Алиса Чернышова – И.О. Древнего Зла, или мой иномирный отпуск (страница 81)
Уф. Ну зачем же так кричать, а?
— Я рассказываю тебе наши ближайшие планы. Что с тобой не так?
— Со мной не так, — повторила Шийни. — Со мной, не с тобой… Зачем ты хочешь распространить этот бред?
Я задумчиво посмотрела на девочку. Неужели правда не понимает? Вот совсем-совсем?
— На этом этапе тебе, чтобы Башня жила дальше, надо максимально демонстративно разорвать все связи со злом. То есть, со мной. Желательно устроить публичное сражение с не менее публичным изгнанием…
— Зачем бы мне это делать?!
Ох. Нет, всё же, что-то я упустила в её воспитании.
— Что, тебе ещё не хочется избавиться от моей злобной власти и бросить мне вызов? Паучок, ты слишком медленно развиваешься! Я волнуюсь! Не для того ли ты плела свои сети у меня за спиной, чтобы сделать это?
Шийни моргнула, а потом ещё раз.
Выражение её лица стало каменным, как будто она осознала что-то ужасное.
— Ты всё это время говорила правду, — сказала она тихо. — Твои шутки не были шутками, совсем. С самого начала! Ты собираешься дать им уничтожить себя, навесить на себя вину за всё подряд. И ты хочешь, чтобы я убила тебя.
— В целом всё так, — пожала плечами я. — С другой стороны, я не невинна и действительно сделала много разного, того, что можно расценить как зло. У меня были свои причины, но это не значит, что каждый с ними бы согласился. Говоря же о том, что ты меня убьёшь, то да. В таком ответственном деле на кого мне положиться, если не на тебя? Опять же, не делай такое лицо: я вернусь обратно к жизни. Ну, скорее всего.
—
— Прости, это часть пути. Испытания на каждом пороге никто не отменял, но оно — часть моего пути, с ним ничего не поделаешь…
— Ты сумасшедшая.
Я хмыкнула.
— Старость — не радость. Нет у вас такой поговорки? Прожив столько же, сколько я прожила, каждый станет эксцентричным. А уж если говорить о хтонических магах, то вообще… Ну что ты на меня смотришь?
— Я не стану этого делать.
Ладно, этого я не ожидала.
— Почему?
— Почему?! Ты… ты всерьёз спрашиваешь?!
Я пожала плечами.
— Это твой единственный способ самой выйти из этой воды сухой и спасти тех, кто зависит от тебя. Тебе придётся это сделать.
— Ты…
— Если ты не захочешь по своей воле, мне придётся использовать наши связи. Хозяина и раба, спасителя и спасённого, учителя и ученика. Я не собираюсь выслушивать блеянья и оправдания. Какой из тебя хтонический маг, если ты даже не в силах позаботиться о таких простых вещах?
— Это ты называешь простыми вещами?!
Я от неё только отмахнулась.
— Поживи и поумирай с моё, потом поговорим о том, чему стоит, а чему не стоит придавать значение. И да, к тому моменту посмотрим, что ты будешь, а что не будешь считать безумием. Договорились?
— Зачем?
— Прости?
— Зачем ты всё это делаешь?!
Я пожала плечами.
— Чтобы было интересно?
— Ложь.
— Я не лгу, по факту, почти никогда. Так что, это тоже часть правды.
Глаза Шийни сверкнули.
— А какая основная часть?
— Бросить вызов судьбе.
— Это бред!
— Шийни. Если уж мы согласились, что всё это время я не лгала тебе, то, быть может, прямо сейчас ты попытаешься меня не только послушать, но и услышать? Просто для разнообразия. В конечном итоге, скоро ты останешься одна, и тебе придётся взять на себя заботу о многих вещах и делах. Я позволяла тебе резвиться, но сейчас время прошло. Как только я умру для этого мира, ты станешь новой Паучьей Королевой. Тебе придётся… нелегко. Я постаралась облегчить для тебя дорогу так, как смогла, но она в любом случае не станет простой, потому что сущность пути Паучьей Королевы — переплетать нити судьбы по своему усмотрению, бросая вызов Великой Пряхе. Именно это я делаю прямо сейчас. Я хочу обыграть судьбу, вот и всё объяснение.
Шийни смотрела на меня некоторое время, а потом устало сгорбилась.
— Да. Ты — безумна.
— Я не собираюсь спорить с этим утверждением. Теперь, когда все диагнозы поставлены, почему бы нам не вернуться к насущным проблемам?
— Я не стану…
— Ты станешь. Если ты собираешься уничтожить всё, что я строила, из желания меня спасти, то у меня для тебя две плохие новости. Во-первых, завязывай с лицемерным милосердием, оно никуда не ведёт и только унижает получателя. Во-вторых, если мой сценарий не будет сыгран верно, есть все шансы, что я всё равно буду уничтожена, причём без возможности восстановления и без шанса для тебя стать Паучьей Королевой. Правда хочешь этого добиться?
Шийни ничего не ответила и тихо отвернулась.
— Ну вот то-то же. Теперь, когда здравый смысл возобладал, давай определимся с тем, когда ты меня изгонишь.
—..Не сегодня.
Я поморщилась.
— Да, ты права, пожалуй. Как бы мне ни хотелось быстро с этим разобраться, мне нужен хотя бы день, чтобы восстановиться… Покажи мне, кстати, что там владычица Долины пишет и есть ли какие-то срочные проблемы, с которыми мне надо разобраться, пока я ещё здесь.
— Проблемы?..
— Не знаю, слишком недовольные твоей властью, заговорщики и так далее. Пока я здесь, я могу их прибить или иным способом обезвредить, просто под горячую руку. Какой со зла спрос? Потом ты меня изгонишь и всячески осудишь мои преступления, провозгласив поебду добра и мир во все отверстия. Как тебе мысль?
— Да кто в здравом уме поверить в такую чушь?!. Эй. Почему ты смеёшься?
Я икнула и прокашлялась.
— Кто поверит, она говорит… Ох, насмешила… В общем, подумай над моим вопросом и к вечеру дай ответ. А теперь — оставь меня!
Шийни снова пробормотала кто-то насчёт безумия, развернулась к двери, но на пороге обернулась.
— Там к тебе посетитель, — сказала она, — странствующий монах. Мастер Мин поручился за него, но отказался раскрывать его истинное имя. Я бы послала его подальше, но, во-первых, он не похож ни на грабителя, ни на идейного искоренителя зла. А во-вторых, есть в нём что-то… Правду сказать, я даже объяснить не могу. Но с ним непросто что-то.
Я нахмурилась и, преодолевая боль, потянулась к своей паутине. Что нам там интересного показывают…
А ничего себе показывают.
Рассмотрев ауру “странствующего монаха” так и эдак, я икнула и возвела глаза к потолку. Ну ничего ж себе у меня гости…
— Я встречусь с ним внизу, у потоков, — сказала я. — Не волнуйся об этом.
Как обычно, пещера с ключевой водой, мелькающими в воде рыбками и заглядывающими сверху кронами деревьев тут же привела меня в терпимое расположение духа. Опустив босые ноги в ледяную воду, я заметила, что куст, ухитрившийся вырасти прямо в скале чуть выше моей головы, расцвёл.
Цветы были белоснежные, ароматные, и я улыбнулась им одобрительно.
Правильно, ребята. Пока вы ещё не упали со скалы, главное для вас — цвести…
— Посланница.