движение, каждый инструмент должны быть в совершенном порядке, чтобы разжечь магию. – она расправила плечи. – Мы используем лучшее оснащение. Наши кремни для разжигания принадлежали семье на протяжении многих поколений. Чистое золото, инкрустированное бриллиантами.
Папа тихо присвистнул в знак одобрения.
– Так же, как и в Далтоне, когда я был мальчишкой.
Мисс Постерити гордо напыжилась.
– Уверена, что под моей опекой Эмма в мгновение ока станет такой же блистательной ученицей, как её отец в своё время.
Эмма сглотнула. Ещё больше ожиданий, которые ей предстояло оправдать.
– Это напомнило мне об одном маленьком вопросе, мистер Харрис, который хотелось бы обсудить пока вы здесь. – мисс Постерити разгладила юбку. – В своём письме вы упоминали очень щедрое и значительное пожертвование школе. Хотела поинтересоваться, можем ли мы ожидать его в скором времени?
Папа прочистил горло.
– Я жду выплату от одного из крупнейших проектов, которые я когда-либо делал. Мне предстоит проектировать целый район в Сан-Франциско. Харрис-Хилл, так они собираются его назвать. – папины глаза сияли от гордости. – Я вложил в него достаточно много собственных денег, и это будет ошеломляющий успех. Вы получите пожертвование ко времени разжигания Эммы.
Он улыбнулся Эмме, и та улыбнулась в ответ. Папа всегда говорил, что деньги и магия открывают двери. Когда он не мог найти дверь, он попросту строил её сам. Она хотела быть как он.
– Сан-Франциско? Но ваши письма были отправлены почтой из Бостона, не так ли? – спросила она.
– Я лично курирую проекты моей магитектурной фирмы, так что это заставляет нас часто переезжать. Бостон, Чикаго, Саванна. Лучшие магические города, как вы знаете.
– Как это очаровательно! – сказала мисс Постерити, наклоняясь вперёд.
Пока отец объяснял, какая магия необходима для управления трансконтинентальной железной дорогой и каким будет его предстоящее путешествие, дверь в комнату открылась и вошла служанка. В своём тёмном платье и белом фартуке она выглядела так же серьёзно, как и школа, за исключением локона рыжих волос, выбившегося из-под чепца и свисавшего над её веснушчатой щекой.
Эмма ожидала, что девушка заговорит, но та сохраняла молчание, пока устанавливала чайный поднос на столе. Она никогда не видела служанку её возраста раньше. Они всегда были старыми и называли её «маленькая мисс». Если кому-то приходится быть прислугой, рассудила она, то, должно быть, очень приятно работать в таком прекрасном доме в окружении других девушек.
Папа принял первую чашку чая, протянутую служанкой, и уместил блюдце себе на колено.
– Я хочу, чтобы Эмма была здесь счастлива, мисс Пи. У неё должно быть всё, чего бы она ни попросила, хотя сомневаюсь, что она попросит многого. То есть за исключением книг. Их она копит как тролль.
– Папа! – прошептала Эмма. Она почувствовала вспышку раздражения из-за того, что он продолжал говорить неловкие вещи, но подавила это чувство. Настоящая леди всегда была милой, уравновешенной и никогда не показывала, что сердится.
– Нет ничего постыдного в любви к книгам, милая. – папа достал из кармана пиджака визитку и передал её через стол директрисе. – Цена не имеет значения, когда это касается счастья моей дочери. Отправляйте счета в мой банк каждый месяц, и я прослежу, чтобы они были оплачены.
Директриса взяла визитку, в то время как Эмма глазела на служанку. Ни папа, ни мисс Постерити не обращали на неё внимания, но она заметила, что девушка слушала. Было невежливо притворяться, что её нет в комнате.
– Спасибо, – сказала она, когда девушка налила вторую чашку. – Как тебя зовут?
Глаза служанки расширились от того, что к ней обратились напрямую, и она крепче сжала чашку. Вверх из неё заструился пар, как от паровоза.
Эмма ахнула. Служанка владела мерцающей магией – и сильной.
– Достаточно, – отрезала мисс Постерити. Резкие морщины гнева прорезали её лоб.
Пар остановился. Служанка поставила чашку с чаем на стол и выбежала из комнаты. Эмма не знала, что говорить или делать. Она чувствовала себя так, будто стала свидетелем чего-то личного и шокирующего.
Она сделала большой глоток чая и обожгла язык.
Мисс Постерити глубоко вдохнула после того, как дверь закрылась.
– Прошу извинить, что вам пришлось это увидеть. Если это снова произойдёт, я прослежу, чтобы её заменили.
– Она выглядит достаточно взрослой для того, чтобы её магия угасла в этом году. Самое милосердное для служанки, правда. Мир становится более безопасным местом для всех, когда только достойные владеют магией. – папа махнул рукой над своей чашкой, драгоценный камень в его часах вспыхнул магией, и чай остыл.
Эмма кивнула, но внутренне поёжилась при упоминании угасания. Её охватил болезненный трепет при мысли о том, каково было бы увидеть, как её магия исчезает в клубах дыма. Она снова взглянула на вышитое крестиком полотно. «Только достойные смогут разжечься». Эмма была уверена, что папа прав насчёт того, что так будет милостивее к служанке. Он всегда был прав, но сила того мерцания отвлекала её от мыслей. Её собственная магия ещё и близко не была такой сильной.
– За Эмму! И её разжигание! – папа приподнял свою чашку в тосте.
Мисс Постерити чокнулась своей чашкой с его.
– За новых студентов и покровителей!
Эмма подняла чашку, чтобы провозгласить тост вместе с папой. Она попыталась пустить вверх пар, чтобы произвести на него впечатление. Поднялся только слабый дымок.
Два
Прощальный подарок отца
Эмма
После чая Эмма отправилась на экскурсию по школе.
– Замечательно, салон-гостиная сегодня в задней части дома. Она выглядит лучше всего, когда окна выходят на розовый сад, – сказала мисс Постерити, открывая дверь, за которой обнаружилась огромная комната с двумя хрустальными люстрами и роялем. Из эркерного окна открывался вид на заснеженный сад на заднем дворе, наполненный январскими скелетами розовых кустов. – Здесь, в гостиной, мы учим танцам и проводим Церемонию Разжигания. Эта комната всегда на этом месте в дни разжигания.
На этом моменте экскурсии Эмма сообразила, что внутри здание намного больше, чем снаружи. Таким образом, комнаты перемещались, а иногда и вовсе исчезали. Заякоренные комнаты были похожи на шахматные фигуры, приклеенные к доске, в то время как остальные фигуры перемещались вокруг них, меняя своё местоположение всякий раз, когда им этого хотелось, – хотя директриса объяснила, что они обычно менялись местами ночью, когда пустовали или их обитатели спали.