Алиса Чернышова – Моё пушистое величество, или Новый Год для Властелина (страница 4)
— Хорошо, — вздохнул я. — Уговорил. Боюсь. Теперь ты оставишь меня в покое?
Старик задумчиво постучал посохом по земле.
— Оставить в покое, ты говоришь… Тебе настолько уютно в моём лесу?
Я пожал плечами.
— Этот лес прекрасен, — легко признал я. — Хотя не думаю, что он принадлежит тебе.
Старик слегка улыбнулся.
— Это Вечный Лес, мальчик. Когда я говорю, что он мой, и когда я говорю, что я — его, это не имеет никакого отношения к принадлежности.
Я вздохнул.
Ну да, как же…
— Дай угадаю: потому что никто не владеет ничем, — зевнул я.
— И это тоже правда.
Вот ведь…
— Слушай, дедуль, не подумай, я с уважением отношусь к так называемым “традициям высших нитей”. Но честно, их постулаты, хоть красиво звучат на бумаге, на практике не очень-то применимы. Ну знаешь, с реальными людьми. Таков уж этот мир, что в нём все сражаются за ресурсы. Глупо это отрицать.
— Иных крендельками не корми, дай только посражаться за всякие глупости. Но знаешь, ни в одном из миров оси нет ресурса, который ты мог бы взять в некоторые путешествия… Особенно сюда. На самом деле, никакие земные богатства ты не можешь прихватить сюда.
Я удивлённо моргнул.
Это всё ещё был тот самый сумасшедший старик. Но что-то в его тоне, в весе взгляда этих старо-юных, не имеющих определённого цвета, то ли звериных, то ли человеческих глаз, в мерцании зелёных огней меж деревьями, в тумане, струящемся средь пихтовых стволов, в звоне водопада…
Я потянулся к магии. Она отозвалась, но в совершенно ограниченном модусе. Я попытался определить своё местоположение и как далеко я от своего дворца…
И конечно, тут же стало понятно, что дело труба.
Потому что я был не просто в другом мире, но даже…
— Дошло, наконец, — вздохнул де…
Хм.
Тёмный Жнец? Или аватар Владыки Лесов?
— Последнее, — безмятежно улыбнулся он. — Впрочем, ты можешь называть меня сумасшедшим дедушкой, если уж начал. В конечном итоге, меня часто называют “дедушкой” многие из моих любимцев.
Твою мать.
Вот это я, конечно, попал.
Если выживу, убью княгиню…
Но вряд ли выживу, конечно.
С другой стороны, этот лес — не худшее место. Я всегда предполагал, что паду в бою. Но здесь… мне даже не слишком хочется драться.
Да и я не глуп, ладно?.. Ладно, не
Я знаю, кто сидит рядом со мной на корне. И прекрасно понимаю, что драться с ним бессмысленно. Однако… Я буду не я, если не потрепыхаюсь. Что я мог бы…
— О, вот только не надо начинать торг, — сказало божество. — Нет ничего, что ты мог бы мне предложить. Не в этих обстоятельствах. Однако… Отужинай-ка со мной.
Я мысленно прикинул возможные ответы.
По-хорошему, есть что-либо в подобном мире, если верить мифам, не самая лучшая из идей. С другой стороны, отказаться разделить трапезу с межмировым божеством — идиотизм. И, если уж на то пошло, ужасное оскорбление и неуважение…
Мой собеседник усмехнулся.
— Меня не так просто оскорбить, — сказал он спокойно. — По моему опыту, те, кто слишком быстро оскорбляются, слишком сильно сомневаются в том, кто они такие. Однако, еда не причинит тебе вреда. У тебя есть моё слово.
И что мне, спрашивается, ещё оставалось?
Мы устроились рядышком в корнях, выпили эля из деревянных чаш. Еда, предложенная божеством, была очень простой: хлеб, лук, лесные ягоды и вяленое мясо. Обычный набор охотника или путешественника. Но, на удивление, это было безумно вкусно…
Или не на удивление.
