Алиса Хоуп – Чужая невеста, или Поцелуй Дракона (страница 38)

Менее ухоженная коляска со мной на твердом сидении катилась по выложенной круглым камнем дороге. Стихия продолжала проверять на прочность магическую защиту столицы и обрушивала сверху волну за волной. Ревела оглушительным гулом. Отступала, чтобы снова напасть. Я вздрагивала. Чувствовала себя ничтожеством, не идущим в сравнение с природным явлением, бушующим неподалеку. Вжимала голову в плечи, в то время как возничий ехал себе вперед.

Город наполовину вымер. Часто попадались жандармы. Я заметила, как снизился уровень воды между домами, и невольно подумала о драконе, проснувшемся на дне реки. Он стал тому причиной? Из-за его пробуждения взбунтовалась Дилейла?

Уняв панические мысли, я с трудом сдержалась, чтобы не поторопить возничего, и спустя непозволительно долгие минуты нашего пути побежала к дому Хранителя. Мне открыли сразу. Дворецкий словно ждал моего прихода и незамедлительно проводил в обеденный зал, где сидела бледная Ноэрия. Она встрепенулась, стоило войти, и зашагала навстречу.

— Ох, моя дорогая!

— Доброго дня. Что с ним? Простите, я ничего не знала. Все плохо?

Меня будто прорвало. Поток вопросов не останавливался. Я задавала один за другим, не в силах дождаться хоть одного ответа. А ведь следовало еще озвучить главный:

— Он поправится?

Женщина часто заморгала, сдерживая слезы и тем самым вызывая в моей груди щемящую боль. Она достала платок, прижала его к носу.

— Не томите, прошу.

Ноэрия взглянула на тихо подошедшую ко мне Фо-фо и всхлипнула. Я едва не села от внезапной слабости в ногах. Неужели недуг Хранителя настолько серьезен? С головы схлынула кровь. Руки сами сжали пальцы матушки Роуэна.

— Можно к нему? Пожалуйста, мне нужно его увидеть.

— Да-да, — закивала женщина.

Собака гавкнула. Я закусила губу, поражаясь ее преображению, ведь раньше Фо-фо всегда прыгала к моим ногам, виляла хвостом, высовывала язык, а теперь не смела лишний раз напомнить о себе. Словно выдерживала господствующий в доме траур.

Сердце сдавило. Воздух превратился в густой, с трудом покидал легкие. Ноги показались ватными, но понесли меня по лестнице, а затем по широкому коридору к Хранителю.

Я не хотела верить. До последнего отгоняла мысль, что с Хранителем приключилось несчастье. Он такой сильный, живой, полный энергии мужчина и не мог слечь в одночасье. Но потом увидела его.

Бледный. С обескровленными губами. Роуэн неподвижно лежал, накрытый одеялом, и не подавал признаков жизни, будто покинул этот мир, забыв попрощаться со мной.

Я покачнулась. Села на пустое кресло возле кровати. Потянулась к руке лорда, но не нашла в себе силы прикоснуться.

На глаза навернулись слезы. Я часто заморгала, не желая принимать происходящее, ощущая себя в крайней степени неуютно и чувствуя в груди сжимающиеся тиски отчаяния.

Он не мог так просто уйти. Это неправда!

— Госпожа, там… — негромко позвал дворецкий.

— Иду, — вздохнула Ноэрия и опустила ладонь мне на плечо. Сжала его. — Я скоро вернусь.

Дверь закрылась. Я осмотрела показавшуюся неестественно серой комнату, перевела взгляд на лицо Роуэна, не в силах принять очевидное. Кома! Каталина сказала, что у него кома. Значит, еще не все потеряно? Это не конец, лорд еще не покинул этот мир и глубоко в своем сознании еще борется, но не может найти выход. Ему сложно очнуться.

— Милорд, — позвала я и все же решилась, дотронулась до длинных пальцев.

Какие холодные!

— Лорд Моддан, — произнесла негромко и вздрогнула от грохота очередной волны, обрушившейся на город.

Получается, Свейн ничего ему не рассказал. Скорее всего, знал о недуге друга, но умолчал о нем, возможно, попросту не поверив моим словам. И потому сегодня появились волны.

А я… Хотела ведь рассказать все лично лорду, но переубедила себя. Почему не поддалась порыву? Должна была прислушаться к собственным чувствам и все же отправиться к Роуэну.

Получается, из-за меня появилась волна?

Закричать бы! Схватиться за голову и выплеснуть в мир весь пережитый ужас этого дня. Тянуло взорвать устоявшуюся в доме тишину, вцепиться в плечи лорда и трясти, пока не пробудится. Нельзя! Он не мог так просто погрузиться в кому и оставить целый город в беде, оставить меня…

— Милорд?.. Роуэн, прошу! — позвала отчаянно, до невозможности сжав его руку.

«Очнись, ну же!»

— Очнись, — повторила вслух.

Его ресницы затрепетали. Мужчина нахмурился, открыл глаза и встретился со мной взглядом. Целый миг длилось молчание. Миг, во время которого я забыла, как дышать, а сердце, это неугомонное сердце забилось быстрее. В голове поселилась пустота. По телу разлилось тепло, берущее начало от места нашего соприкосновения. А потом прозвучало тихое и очень нежное:

— Мой ангел!

