Алиса Князева – Ненужная жена. Хозяйка кошачьего приюта (страница 36)

Собрав последние силы, я выпускаю ещё одну волну пламени, превращая крысиные трупы в пепел. Огонь очищает пещеру, уничтожая последние следы тёмной энергии. Когда пламя стихает, я обессиленно опускаюсь на колени. Использование столь мощной магии в человеческой форме забрало почти все мои силы. Перед глазами плывут чёрные точки, дыхание сбивается.

— Лорд Аротас! — Эран подхватывает меня под руку. — Вам нужен отдых!

— Нет времени, — выдавливаю я, с трудом поднимаясь на ноги. — Кристалл запечатан, но это временная мера. Его сила… она ищет выход.

Я смотрю на древний артефакт, теперь окружённый слабым мерцающим барьером моей магии. Даже сквозь эту защиту я чувствую его пульсацию, медленную, но неумолимую. Кристалл словно сердце какого-то древнего существа, и оно не хочет умирать.

— Что же делать? — Эран озадаченно смотрит на кристалл. — Его нельзя оставлять здесь, но и уничтожить мы не можем.

— Я должен поговорить с Мариан, — решительно произношу я. — Она должна знать, во что ввязалась. Туннель же ещё цел? Покажи.

— Лорд…

— Покажи! — рыкаю я.

У меня нет времени и сил на болтовню. Мне сейчас необходимо её тепло. Её свет.

Мариан нужна мне. Пусть злится, но чтобы сдержать это, мне нужно, чтобы она избавила меня от тьмы.

Эран вздыхает и ведёт меня в темноту пещеры. Успеваю возненавидеть половину мира из-за этой прогулки, но держу себя в руках.

Это не я. Это порочный откат. Я делаю шаг в сторону дома и внезапно натыкаюсь на невидимую преграду. Боль пронзает тело, словно тысячи иголок впиваются в кожу одновременно. Я отшатываюсь, хватая ртом воздух.

— Что за… Какой идиот поставил здесь барьер⁈

— Простите, лорд, — Эран отводит глаза. — Это я.

— Так сними его! Мне нужно к моей жене! Или я слягу прямо здесь и не сможешь ты меня подвинуть!

— Я… не могу, — качает головой Эран. — Сами понимаете.

Глава 44

Солнце клонится к закату, окрашивая небо над поместьем в кровавые оттенки. Я методично работаю метлой, собирая мёртвых крыс в одну большую, отвратительную кучу посреди двора. Позже придётся их сжечь — иначе запах привлечёт падальщиков. Спина ноет от однообразных движений, а ладони покрылись мозолями, но я продолжаю, стиснув зубы. Каждый взмах метлы — это маленькая победа над хаосом, который пытался захватить мой дом.

Кошки расположились на крыльце полукругом — девять молчаливых стражей, наблюдающих за мной с тем особенным выражением, которое бывает только у кошек: смесь снисходительности и задумчивости. Я уже не удивляюсь их поведению.

— Могли бы и помочь, а не просто смотреть, — бормочу я, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони.

Лев, самый крупный из них, моргает в ответ, и мне кажется, что в его взгляде мелькает что-то похожее на усмешку. Я почти слышу его ответ: «Мы уже сделали свою часть работы, человек».

Внезапно кошки одновременно поворачивают головы к лесу, их уши напряжённо вытягиваются вперёд. Замираю, крепче сжимая метлу — единственное оружие, которое у меня есть под рукой. Неужели крысы возвращаются?

Но из-за деревьев появляется не армия грызунов, а одинокая человеческая фигура. Высокий мужчина движется к дому неторопливой, почти ленивой походкой. Даже на расстоянии я узнаю эту осанку, разворот плеч, гордый наклон головы.

Кайндар.

Сердце предательски сжимается в груди. Я ненавижу эту реакцию, ненавижу то, что даже после всего, что произошло между нами, тело помнит его и отзывается на его присутствие.

— Спокойно, Мариан, — шепчу сама себе. — Он просто человек. Бывший муж. Ничего особенного.

Но мы обе знаем, что это ложь. Кайндар Аротас никогда не был «просто человеком».

Он останавливается на краю двора, достаточно близко, чтобы я могла разглядеть его лицо, но не переступая невидимую границу. Выглядит он… странно. Обычно безукоризненная одежда помята и местами обожжена, волосы растрёпаны, а на лице странное выражение — напряжённое и одновременно апатичное.