В конечном итоге, я никогда не был большим фанатом модной кухни. Понятно, что статус обязывает, и прилюдно у меня на столе всегда гора всякой роскошной еды от лучших поваров, с самых дальних краёв моих царств… Имидж потому что.
Сидишь пафосно, придворных слушаешь, взгляды ловишь, количество ядов оцениваешь… Понятно, что я давно к этому привык. Это попервах, когда ещё ребёнком был, ненавидел этот вечный огромный длинный стол, за которым я сидел в одиночестве и чувствовал себя очень маленьким…
Теперь я, прямо сказать, парень большой. Как минимум везде, где надо.
Стол, с другой стороны, всё ещё ненавижу, хотя и регулярно завтракаю там с жёнами.
Жёнам нравится — и модная жратва, и длинный стол, и цветы, и слуги. Мне приятно, что им нравится; они мои жёны, в конце концов. Я дарю им дворцы, и драгоценности, и всё другое, что они могут хотеть от брака с Владыкой.
Это честный обмен.
О том, как я ненавижу огромный стол, знают только первая и четвёртая жёны. Знала ещё девятая, когда ещё была моей женой, но... Не важно.
Не хочу об этом думать прямо сейчас.
Первая, Мейлин, втайне (то есть, она думает, что я не замечаю) создаёт мне возможности почаще выбираться из дворца. Четвёртая, Канни, просто таскает мне уличной жратвы каждый раз, когда сама выбирается в город.
Я обожаю уличную еду. Например, те пироги в таверне на окраине…
Я моргнул.
Божество, что протянуло мне тарелку с пирогами, чуть насмешливо приподняло бровь.
Ну да, логично.
— Что вы собираетесь сделать со мной? — спросил я.
Старик хмыкнул.
— Видишь, тут вот какое дело… Та игрушка, счастливым владельцем которой ты стал, была моим подарком одному старому храму в глубине леса. Туда приходили лесные духи и волшебные звери, желающие заполучить человеческий облик. Этот амулет помогал им пройти путь и помогал обрести форму и разум… Потом пришёл очередной владыка вроде тебя, решил, что он хочет всё завоевать, и все звери в том храме были сожжены. И тогда я решил сделать своим детям небольшой подарок. Теперь, когда очередной повелитель ничего считает себя выше других, любой, кто понимает свойства амулета, может преподнести его владыке, тем самым призвав его на суд. В мир, куда не возьмёшь никаких богатств. Со мной в качестве судьи.
Ну охренеть теперь.
То есть, какой-то умалишённый взял и сжёг целый храм с уникальными волшебными зверьми и редкими артефактами (Зачем?! Я всё понимаю про политическую необходимость, но неужели, мать его, не было никакого другого способа уладить проблему? Что ему те звери сделали вообще?). А я теперь страдаю из-за его идиотизма! Потому что, при всём уважении, я не солнышко и лапушка — таких среди повелителей вообще не водится, а если и водится, то о-очень недолго — но никаких храмов я не сжигал, спасибо большое! И массовые убийства никогда не относились к числу моих хобби. Даже в процессе завоеваний.
И да, было в моей биографии пару-тройку деяний, за которые меня очень даже можно было бы судить. Там бы я, по крайней мере, понял и принял, хотя, повернув назад, ничего менять и не стал бы. Но Лазурное Княжество… Да я там никого вообще не тронул! Подписал договор, но на полностью адекватных условиях! А этой дуре ещё и дал возможность самой решать судьбу родственников! Это было одно из самых тихих и бескровных завоеваний в моей карьере. И теперь эта идиотка призвала меня на страшный суд только потому, что я
Я сжал руки в кулаки.
Если выживу, если каким-то образом из этого выпутаюсь, то не буду таким добрым. От Лазурного Княжьего Града камня на камне не останется, а труп княгини подвешу над единственными уцелевшими воротами, как напоминание о том, что бывает с теми, кто не ценит мою доброту…
— Вот в этом проблема, да, — вздохнул мой собеседник. — В этом проблема.
Я сжал зубы.
— У меня плоховато со всепрощением, да.
Старик вздохнул.
— Тц, какой беспорядок…
— Простите? — кажется, я начинаю надеяться.