Алиса Князева – Ненужная жена. Хозяйка кошачьего приюта (страница 45)

У меня много мыслей на тему гениальности этой идеи, но я оставляю их при себе.

— Так вы разрушили нашу семью, чтобы найти кристалл? Что это на самом деле?

— Осколок древней тьмы, — отвечает Лианор, и его лицо становится печальным.

— Простите за дерзость, Ваше Величество, но мне нужны подробности.

— У нас их пока нет, — снова встревает Тарос. — Но сейчас это не так важно. С камнем нужно что-то делать. Пока его сдерживает твой благоверный продолжая героически жертвовать собой, но, как по мне, пора заканчивать этот балаган. Если ты, конечно, перестала злиться и хочешь ещё немного над ним поиздеваться.

— Камень искажает всё, чего касается, — добавляет король. — Людей, животных, даже землю. Особенно тех, в ком течёт кровь драконов.

Кайндар снова рычит, на этот раз тише, с явным оттенком боли.

— Так почему он до сих пор существует? — спрашиваю я, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Почему его не уничтожили давным-давно?

Лианор и Тарос обмениваются взглядами, в которых читается что-то похожее на неловкость.

— Потому что мы не можем, — наконец отвечает Лианор. — Кристалл защищён древней магией, которая делает его неуязвимым для драконов. Мы думаем, что нашли лазейку.

Моё сердце ускоряет ритм — от надежды и от смутного предчувствия чего-то ужасного одновременно.

Тарос присаживается на упавшее дерево, его лицо необычно серьёзно:

— Если не вдаваться в подробности, то кристалл — почти то же, что и мы, драконы. В теории среагирует он так же, как и мы. Любой дракон скажет, что самое разрушительное для нас — избавление от метки истинности.

— Что? — вырывается у меня. Кайндар рядом угрожающе рычит.

— Ну-ну, не нужно так расстраиваться, — Тарос поднимает руки в примирительном жесте. — Я просто излагаю факты. Никто никого не заставляет. Но если бы вы довели свой развод до конца…

— Тарос, — предупреждающе произносит Лианор, и его советник мгновенно умолкает.

— То есть, если мы с Кайндаром окончательно разведёмся, кристалл разрушится? — говорю я, пытаясь осмыслить их предложение. — В теории.

— Ага, — щёлкает пальцами в мою сторону Тарос.

— Энергия, высвобождаемая при разрыве связи истинной пары, — объясняет Лианор, — одна из самых мощных сил в известной магии. Этой силы должно хватить, чтобы нейтрализовать защиту кристалла и уничтожить его.

Кайндар издаёт низкий, угрожающий рык, пристально глядя на короля драконов. Его послание понятно без слов — он категорически против.

Я чувствую, как внутри нарастает гнев. Теперь его и внушённое благоговение не сдержит.

— Вы понимаете, что просите меня умереть? Если разрушить метку, мой возраст вернётся к настоящему, — делаю глубокий вдох, стараясь говорить спокойно, хотя сердце колотится как безумное. — Единственное, что поддерживает моё тело молодым — это связь с Кайндаром, с его драконьей сущностью. Если вы разорвёте её… я состарюсь за секунды. Превращусь в пыль.

Тарос кашляет:

— Ну, если смотреть на это с позитивной стороны, вы избавите мир от ужасной угрозы. Героическая смерть, песни, легенды… Нет? — он замолкает под тяжёлым взглядом Лианора.

Кайндар поднимается во весь свой огромный рост, расправляя крылья в защитном жесте надо мной. Его рычание перерастает в оглушительный рёв, несущий недвусмысленное послание — он скорее умрёт сам, чем позволит мне пожертвовать собой.

Я прикасаюсь к его чешуйчатой лапе, чувствуя, как под твёрдой поверхностью пульсирует тепло. Несмотря на чудовищную форму, это всё ещё мой Кайндар — гордый, упрямый, готовый защищать тех, кого любит, до последнего вздоха.

— Должен быть другой способ, — говорю я, глядя прямо в глаза королю.

Глава 55

Кайндар Аротас

Тьма… она окутывает всё. Моё тело, разум, мысли. Она цепляется за каждую чешуйку, проникает под кожу, шепчет в уши голосами, которых не существует. Я дракон — огромный, мощный, но загнанный в ловушку внутри собственного сознания.

Я вижу их всех, словно сквозь мутное стекло. Лианор, сияющий неестественным светом, который заставляет тьму внутри меня отступать и корчиться. Тарос с его вечной усмешкой, скрывающей острый как бритва, ум. И Мариан… моя Мариан, с лицом, исказившимся от гнева и решимости.

Их голоса доходят до меня волнами — то отчётливые, то размытые, словно разговор через толщу воды. Я пытаюсь сосредоточиться, преодолеть пелену, затуманивающую рассудок. Каждая секунда ясности — битва, которую мне приходится выигрывать снова и снова.

— Нет, — голос Мариан звенит от напряжения. — Категорически нет. Я не собираюсь умирать ради того, чтобы исправить чьи-то древние ошибки.

