Алиса Бодлер – "Фантастика 2025-34". Компиляция. Книги 1-26 (страница 326)

Он встретил взгляд начальника и сосредоточился. Вызвав схему плетения, которую считал из памяти Ребиры Мехта, он одним волевым усилием толкнул ее в чужой разум.

Кишори моргнул и уставился в стену отсутствующим взглядом. Видимо, рассматривал добычу.

— Потрясающая работа, — произнес старик. — Потрясающе сложная!

Хатри молча кивнул. Да, полноцветное плетение было невероятным не только своими переливами цветов, но и структурой. Оно было трехмерным. И одного этого было достаточно, чтобы сделать его воплощение практически невозможным.

— Лакшти поставил этот щит мысленно, — добавил Хатри.

— М-да, — покачал головой Кишори. — Не приведи забытые боги жить в эпоху перемен.

Хатри лишь усмехнулся. Поздно. Эпоха перемен пришла, и им всем конкретно не повезло.

Старик моргнул и перевел на подчиненного привычный собранный жесткий взгляд.

— Что по Лакшти? — спросил он.

— Наблюдение за главой рода и наследником установлено, тревожные группы наготове по всему региону.

Кишори неопределенно покачал головой.

— Наследник Лакшти не должен достаться никому, — сказал старик. — Император ждет моего доклада завтра с утра. И пока он не решит, что делать с Лакшти, наша задача — защищать. Полноцветная магия — это стратегическая ценность для Империи. Головой за него отвечаешь!

— Так точно, — кивнул Хатри.

— А с наследником Раджат что?

— Работаем, — неопределенно ответил Хатри, но начальник знал его слишком хорошо.

Кишори злорадно ухмыльнулся и спросил:

— Да ты никак облажался, мой мальчик?

Хатри отвел взгляд и промолчал.

— На покровительство попытался его развести? — хмыкнул Кишори.

— Да.

— Говорю же я вам всем, тоньше надо работать. Тоньше.

— У него Астарабади теперь слугой, — сообщил Хатри. — Этот половину наших схем насквозь видит. С другой стороны, Аукцион в руках настолько слабого рода…

— Придержи гонор, — коротко бросил Кишори. — Шахар Раджат и сам по себе далеко не прост, не стоит его недооценивать. Тебе достаточно будет того факта, что он больше получаса спокойно пил чай со мной лицом к лицу?

Хатри изумленно уставился на начальника.

— Это многое меняет, — осторожно ответил он.

— Молодец, соображаешь, — скупо улыбнулся Кишори. — Поздновато, конечно, но еще небезнадежно.

Кишори жестко посмотрел в глаза подчиненному и не увидел в них страха. А зря, ошибки-то уже сделаны. И немало.

— Ты недооценил норов Каспадиа, — холодно сказал Кишори. — Недооценил силы Раджат… Мальчик мой, ты понимаешь, к каким выводам ты меня подталкиваешь?

Хатри сжал зубы и слегка побледнел. В этой организации служебное несоответствие — это смертный приговор. Даже для аристократа.

— Ладно, не будем пока об этом, — качнул головой Кишори, удовлетворившись его реакцией. — Ты умный мальчик, выводы сделаешь и своих ошибок повторять не будешь. Только помни, что сейчас не время для распыления сил. Сосредоточься на Лакшти. Это — твоя главная задача. Приоритет задачи по привлечению к нам Раджат понизить как минимум на два уровня. Не до него пока.

— Принято.

— Свободен.

*****

Вечер я посвятил созданию артефактов с полноцветными щитами. Уж что-что, а они точно пригодятся.

Скупиться я не стал. В каждый артефакт я вкладывал щит, который выдержит атаку местного седьмого ранга. Ну или пятого, если говорить о полноцветной магии. Собственно, и у меня самого, и у всех моих ближников были именно такие артефакты.

А пока возился с плетениями, я все никак не мог выкинуть из головы эпизод с Хатри. Сразу после демонстрации щита Лакшти я был несколько неадекватен. Однако я все запомнил, и сейчас вновь и вновь возвращался мыслями к тому же.

Хатри — менталист.

В моем мире ментальные техники были не отдельным разделом магии, а скорее набором методик. Это ближе к работе с праной, чем к магии, если на местные мерки переводить.

Однако что я знаю о менталистах этого мира? Они ведь могут владеть совершенно другими возможностями.

В конце концов, закончив третий по счету артефакт, я не выдержал и вызвал Асан.

Китаянка вошла, молча села в кресло напротив и устремила на меня вопросительный взгляд.

— Что ты знаешь о менталистах? — спросил я.

Асан удивленно приподняла брови и тут же поинтересовалась:

— Кто?

— Хатри.

Китаянка понимающе улыбнулась и сказала:

— Если ты опасаешься, что он мог подчинить Амайю, скажу сразу. Нет. Не мог он этого сделать. И никто в этом мире не может. Единственный род-обладатель шакти, которая могла вызывать галлюцинации, уничтожили около тысячи лет назад. Больше ничего, что было бы хоть как-то связано с внушениями, в мировой истории зафиксировано не было.

— Это можно не афишировать, — покачал головой я.

— Это рано или поздно вскроется, — тонко улыбнулась Асан. — К тому же я знаю, какая шакти у рода Хатри.

— Какая?

— Ментальный диалог, в котором невозможно солгать.

Я уважительно кивнул. Ценная штука, особенно для сотрудника спецслужбы. Пожалуй, я начинаю понимать, почему Хатри считают чуть ли не лучшей ищейкой ИСБ.

— Что ты сам знаешь о менталистах? — спросила Асан.

— У нас не было менталистики, как отдельного раздела магии, — пожал плечами я. — Это скорее приемы концентрации, ускорения восприятия и так далее. Способа прямого воздействия на чужой мозг у нас так и не изобрели.

— Здесь все ровно так же, — кивнула Асан. — Умелый манипулятор обычным разговором добьется куда большего, чем способны предложить эти шарлатаны от науки. Слухов ходит много, страшилок в народе — еще больше, но реальной базы под ними нет.

У меня гора с плеч свалилась после ее слов. Не знаю, как бы я жил с тем, что убил сестру, которая стала безвольной марионеткой в чужих руках.

А если Хатри смог заморочить ей голову — значит, там была основа для этого. Невозможно переубедить человека, у которого есть твердая внутренняя позиция. И уж тем более невозможно вложить в руки верному человеку нож и заставить его нанести смертельный удар.

— Спасибо, — просто сказал я.

Асан лишь тепло улыбнулась в ответ.

*****

Утром я приехал в Академию и направился к зданию клубов. Клуб с вычурным названием «Ахтарваведа» располагался на первом этаже. И сегодня он был закрыт для всех, кроме гостей Лакшти.

Я вошел в комнату, оформленную как небольшая уютная гостиная в бело-золотистых тонах, и молча кивнул всем присутствующим. Мне ответили такими же молчаливыми кивками.

В комнате было две девушки и четверо парней, включая меня. Только первый и второй курсы, похоже.

Обе девушки и один парень сидели в креслах. Я никого из них не знал.

А вот наследники родов Лакшти и Сидхарт насмешливо разглядывали остальных, стоя плечом к плечу у окна.