— Мариан, — его голос, глубокий и бархатистый, разносится по двору. — Подойди сюда.

Не просьба — приказ. Типично для Кайндара. Я выпрямляюсь, опираясь на метлу, и спокойно отвечаю:

— Здравствуй. Я занята, как видишь.

Его глаза сужаются:

— Нам нужно поговорить. Подойди.

— Мы можем поговорить отсюда. Я прекрасно тебя слышу.

Тень раздражения пробегает по его лицу:

— Прекрати эти глупые игры, Мариан. Я потратил значительное количество магии, чтобы защитить твой дом и тебя. Теперь мне нужна помощь.

Я оглядываюсь по сторонам:

— А где Эран? Он был с тобой, верно?

— Он остался в пещере, наблюдает за кристаллом, — нетерпеливо отвечает Кайндар. — Это не важно сейчас.

Беспокойство холодной волной прокатывается по спине. Что-то не так. Кайндар, которого я знаю, не оставил бы своего мага одного в потенциально опасном месте. И он никогда не выглядел таким… неухоженным.

— Что случилось с кристаллом? — спрашиваю я, делая шаг назад, ближе к крыльцу.

— Я запечатал его, — он сокращает дистанцию. — Временно. Но использование такой сильной магии имеет свои последствия, Мариан. Я накопил слишком много тёмной энергии. Мне нужно от неё избавиться.

— И чем я могу помочь? — осторожно интересуюсь я, хотя уже догадываюсь об ответе.

Его губы изгибаются в улыбке, которая не затрагивает глаз:

— Ты прекрасно знаешь. Есть только один способ быстро восстановить силы и избавиться от негативной энергии.

Я чувствую, как краска приливает к щекам. Конечно, я знаю. За годы брака с Кайндаром я хорошо изучила особенности его природы. Он нуждается в постоянном обмене энергией, и самый эффективный способ — близость с тем, к кому он испытывает сильные чувства.

— Нет, — твёрдо говорю я. — Найди кого-то другого.

— Не будь эгоисткой, — в его голосе появляются стальные нотки. — Я истощил себя, защищая поместье. В твоих же интересах помочь мне.

Внутри меня разгорается конфликт.

Часть меня — та слабая, зависимая часть, которую я так старательно пыталась похоронить после развода — жаждет подойти к нему, прикоснуться, почувствовать его руки на своей коже. Вспомнить, каково это — быть с ним.

Но другая часть — гордая, независимая, которая поклялась никогда больше не позволять ему манипулировать собой — кричит об опасности.

— Наша связь разорвана, — напоминаю я. — Мы развелись, помнишь?

— Документы ничего не значат, — он делает ещё один шаг вперёд, и я замечаю, как его глаза на мгновение вспыхивают нечеловеческим, золотистым светом. — Связь между нами исчезнет только после смерти одного из нас. И, учитывая обстоятельства, если это буду я, то ты тоже умрёшь.

Я ненавижу то, что он прав. Даже сейчас, после всей боли, которую он причинил, часть меня тянется к нему.

Тело помнит его прикосновения, его запах, его силу.

Но разум помнит другое.

— Прости, Кайндар, — говорю я, делая ещё один шаг назад. — Я не могу.

Его лицо искажается, и на мгновение я вижу проблеск истинной природы — монстр, готовый вырваться наружу:

— Ты всегда была упрямой. Даже когда это идёт вразрез с твоими же интересами.

Он меняет тактику, его голос становится мягче, бархатистее:

— Мариан, подумай разумно. Если я не избавлюсь от этой энергии, она будет накапливаться, искажать мою магию. Я могу потерять контроль. Разве ты хочешь этого? Всего один поцелуй, прикосновение — и я снова смогу защищать тебя.

Соблазн в его словах почти осязаем. Он умеет убеждать, всегда умел. Но теперь я замечаю то, чего не видела раньше: лёгкое нетерпение в его жестах, раздражение, проскальзывающее сквозь маску обаяния. Что-то не так.

— Если ты действительно хочешь помочь мне, — продолжаю я осторожно, — расскажи больше о кристалле. Что это за артефакт? Почему он здесь?

— К демонам! — внезапно рявкает он, и маска окончательно спадает. — Мне надоели эти игры, Мариан! Подойди сюда немедленно!

Его глаза полностью меняются, зрачки вытягиваются, а радужка неестественно темнеет. По коже пробегают почти незаметные чешуйки, а воздух вокруг него начинает дрожать от жара.