Алиса Джукич – Адские тени (страница 60)

– Хватит! – грубо перебил поток моих обвинений Селье. – Насколько я помню, вы жаждали правды, Адель. Так вот, она не всегда бывает приятной, и если вы не готовы столкнуться с реальностью, а не с воздушными замками и вздорными россказнями тетки, мы можем поговорить позже. Когда ваша истеричная девичья натура принцесски уступит место теневому призраку.

Скотина!

Кровь вскипела, поджигая нервы, и я не смогла промолчать, выливая наболевшее в новые нападки.

– Вы ведь специально не оставили в папке сведений о моей силе, да? Знали, что я вскрою сейф, и подбросили кость, чтобы потом вывалить на голову гниющий труп скрываемых вами секретов?

Кайлан не ответил на провокацию. Все и так было очевидно. Протяжно выдохнув, я усмирила бурлящий в теле гнев, превращаясь в хладнокровного убийцу. На кону стояли моя жизнь и свобода, которые теперь напрямую зависели от единственного решения – смогу ли я принять все, что Кайлан Ле Селье собирался открыть.

– Приятно вернуться к деловому общению, принцесса, – отозвался он и наконец сдвинулся с места. Поглядывая на меня с недоверием, Кайлан медленно подошел к кожаному креслу напротив камина и сел, закинув ногу на ногу. – Прекратите обтирать стены, Адель, вам ничего не грозит, – пообещал Селье и приглашающе похлопал по спинке соседнего кресла. Потянувшись к невысокому столику, стоявшему рядом, он взял бутылку вина.

Блюда, поданные Мари на обеденный стол, мы оба игнорировали.

Поверив ему, я отлипла от стены и на ватных ногах двинулась к креслу. Если бы Кайлан планировал меня убить, давно бы это сделал, а не пытался поговорить. Так что можно было расслабиться и испить игристого напитка, который он откупоривал.

И когда я успела пристраститься к алкоголю? Ах да! Когда моя и без того тяжелая доля стала неподъемной, а жизнь полностью пошла под откос…

С хлопком вскрыв бутылку, Селье разлил алкоголь по двум бокалам на высокой ножке. А после, покопавшись в кармане брюк, извлек курительную трубку и, чиркнув спичкой, раскурил ее.

Он впустил в легкие дым и послушно подождал, когда я займу предложенное место. Задержав взгляд на его губах, я сглотнула удушающий ком. Всего пару часов назад эти уста целовали меня с такой страстью и надеждой, что казалось, Кайлан видел во мне нечто большее, чем еще один пункт в своем плане.

Как же я ошибалась!

Я села и, указав подбородком на длинноволосого мужчину на портрете, цветы от которого, вероятнее всего, уже завяли и засыпали пол в комнате борделя сизыми лепестками, спросила:

– Кто он?

Селье не стал уточнять, почему из всей четверки меня заинтересовал самый загадочный из мужчин, и, не томя, ответил:

– Аваддон. Мой старший брат.

– Повелитель Смерти? – переспросила я.

– Да, он самый.

Взгляд скользнул к запястьям моего преследователя, и я заметила, как их окольцовывает тьма.

Вскинув руку, я позволила теням проделать похожий трюк и посмотрела на Кайлана из-под ресниц. Он же, запрокинув голову, выдыхал дым в потолок, словно стараясь прогнать табаком напряжение.

– Мне кажется, у нас есть что-то общее, – подметила я и, поочередно сжав пальцы в кулак, развеяла тени, как ветер разгоняет дым.

– Определенно, – угрюмо согласился Кайлан и низко хохотнул, на секунду потеряв контроль над непроницаемой маской безразличия. – И в этом, сука, огромная проблема!

Что ж, он тоже отбросил аристократичное воспитание, выругавшись, и вновь затянулся трубкой.

Я озвучила первое, что пришло в голову, сопоставив вскрывшиеся факты.

– Аваддон – мой отец? – в надломленный голос просочилась истерическая нотка.

Я всегда знала, что моя родословная так или иначе запятнана его кровью, но оказаться дочерью Властителя Смерти… Меня передернуло. Но Кайлан не позволил додумать, прервав негодование.

– Не говорите ерунды, Адель. Если бы ваши королевские библиотекари лучше изучали исторические писания, то вы бы знали, что демоны высших рангов бесплодны.

– Тогда кто? – я понадеялась, что Селье известно о мужчине, являвшимся моим отцом, ведь Елена скрывала даже его имя.

Кайлан опустил голову и застучал пальцем по подлокотнику кресла.

– Без понятия, – отвел он, и я поникла. – Я действительно не знаю, кто возлег с вашей матерью, но вот магия теней зародилась в вас из крови моего брата.

Я непонимающе свела брови к переносице и села вполоборота. Рука сама потянулась к бокалу вина, чтобы запить клокочущее в теле чувство тревоги перед следующей частью правды.

