Алиса Болдырева – Люмен. Город туманов (страница 9)

— Мог бы просто подать мне руку, — угрюмо произнесла она, оглядываясь по сторонам.

Они находились на балконе в форме полукруга, огороженного невысокой каменной балюстрадой. Взглянув вниз, Лин увидела, что до земли оставалось ещё метра три. Судя по всему, здание особняка было трёхэтажным. В темноте его фасад казался чёрным и мрачным.

— В следующий раз обязательно оставлю тебя на лестнице, — парировал Сэм. На его лице не было ни капли раскаяния, а вот щёки Лин просто пылали. — Идём, нужно как можно скорее доложить Главе ордена о твоём появлении.

— Боюсь, твоего "главу" постигнет горькое разочарование, а тебя ждёт хорошая выволочка, — ворчала себе под нос Лин.

Будто не слыша её, Сэмюэль повернулся лицом к каменной стене здания, и неожиданно для Лин, толкнул вовнутрь неприметную деревянную дверь. С тихим стоном она подалась вперёд. Дверь была тёмной и почти сливалась с фасадом здания. В сгустившейся темноте Лин её даже не заметила.

— Прошу! — Сэм галантно распахнул перед Лин дверь, пропуская её вперёд. Перешагнув небольшой выступ, она вошла внутрь. — Добро пожаловать в новый дом, мисс Кейтлин, — донёсся ей вслед его насмешливый голос.

Лин очутилась в большой просторной комнате с высокими сводчатыми потолками, светло-серыми стенами, и каменным полом. Влево и вправо от двери тянулись ряды широких окон до самого пола, обрамлённых синими занавесками из плотной ткани. В комнате почти не было мебели, за исключением маленькой скамеечки, что примостилась у стены между дверью и окнами. Одинокая лампа под потолком тускло освещала пространство вокруг.

— Идём, Кейтлин, у тебя ещё будет время всё здесь осмотреть, — нетерпеливо позвал Сэмюэль, заметив её внимательный взгляд, которым она озиралась по сторонам.

Он торопливо пересёк комнату, и отворил тяжёлую дверь, что располагалась в стене напротив. Она вела в коридор, который простирался в обе стороны. Сэм повернул направо, и, постукивая подошвой ботинок о каменный пол, направился вдоль длинного коридора. Лин послушно последовала за ним, опасаясь затеряться в незнакомом месте.

Здесь было тихо и свежо. Их шаги звонко отражались от плит пола, каменных и сухих. В отличие от предыдущей комнаты, коридор был ярко освещён, позволяя разглядеть необычайные картины, что висели вдоль стен. Внимательно смотря на полотна, Лин всё силилась понять, что на них изображено. Кажется, цифры или буквы, но совершенно ей незнакомые. Она раньше никогда не видела таких знаков. Может, латинский алфавит? Монограмма? Иероглифы? У неё глаза разбегались от чёрточек, кружков и завихрений. Ей показалось, что один из знаков очень напоминает серебряное украшение на пальто Сэмюэля. Она ненадолго задержалась около него, пытаясь повнимательней разглядеть, но Сэм неожиданно громко позвал:

— Не отставай, пожалуйста! Это может быть опасно!

«Что может быть опасного в коридоре?» — раздражённо подумала Лин, окинув его недовольным взглядом.

Длинный коридор кружил и петлял, и Лин показалось, что они идут по нему уже целую вечность. Удивительное дело, за всё время пути они ни повстречали ни единой живой души, и Лин подумала, что кроме них двоих здесь никого нет. Наконец, сделав ещё один крутой поворот, Сэм остановился около светлых двустворчатых дверей, и, кивнув Лин на маленькую скамеечку, что стояла у стены, постучал.

— Никуда не уходи, — предупредил он её, и, не дожидаясь ответа, проворно скрылся за дверьми. Бросив взгляд на тёмно-синее сукно, которым была обита скамья, Лин хотела уже присесть, но не успела.

Дверь с громким стуком отварилась, и в проёме появился морщинистый человек в тёмной рясе до самого пола. Расширившимися горящими глазами он уставился на Лин, шаря по её лицу цепким взглядом. Казалось, он затаил дыхание и не дышит. Он сделал несмелый шаг вперёд, протянув к ней свою сухощавую руку. Лин заметила, что она слегка подрагивала. Ей стало не по себе, и она попятилась задом. Она бы предпочла, чтобы Сэмюэль оказался сейчас рядом.

— Кейтлин! — прошелестел мужчина. Некоторое время он молчал, смотря на неё во все глаза. Затем он несмело улыбнулся, отчего его морщинистое лицо сморщилось ещё сильнее. — Как же ты похожа на свою мать! Идём, дитя! — Казалось, он, наконец, смог взять себя в руки.

Кивнув, он вернулся в комнату, и Лин молча последовала за ним. Внутри было темно и уныло, словно в келье. Серые стены, каменный пол, стол около большого арочного окна, а вдоль стен растянулись деревянные стеллажи с книгами. Ими была заставлена почти вся комната, за исключением места, занятого под стол.

