Алиса Кей – До Саввата. Остаться в Морбурге (страница 10)

— Да, его место в больнице, — спокойствие давалось Тому не легко: сейчас Хёрт пристрелит их обоих и дело с концом.

— Пусть идут в больницу, — подал голос Мюллер.

Его реплика сопровождалась одобрительным комментариями, поэтому Хёрт сплюнул на землю и опустил ружьё.

— Идём, — скомандовал Том механику, и они направились в сторону больницы.

Том так и не прочитал объявление, старательно напечатанное Фишером на его машинке. Но надежды на то, что чрезвычайное положение отменят в ближайшие дни, рушились на глазах.

Доктор Шульц принял пациента с энтузиазмом. Оказалось, он ещё на собрании просил у коменданта разрешения отправиться в Бад-Ордруф, чтобы осмотреть заболевших и составить своё мнение о заболевании. Однако, комендант рассудил, что не может отпустить доктора. С тех пор Шульц ждал своего «первого пациента».

Доктор увёл механика в кабинет, а Том остался в коридоре: кто его знает этого механика? Может он и не болен. А может выкинет какой-нибудь пируэт.

Вскоре в больнице появился и комендант Греф, которому доложили о случившемся у стены:

— Томас, спасибо тебе.

— Пожалуйста, — пожал плечами Том, вспоминая что за правое дело Хёрт его чуть не прикончил.

— Шульц ещё осматривает?

Том кивнул.

— Подождём, — согласился Греф и присел рядом с Томом.

Как только доктор освободился, он сам вышел к коменданту и заявил:

— Что ж, могу вас порадовать, по моему мнению это не чума.

— А что? — не выдержал флегматичности доктора комендант.

— Не думаю, что нарушу профессиональную этику, если… — доктор не договорил.

— К чёрту этику, — рявкнул Греф, но тут же принял спокойный вид, — у нас тут эпидемия, а Вы не хотите сказать отчего.

— Картина весьма походит на корь. Но мне нужно будет взять анализы и провести некоторые исследования, — без тени смущения продолжил доктор.

— Хорошо, — отметил Греф. — Корь заразная болезнь?

— Очень, — вздохнул доктор. — Но есть одно смягчающее обстоятельство: большинство из нас вакцинированы от кори. Тем не менее, пока у меня нет подтверждения, я настаиваю на продолжении ношения масок и продлении чрезвычайного положения.

— Та-ак, — портянул Греф. — Ну, а лечение? Вы умеете лечить корь?

— А что тут уметь, — усмехнулся Шульц. — От кори нет специфического лекарства. Будем давать поддерживающую терапию. Единственное, о чём я бы попросил: наш пациент живёт с двумя братьями, надо их понаблюдать. Пусть придут сюда. Поселим их в наш изолятор.

— Томас, раз уж ты здесь, — обратился комендант, — Будь добр, сходи за братьями. В счёт заведения, разумеется. Кстати, — обратился Греф уже к доктору, — как там в изоляторе наши бродяги?

— Похоже, из них никто не заболел, — развёл руками Шульц.

Что бы там не происходило, в одном Шульц был прав: пока диагноз не подтвердится следует соблюдать меры предосторожности. Поэтому следующие пять дней Том и Стеф сидели по своим комнатам. Стеф сообщил, что у него полно школьных заданий, но Том подозревал, что брат читает вовсе не учебники. Сам Том с прилежанием достойным подражания мастерил патроны. Это кропотливое занятие снимало стресс. Окончательно затосковав и решив немного размяться, он отложил гильзы в сторону и вышел на ступеньки черного хода.

В окне соседнего дома Том заметил Дженнифер. Женщина помахала ему, показывая, что тоже его видит. Через минуту она появилась на крыльце, завёрнутая в плед.

— Хорошей погоды и след простыл, Джен?

— И не говори, — поежилась соседка. — Том, я видела, как сегодня шла к больнице многодетная семья. Думаешь, эпидемия всё-таки будет?

— Сложно сказать, — поморщился Том, — мы же не знаем, зачем они пошли в больницу. Мало ли, что с детьми может случиться. И потом, если доктор Шульц прав, и это корь, то дети родившиеся после Хаоса как раз под ударом. В отличие от взрослых.