Пытаюсь издать звук одобрения, но из пасти вырывается лишь глухой рык. Драконье тело реагирует не так, как хотелось бы. Движения неуклюжие, словно я пьян, но мне нужно защитить её. Моя Мариан не будет жертвой.

— Леди Мариан, я понимаю вас, но речь идёт о благе всего королевства, — говорит Лианор с этой его идеальной интонацией, которая всегда действовала мне на нервы. — Иногда…

— Ой, давайте без пафоса, — перебивает Тарос, и я испытываю мимолётную благодарность к нему. — Если бы речь шла о моей жизни, я бы тоже не торопился на плаху. Стоит признать, мы выбрали самый простой вариант, не особо утруждаясь поиском альтернатив. К тому же это лишь теория, а запасной пары, которая, потенциально готова разорвать истинную связь у нас нет.

Я пытаюсь кивнуть, но драконий череп кажется таким тяжёлым, что движение получается неуклюжим. Да, Тарос прав. Я знаю это. Кристалл появился здесь давно и сейчас вряд ли получится установить, кто именно его сюда поместил.

Теперь, когда мы подобрались к финальной точке, я одновременно радуюсь, что оказался в теле дракона и не могу ничего ей объяснить, и жалею, что не могу говорить.

Впрочем, ей бы всё равно не понравилось то, что я хочу сказать.

Лианор солгал, когда упомянул, что мне давали выбор. Не было никакого выбора.

Мы случайно узнали, что существует нечто скрытое и накапливающее силы. Неясно, как давно его поместили туда и кто. Сейчас найти следы этого человека уже невозможно.

Но мы понимали, что кто-то должен был присматривать за источником силы. Тарос отследил связь с семьёй Серайз и, собственно, так стало очевидно, кто будет выполнять работу.

Сразу нарисовалось завещание, которого свихнувшаяся под конец жизни леди Серайз даже не подумала. Сомневаюсь, что она вообще помнила о существовании Мариан, но как это было удобно для нас… Никто не станет оспаривать документ с королевской печатью.

И единственная из всей достаточно ветвистой семьи Серайз, кому можно было доверять — Мариан. Просто потому, что она не настоящая Мариан, а попаданка, оказавшаяся в этом мире много лет назад.

В итоге это всё же сработало. Элейра сделала ход, не заподозрив, что всё это может быть ловушкой. Она собиралась сама перебраться в поместье и закончить подготовку к атаке на столицу, но мы помешали.

Хороший план, но слишком уж высокая цена. Мариан не должна платить ничего сверху. Но как же это обеспечить?

— Вы лжёте, — внезапно произносит Мариан. — Или, по крайней мере, не договариваете. Это не было добровольным решением, не так ли? Вы вынудили Кайндара взять на себя ответственность за кристалл.

Лианор выглядит удивлённым, но быстро восстанавливает королевское самообладание:

— Это было… сложное решение, принятое в интересах многих.

— В интересах всех, кроме Кайндара, — резко отвечает Мариан. — И теперь вы предлагаете мне пожертвовать своей жизнью, чтобы исправить ситуацию? После всего, через что прошла наша семья?

Эти слова пронзают меня, пробиваясь сквозь пелену тьмы. Несмотря на развод, несмотря на всё, что я наговорил ей, она всё ещё считает нас семьёй. Даже сейчас, когда я чудовище, едва способное контролировать себя.

— Вы сказали, что разрыв связи истинной пары высвобождает огромную энергию, — медленно произносит она. — Как именно это работает? Что именно производит эту энергию?

Лианор смотрит на неё с любопытством:

— Связь истинной пары создаёт своего рода… энергетическую сетку между душами. Когда она разрушается, высвобождается энергия.

— И чем больше существ вовлечено в связь, тем больше энергии? — спрашивает Мариан.

Лианор хмурится:

— Теоретически да, но истинная пара всегда состоит из двух существ. Это в самой природе связи — двое, чьи души резонируют друг с другом на фундаментальном уровне.

Мариан вдруг улыбается — улыбкой, которую я так хорошо знаю. Она что-то придумала.

— А что, если я скажу вам, что связана не только с Кайндаром? — говорит она. — У меня есть связь и с другими существами. Со мной связаны две кошки.

— Это… необычно, — осторожно произносит Лианор. — Кошки редко связывают души с людьми, а сразу две… Вы хотите пожертвовать одной из них?

— Разорвать связь с ними будет гораздо менее болезненно, чем с Кайндаром, — задумывается Лианор. — Они любимые питомцы, но не больше. Связь между нами не так глубока. Но я сомневаюсь, что этого хватит.

Энтузиазм, вспыхнувший на лице Мариан, угасает болезненно быстро. Я буквально чувствую её разочарование, больно обжигающее хрупкие лепестки надежды. К счастью, я проторчал рядом с камнем достаточно долго, чтобы понять ещё кое-что.

Поморщившись, я начинаю царапать землю. Это больше похоже на каракули ребёнка, драконьи когти не созданы для письма, но я должен попытаться.