— Прошу, дитя, проходи! — звал её за собой старик, усаживаясь за громоздкий стол у окна. Лин заметила, что Сэм стоял здесь же, упёршись плечом в один из стеллажей. Скучающий взгляд голубых глаз блуждал по комнате, и задержался на Лин, как только она вошла внутрь. Лин поразило до глубины души осознание того, что присутствие Сэмюэля немного успокаивало её. — Присаживайся, Кейтлин! — предложил старик, указав рукой на одинокий деревянный стул, что располагался по другую сторону стола.

— Я уже говорила, что не Кейтлин. Вы ошиблись, — попыталась возразить Лин, но старик словно не слышал её или не хотел слушать, завозившись на своём месте.

— Вскоре мы со всем разберёмся, дитя! И если ты не та, кого мы искали, то ты сможешь спокойно покинуть особняк, не волнуйся! — успокоил её старик.

Его светло-серые глаза, выглядывающие из-под кустистых бровей, со временем поблекли, и теперь казались бесцветными. Некогда пшеничные волосы посеребрила седина. Он был худощавым, и не слишком высоким, может всего на ладонь выше самой Лин. На его шее, на длинном кожаном шнурке, висел серебряный медальон в виде какого-то перекрученного символа.

«Да здесь символы и знаки на каждом шагу!» — удивлённо подумала Лин.

— Разреши представиться, я Леннард Дéрби — Глава ордена Святого Уриила, — его сухой голос разнёсся по всей комнате, отразившись от каменных стен. — Мы так долго искали тебя, Кейтлин!

— Но я не Кейтлин. Меня зовут Лин Этвуд, сэр! Вы ошиблись! Я уже всё это объясняла … Сэмюэлю, — проговорила Лин. Позади неё раздалось надменное покашливание. Лин обернулась, но скрестивший ноги Сэмюэль, усиленно делал вид, будто не замечает их: казалось, он был слишком занят, разглядывая свои ногти.

— А ты уверена, что это твоё настоящее имя? — мягко уточнил Леннард Дерби. Он смотрел на неё так проникновенно, что неожиданно в душе Лин зародились сомнения. По пути сюда она была абсолютно уверена, что Сэмюэль ошибается, но сейчас, глядя в умудрённые жизнью глаза этого пожилого джентльмена…

— Да, — тихо ответила Лин, но её дрожащий голос даже ей самой показался неубедительным и жалким.

Дерби по-доброму улыбнулся, отчего морщины около его рта сделались ещё глубже и заметнее. Он проворно встал со своего места и поспешил к одному из стеллажей.

— Ты и сама не знаешь ответ на этот вопрос, Кейтлин. Да, я понимаю твою обеспокоенность. Ты нам не вполне доверяешь. Мы кажемся тебе чужими и странными незнакомцами, — монотонно бормотал старик, перебирая корешки книг, одну за другой. — Но мы тебе не враги, Кейтлин, мы всего лишь хотим помочь, натолкнуть тебя на правильный путь. Ага! — видимо, он нашёл, то что искал, и, сняв со стеллажа увесистый том, вернулся обратно к столу. Лин поразилась тому, насколько быстро и ловко он двигался. Интересно, сколько ему лет?

Леннард Дерби стал перелистывать сухие ломкие страницы, что-то неразборчиво нашептывая себе под нос.

— Да, вот здесь! — воскликнул он, поворачивая книгу к Лин.

На той странице, что он открыл, был изображён чёрно-белый портрет. С него на Лин смотрела красивая улыбчивая девушка. Миндалевидные глаза, обрамлённые пушистыми ресницами, ласково смотрели вперёд. Тёмные волосы девушки были уложенные в замысловатую причёску. Элегантное платье безупречно сидело на её статной фигуре. Но больше всего Лин удивило поразительное сходство между ней и красавицей с портрета. Растерявшись, она застыла на мгновение. Её словно ударили этой книгой по голове. Как такое возможно? Кто она? Лин открыла и тут же закрыла рот, не решаясь озвучить вслух вертевшийся на кончике языка вопрос.

— Это твоя мать Маделин Рейнар, урождённая Вáллес. Вы с ней поразительно похожи! Ты не находишь? — будто прочитав её невысказанные мысли, ответил старик. Он рассмеялся каким-то почти детским голосом. Но Лин не разделяла его веселья. Она всё ещё не могла отвести глаз от девушки на портрете. Красавице было едва ли больше, чем сейчас самой Лин. Неужели, это правда её мать? Она ведь никогда её не видела и ничего о ней не знала. Она всегда думала, что её родила какая-нибудь молоденькая незамужняя горничная, и, дабы не обременять себя обязательствами, оставила ребёнка на пороге заведения мадам Жезель. Правда однажды мадам Жезель вскользь упомянула, что совсем крохой в бордель её принёс один мужчина сомнительной наружности. Он, разумеется, не стал вдаваться в подробности, расписывая, откуда она появилась, а сообщил лишь имя. Лин Этвуд. Больше она о себе ничего не знала. Но, как оказывается, что и эти сведения были ошибочными. Лин тяжело сглотнула, всё ещё растерянно смотря на портрет.

— О! Я понимаю, тебе должно тяжело всё это узнать спустя столько лет, — старик подался вперёд через стол. — Как давно тебе исполнилось восемнадцать, дитя?