Алиса Атарова – Золотая клетка (страница 51)

– Верно-верно, – послышались шепотки. Чиновники не сильно впечатлились этой речью. Матушка Шуан просто назвала самых влиятельных чиновников при дворе, обвинив их в сговоре.

– Эта послушница и есть доказательство. – Женщина, стоявшая рядом с бывшей наложницей, выступила вперед, опуская голову в поклоне. – Имя этой послушницы в миру – Хуа Фэй. Десять лет назад моя госпожа, императрица Чжэнь, послала меня в услужение бывшему наследному принцу.

После этих слов все уставились на бывшую служанку. Все знали, что большинство слуг обоих павших дворцов были проданы или казнены. Эта женщина… как она избежала гибели?

– Эту послушницу после казни бывшего наследного принца взяла к себе я, – тут же развеяла их сомнения матушка Шуан. – Если… мое слово еще что-то значит, – ее голос задрожал, – я надеюсь, что его будет достаточно для доказательства личности этой женщины. Хуа Фэй покинула дворец вместе со мной и стала послушницей храма при императорской усыпальнице.

– Мы верим вам, – тут же подтвердила императрица, не подвергая ни малейшему сомнению слова бывшей наложницы. Это положило конец всем сомнениям чиновников – теперь они не могли высказаться.

– И при чем здесь я? – спросил министр Вэй, с высокомерием глядя на женщину, склонившую голову. – Как этот придворный связан с преступлением бывшего наследника и убийством циньвана Цзе?

– В самом деле, матушка Шуан, как это связано с императорским дядюшкой? – нахмурилась Мин Сянь, выказывая поддержку родственнику. Тот взглянул на императрицу – все-таки не зря он вкладывал в нее все силы эти годы!

– Двенадцать лет назад мой сын погиб на границе, – тихо, но твердо сказала матушка Шуан, глядя на министра Вэя. – После этого спустя семь лет, когда здоровье прежнего императора стало сдавать, министр Вэй воспользовался этим, чтобы свалить вину на бывшего наследника. В покоях бывшего наследника были найдены письма, а с границы получены ответы ему из Южной Сунь. Уже тогда у меня возникли большие сомнения касательно его вины – у бывшего наследника и моего сына были прекрасные отношения, и мой сын никогда не хотел власти. Мин Сюань знал об этом, потому обвинение в том, что он начал действовать, опасаясь Второго принца, казалось мне притянутым за уши. Именно тогда ко мне пришла Хуа Фэй. Она была напугана и боялась за свою жизнь. Императрица пала, и Хуа Фэй больше некуда было податься. Еще не успело тело наследника остыть, а со всеми слугами Восточного дворца и Дворца процветания молниеносно разобрались – к этому приложила руку вдовствующая императрица. Я укрыла девушку, и взамен она рассказала мне кое-что подозрительное: она видела одну из служанок внутренних покоев выходящей из комнаты наследника ночью – Хуа Фэй случайно заметила ее, когда выходила по нужде. После этого во дворце прошли обыски, и были найдены письма. Вина наследника казалась доказанной – письма были с печатью наследного принца и написаны его почерком, да и сам Мин Сюань позднее во всем сознался. Поэтому Хуа Фэй не придала этому случаю большого значения.

– Все именно так, как говорит матушка Шуан, – подтвердила Хуа Фэй. – Та девушка исчезла во время чистки, но я помню… что ее послала в подарок наследнику вдовствующая императрица.

– Это клевета на вдовствующую императрицу! – взревел министр Вэй. – Ваше Величество, не позволяйте порочить имя Ее Благородия!

– Министр Вэй, Мы, разумеется, подвергнем все тщательной проверке, – попыталась утихомирить его императрица. – Хуа Фэй, как звали ту служанку?

– Отвечаю Вашему Величеству: ту служанку звали Ли Мэй, – с почтительным поклоном сказала женщина. Услышав эти слова, Чжоу Су, стоящий на своем посту, встрепенулся и посмотрел на императрицу. Заметив его взгляд, Мин Сянь кивнула.

– Ваше Величество, недавно этот слуга проводил инспекцию слуг Внутреннего дворца, и в самом деле, во Дворце умиротворения служит девушка по имени Ли Мэй. Она как раз и является приемной дочерью тетушки Ли, старшей служанки вдовствующей императрицы, – тут же сказал евнух.

– Ваше Величество!.. – министр Вэй побледнел. Картина, которая ускользала от него, неожиданно начала проясняться. Он почувствовал, как туман рассеивается, но вместе с тем твердая почва под его ногами стала не такой надежной.

– Заметив несоответствие, этот слуга взял на себя смелость заключить девушку под стражу, – продолжил Чжоу Су.

– Прикажи привести ее сюда, – сказала Мин Сянь. Старый евнух кивнул и направился в боковой пролет. – Матушка Шуан, вы утверждаете, что Ли Мэй подставила наследного принца и ей руководил министр Вэй? Вы понимаете, что ваши слова не могут служить веским доказательством? – она приподняла брови.