Поболтав вино, я принюхалась к алой жидкости. Селье пододвинул ко мне вазу с фруктами и продолжил:

– Чтобы во всем разобраться, нам придется вернуться к тому дню, когда Люцифер послал нас с братьями отвоевать земли в мире людей и воссоздать там новое чистилище. Место, где души грешников навсегда погрязнут в межмирье и станут подпитывать ад большими страданиями, так сказать, выводя грешников на новый уровень мук. Вечная клетка и неопределенность в сочетании с мучительным ожиданием расплаты – что может быть хуже?

Я вздрогнула, но перебивать не стала, вместо этого залпом опрокинула в себя половину бокала и поморщилась, опалив противной терпкостью язык.

– Впервые мы вступили на земли Абракса двести лет назад, когда правил ваш дед, король Ульем Грей, а Люцифер, накопив за столетия огромную силу, смог сломить границу миров.

– Прадед, – поправила я. Хотя меня всегда немного пугал тот факт, что, в отличие от дальнего предка, я никогда не встречала упоминаний про дедушку и бабушку, будто Елена и моя мать росли без родителей.

– Прошу вас не перебивать, паучок. И вы сами все поймете.

Замолчав, я вновь пригубила вино, показывая, что впредь буду держать рот на замке.

– Так вот… – Кайлан немного прикрыл веки, и тени от его ресниц заиграли на высоких скулах. – Ульем оказался не так прост, как думал Люцифер, решивший, что демоны сломят человечество за несколько дней, так как превосходили людскую армию во всем: в численности, в навыках, в оружии и, конечно же, в магии. Однако Абракс издавна охраняла святыня архангелов, о которой мой отец даже помыслить не мог. Много веков назад криворукий Михаил обронил над горой Люмион Грааль. Предки королевской семьи Грей нашли кубок, который превращал кровь в священный металл и даровал своему владельцу силу просвещения. Из крови Ульема выточили колья и окружили ими город, закрепив молитвами, которые изрек ваш дед, создав непреодолимый для демонов барьер. Столица Абракса стала нерушимой крепостью, и даже мы с братьями, чья магия – воплощение древних грехов, не смогли пробить оборону. Люди, чтобы спастись, объединили королевства, собравшись в защищенном городе, и выставили все свои силы против общего врага. Война затянулась на десятилетия. У короля Ульема подросли две прекрасные дочери – великолепный трофей, которые мы могли использовать как разменную монету в битве.

Селье выпустил клубы дыма через ноздри. Его сквозной взгляд устремился в стену, словно он заново просматривал прошлую жизнь, а я судорожно пыталась вспомнить хоть одно упоминание библиотекарей о святыне, защищавшей Абракс во время войны. Но на ум ничего не приходило.

Странно? Еще бы!

– Чтобы победить и выполнить приказ Люцифера, нашей новой целью стали принцессы – наивные девушки, которых было проще выманить из выстроенной обороны, чтобы сломить Абракс. Азазель всегда был слишком сентиментален для Принца Ада, и поэтому именно ему выпала честь втереться в доверие к младшей дочери короля, – кадык Кайлана заметно дрогнул. – Ваша мама росла мечтательницей и любила гулять возле границы барьера, грезя о странствиях, а это определенно играло нам на руку. Аз воспользовался ее слабостью. Долгое время брат обхаживал Софию и осторожно заманивал в свои сети. Поначалу они просто болтали, затем он начал дарить подарки, передавая редкие драгоценности и книги через барьер. Всем известно, что запретный плод сладок, так что спустя некоторое время они прикипели друг к другу. Азазель даже подумывал изменить план по совращению девушки, пока наш старший брат не напомнил ему про захват земель…

Я не могла дальше слушать этот абсурд и нарушила обещание сидеть молча:

– Это какой-то бред! Моя мама умерла от неизвестной болезни семнадцать лет назад. А ваш рассказ датируется столетиями, Кай… – я осеклась, не зная, как теперь к нему обращаться. – Асмод…

– Нет! – вдруг рявкнул он и настойчиво потребовал: – Не называйте меня так и научитесь не перебивать, Адель. Это поможет нам обоим.

– Простите, – еле слышно промямлила я, испугавшись, что Селье прекратит изливать душу. Вернув бокал на стол, я сложила руки на коленях, ожидая продолжения.

– Мы хотели обменять Софию на Грааль, чтобы лишить людей главного оружия, способного сдерживать нашу силу. Заполучив святыню, наше полчище победило бы в войне. Только мы не учли сразу двух неожиданных факторов, которые в итоге стали решающими в битве.

Кайлан задумчиво покачал ногой и снова затянулся. Резко выдохнув, он окутал меня сладким дымом, от едкого запаха табака защипало в носу. Заметив мое недовольство, Селье отвернулся обратно к портеру и отложил трубку на стол.

– Азазель безвозвратно влюбился в Софию. – Взгляд Кайлана сочувственно скользнул по запечатленному на картине лицу зеленоглазого брата, – ваша мама была прекрасна. Вы с ней во многом похожи, Адель. Я узнал вас, как только увидел в борделе, именно по одинаковым с матерью чертам. Густые темные волосы и вздернутый носик – фамильная черта королевской семьи Грей, которая, увы, не досталась Елене.