— Да, дети у них маленькие… — задумчиво произнесла Дженнифер.

Её мысли были прерваны криками: «Живей-живей». По улице с клёнами бежали караульные.

— Что ещё стряслось? — подняла глаза к небу Дженнифер.

— Пойду посмотрю, — Том скрылся в доме. На этот раз, припоминая выходку Хёрта, он решил прихватить с собой ружьё.

Новый конфликт разгорелся возле больницы. Точнее возле изолятора. Бродяги, которых приютили в городе, требовали теперь, чтобы их немедленно выпустили. Причиной резкой перемены их настроений стал тот факт, что подселенные к ним в здание братья механика заболели. А тут еще появились наверняка заразные дети, из той семьи, что пришла сегодня.

— Мы добрались до сюда здоровыми не чтобы подыхать! — бродяги сыпали проклятиями. — Если собираетесь держать нас с зараженными, дайте лучше нам убраться из вашего злосчастного города!

На больничном дворе показался Шульц. Он подозвал Старшего караульного и отдал команду:

— Никого не выпускать.

Караульные перегородили дорогу, но бродяги продолжали напирать:

— Лучше уж умереть от пули, чем от чумы!

Тогда доктор Шульц обратился к постояльцам изолятора:

— Послушайте, уважаемые. Предположение о чуме не подтвердилось, — эта новость заставила бродяг остановиться. — Мы имеем дело с неустановленной пока болезнью, — продолжил Шульц. — Поэтому до окончательной постановки диагноза никто карантинную зону не покинет. Но, чтобы всем было спокойнее, мы с доктором Шнайдером организуем инфекционные боксы. В них вы будете отделены от других изолированных. Вам ничего не будет угрожать. Я прошу вас вернуться в здание и не провоцировать больше беспорядки. Уж поверьте, жить при больнице гораздо лучше, чем обнаружить у себя нарывы в чистом поле.

Бродяги посовещались и нехотя отошли назад. Том не понял, что повлияло на них больше: увещевание доктора или направленные ружья.

— Как тут, Майер? — сзади подошёл помощник коменданта Фишер.

— Вроде всё обошлось, — Старший караульный отделился от остальных. — Но Шульц ужасно зол.

И в правду, на лице приближавшегося к Фишеру Шульца читалось раздражение.

— Доктор Шульц, чем мы можем Вам помочь? Поставим охрану у больницы? — первым заговорил Фишер.

— Фишер, наконец-то Вы появились, — отозвался доктор. — С охраной это как Вам будет угодно. Меня гораздо больше волнует само заболевание. Передайте, пожалуйста, коменданту, что мои лабораторные исследования не подтвердили догадку о кори. Назначенное пациенту лечение не дает желаемого результата. Мы снова вернулись в изначальную точку.

— Как себя чувствует пациент? — поинтересовался Фишер.

— Хотите посмотреть? — вопрос доктора Шульца был скорее провокационным, но Фишер этого не понял.

— Пойдемте посмотрим, — принял приглашение он.

Фишер с доктором удалились. Майер остался ждать дальнейших распоряжений. Только тогда Том заметил, что на шум сбежалось много горожан, ставших свидетелями разговора доктора Шульца с бродягами. Том прислушался.

— Вы видели, Шульц не знает, что это за зараза!

— Больше знаний Шульца меня волнует, как болезнь попала в город, если отсюда больше двух недель никто не выходил?

— Может её стены не останавливают?

— Это как?

— Ну, как радиация…

— Вот и я говорю — невидимая.

— Это Земля от нас избавляется, всё помереть должны. Кого Хаос не стёр, того болячки сожрут.

— Да перестаньте ж, вы!

— Что делать-то, люди?

Когда Фишер вышел из больницы толпа недовольно гудела.

— Фишер, что будет делать администрация? — выкрикнул кто-то.

— Мы всех оповестим, — кинул помощник коменданта, продираясь сквозь собравшихся. На нём лица не было. Неужели то, что он увидел в больнице так сильно его впечатлило?

Первым умер механик. Затем один из детей. Но в последующие две недели никто не заболел.