– Послушница понимает, – кивнула та. – Послушница лишь надеется, что ее слова и прежнее уважение помогут вновь открыть дело бывшего наследника и восстановить справедливость. – Ее чистый взгляд напомнил Мин Сянь о Втором брате – тот тоже смотрел открыто и бесхитростно. Тот всегда веселый и не в меру дружелюбный человек, который панибратски относился ко всем слугам и солдатам, неся за собой радость и счастье. Мин Синь. Погибший, когда ему было всего семнадцать лет. Мин Сянь прикрыла глаза, скрывая свою боль.

Глава 33

Гроза

– Ян Лэй, – неожиданно позвала императрица, и старший цензор, до этого стоящий с низко опущенной головой, посмотрел на нее. – Почему бы драгоценному придворному не рассказать, в чем его жалоба, пока мы ждем Ли Мэй?

– Да, Ваше Величество. – Ян Лэй выступил вперед и опустился на колени. – Этот ничтожный чиновник осмелился провести подробное тайное расследование и хотел бы представить сегодня его результаты.

– Тайное расследование! Что еще за тайное расследование? – заволновались придворные. Мало ли что тот мог накопать? Кто позволил ему проводить расследование? Самостоятельно ли? Кто стоял за всем сегодняшним скандалом?

– Продолжай, – сказала Мин Сянь.

– Этот цензор начал расследование еще во время пожара в Министерстве обрядов. Тогда очевидцы говорили о человеке, который затем скрылся в поместье Вэй. – Чиновники заволновались – действительно, почти полгода назад ходили слухи, что министр Вэй хочет перевернуть Небеса и осмелился поджечь Министерство обрядов, противившееся ему. Тогда слухи быстро утихли, сменившись другими – что императрица чрезмерно потакает дядюшке и тот на самом деле является истинным правителем империи. Невиновность министра Вэя была доказана при поддержке Ее Величества.

– Однако позже все очевидцы изменили показания, – продолжил Ян Лэй. – Мне не удалось узнать, что заставило их это сделать, но я смог найти человека, который стал причиной поджога. Им оказался мелкий чиновник из Министерства двора по имени Ли Ган. Чуть позже Ли Ган попытался уехать из столицы с семьей, видимо, опасаясь, что от него избавятся. Дождавшись нападения, мои люди сумели спасти его и увести незаметно для другой стороны. В благодарность за спасение я получил признание. – Ян Лэй красивым жестом достал из рукава свиток, который вытянул вперед с поклоном. – Это показания Ли Гана, подписанные им самим. Если этого недостаточно, я готов привести его как свидетеля. Сейчас он находится в безопасном месте.

– О чем говорится в этих показаниях? – спросила Мин Сянь. Разумеется, она знала – вчера она читала эти бумаги вместе со старшим цензором.

– Ли Ган признался во многих преступлениях, совершенных по приказу своих покровителей. Он служил под началом бывшего министра Лю и являлся связным между ним и министром Вэем. Его слова позволили мне сделать вывод, что истинным кукловодом все это время был министр Вэй. Именно он отдавал приказы, которые выполнял министр Лю. Кроме поджога, Ли Ган признался в соучастии во множестве мелких преступлений, как то, – Ян Лэй раскрыл свиток, зачитывая, – казнокрадство Вэй Шаопу, подкуп чиновников, угрозы им, чтобы они не смели противостоять министру Вэю, а также… – он стрельнул глазами на матушку Шуан, которая стояла, перебирая четки в руках, – а также Ли Ган сознался в передаче каких-то бумаг во дворец. Последний пункт его показаний показался этому цензору странным. Поэтому я продолжил расспрашивать и обнаружил, что пять лет назад Ли Ган получил странный приказ от министра Лю: забрать какие-то бумаги из Цензората и передать их дворцовой служанке, которая будет ждать его в полночь у ворот. Ли Ган выполнил это, получил оплату и больше не задумывался над этим вопросом, пока не грянул скандал с бывшим наследником.

– Цензорат? Почему Цензорат? Чжао Тай тоже и вправду замешан во всем этом? – послышались голоса со всех сторон. До сих пор они слушали, затаив дыхание, но это было уже слишком. Старший цензор Ян мало того, что обвинял министра Вэя в величайшем преступлении за последние тридцать лет, так еще и попутно хотел утащить за ним верховного цензора, собственного наставника!

– Его слова про Цензорат показались этому цензору неубедительными, – невозмутимо продолжил Ян Лэй, не обращая внимания на шепотки. – Поэтому я решил провести тайное расследование в Цензорате. И я обнаружил… – он достал из другого рукава еще один свиток, – кое-что интересное.

Евнух забрал у него свиток с признаниями Ли Гана, который тот передал императрице. Девушка сделала вид, что внимательно читает их, пока Ян Лэй взял паузу, разворачивая новые листы бумаги.