Глава 24

«Мой ангел», — продолжало звучать теплое в голове, но холодело с каждым шагом Роуэна к Каталине, так невовремя ворвавшейся сюда.

Я ощущала себя зрителем дешевой комедии, в которую меня пригласили забавы ради. Вот Хранитель взял ладони девушки в свои. Поцеловал ее пальчики. В коридоре появилась Ноэрия со словами, что предложение сына не давало ей право врываться в этот дом, будто в свой.

Раздался лай. Потом матушка Роуэна увидела лорда, живого и почти здорового, и, пораженно открыв рот, потеряла сознание. Быстро сотворенное магом заклинание подхватило женщину. Она по воздуху поплыла мимо меня к кровати и медленно опустилась на смятое одеяло.

А потом была улыбка Каталины. Мерзкая до тошноты. Вроде бы не наигранная, обращенная к еще очень бледному после магической болезни мужчине, но не такая, которую дарят горячо возлюбленному человеку, только что вышедшему из комы.

— Я очень волновалась за вас, — даже голос ее прозвучало до приторности сладко.

Всхлипнув, «кузина» прильнула к лорду и уткнулась носом в его грудь. А тому ничего не оставалось, как пожалеть бедняжку вместо того, чтобы заняться матерью.

Меня передернуло от отвращения. Стало противно. Я отвернулась, не собираясь на них смотреть, и заметила виляющую хвостом Фо-фо. Наклонилась к пришедшей в сознание Ноэрии, сжала ее руку, безмолвно поддерживая в этот ошеломительный момент. Жив! Чего еще для матери нужно?

Роуэн пролежал пару дней в коме, очнулся. Вот, теперь невесту обнимал. Порадоваться бы за человека, но почему грустно-то так?

— Лорд Моддан, — позвала я, не желая оборачиваться на голубков.

И когда сойтись успели? Помнится, при перемещении сюда у Каталины не было жениха. Прошло не так уж много времени, чтобы влюбиться до гроба и созреть до полноценного желания нормального брака именно с ней. Значит, у них он ненормальный. По очередной договоренности, не иначе.

С такими немного успокаивающими мыслями я повернулась к Роуэну. Едва не скривилась, когда он поинтересовался, все ли с Каталиной в порядке.

Бабник! Ее он тоже ангелом называл?

Нет, а с другой стороны, хорош, чертяка! Заставил о себе думать, обещая лишь временную и ни к чему не обязывающую связь. Не лгал. Был честен по поводу своих намерений.

И все равно бабник!

Я выпрямилась, словно натянутая струна. Меня не должны заботить похождения и предпочтения этого мужчины. У нас изначально были разные пути, так чего сокрушаться и тратить нервные клетки понапрасну? Им и так несладко приходится, они родились, а уже нервные.

— С Дилейлой беда, — сказала под очередной грохот ударившейся о купол волны. — Понимаю, вам нужно время на восстановление…

— Простите, дорогая Виктория, — Роуэн отстранил от себя девушку и нежным движением, от которого мое сердце предательски заныло, заправил прядь светлых волос за ухо. — Дела не терпят. Подождите меня здесь, я скоро вернусь.

Не сразу удалось сбросить оцепенение. Я сжала кулаки, поспешила за удаляющимся мужчиной, едва сдержавшись, чтобы намеренно не задеть плечом Каталину. К чему эта агрессия? Мне Хранитель не нужен, пусть забирает со всеми потрохами. Потом нужно будет поздравить ее с хорошей партией, ведь лорд Моддан явно завидный жених, богатый, красивый, молодой… Но это потом, а то сейчас хотелось обратного.

— Милорд, — с трудом догнала я Роуэна, недоумевая, откуда у него взялись силы, — у меня для вас очень важная информация.

— Мы непременно поговорим, — кивнул он, быстро спускаясь по ступеням.

Подхватил протянутый дворецким плащ, выбежал на улицу.

— Это по поводу дракона! — крикнула в спину, выскочив следом.

Хранитель резко обернулся. Черные глаза болезненно выделялись из-за бледности кожи лица. На шее заметно пульсировала жилка. Глянув на разрастающуюся вдали волну, отвесной стеной подбирающейся к городу, мужчина сделал выбор в мою пользу.

— И что дракон? — спросил, приблизившись с нескрываемым нетерпением.

Сосредоточенный, хмурый, с непривычно тяжелым взглядом и недовольно поджатыми губами. Я часто заморгала, отчего-то растерявшись. Он источал силу, перед которой сложно устоять. Дерзкий, резкий, злой. Не такой, каким был пару минут назад с Каталиной.

— Проснулся, — прошептала.

— Та-а-ак, — на его скулах заиграли желваки. — Идем, по дороге расскажите все подробности.

Он взял меня за руку, потянул за собой. Кивнув вовремя подоспевшему конюху, внезапно обхватил меня за талию и поднял вверх перед выведенным конем. Я лишь взвизгнула. Оказалась на ездовом животном, в то время как Хранитель расположился сзади, вцепилась в поводья и вскоре проклинала тот час, когда подумала, что рассказать о драконе будет хорошей идеей.