Алиса Ардова – Поддельная невеста, или Как приворожить негодяя (страница 68)
А вот это уже любопытно:
«
Взгляд быстро скользнул по строчкам большой статьи на первой полосе бульварной газетенки, которая гордо именовала себя «главным изданием для женщин», выхватывая знакомое имя.
«
Дальше читать я не стала и, усмехнувшись, отбросила «Шпильку».
Похожа на сказку, говорите? Как бы не так. Скорее, на полет верхом на активированном магическом снаряде — никогда не знаешь, где рванет, когда и насколько сильно.
Нет, годы учебы в академии магии, были вполне счастливыми и безмятежными. Да и чего горевать, когда враги королевства повержены, твой наставник — лучший артефактор страны, который к тому же оказался родным дедом, а рядом любимый мужчина?
Наша с Айрэном свадьба состоялась через несколько месяцев после неудавшегося «новогоднего» переворота и стала, несмотря на всю ее скоропалительность самым грандиозным событием года. По единодушному мнению, как светского общества, так и простых обывателей. Если уж леди Айна за что-то бралась, то доводила начатое не просто до конца — до совершенства.
Первый сын, Фанрис, родился, когда я заканчивала академию, через три года после него на свет появился Дастин, и вот тогда жизнь превратилась в настоящий хаос.
То и дело что-то происходило — взрывалось, распадалось, дымилось, летало и выстреливало. Не спасали ни няни, ни гувернантки, ни преподаватели магии, положенные отпрыскам знатных семей, в которых дар пробудился не по годам рано. Фанрис и Дастин впитали в себя магию всех предков сразу. В них гармонично сочетался и универсальный дар Волфов, и наследие артефакторов Сейблов, и даже целительские способности Льевров. Так что мальчишки, зная, как остро я реагирую на любой синяк, с малых лет научились сами заживлять собственные многочисленные ссадины и царапины.
Разумеется, Айрэн во всем меня поддерживал, но он так часто отсутствовал, решая «срочные и важные» государственные дела, что иногда просто опускались руки. И только прабабушки, Айна и Фиона, могли хоть как-то повлиять на юных магов, при этом даже не прибегая к помощи заклинаний. В отличие от меня. Что ни говори, а опыт воспитания, как хорошее вино — с годами становится только лучше.
Надо сказать, отношения у двух почтенных дам заметно потеплели, поскольку в правнуках обе души не чаяли. Однако мальчишек, несмотря на всю свою любовь, старались не баловать — знали, что в семье растут будущие главы родов. Титул Волфов когда-нибудь от Айрэна по праву перейдет к старшему сыну, Фанрису. Его мы назвали в честь прадеда, которого всю жизнь любила одна бабушка, и с искренним уважением вспоминала другая. Младший сын, Дастин, наследовал титул Сейблов. Он получил имя моего отца, которому, увы, так и не суждено было возглавить семью.
Магистр, обещавший обязательно помочь бабушке, сдержал слово — созданный им уникальный амулет оказался невероятно действенным. Ба поздоровела, посвежела, даже помолодела… В общем, окрепла настолько, что теперь ее сил и энтузиазма хватало не только на крошечную лавочку, а на большой магазин и сеть оранжерей. Присматривал за всем этим хозяйством неугомонный Поппи.
Наш оранжерейный дух тоже изменился. И даже осуществил свою мечту.
В день, когда я сообщила мужу, что жду первенца, Поппи странно притих, словно задумался о чем-то, отказался от любимого компота, от нашего общества и исчез. До утра. А утром Бетти, спустившаяся в оранжерею, чтобы срезать свежих цветов для гостиной, обнаружила, что на Поппи распустился огромный алый цветок.
Через несколько месяцев куст, наполнивший городскую резиденцию Волфов удивительно тонким, нежным ароматом, отцвел, рассыпал вокруг семена, и из них появились крохотные новорожденные оранжерейные духи. Семенить на своих корешках они научились примерно тогда, когда Фанрис начал самостоятельно ходить.
И это было подлинное сумасшествие, Хнир его побери!
А ведь считалось, что одомашненные духи размножаются крайне неохотно и очень редко. Впрочем, если верить семейным преданиям и рассказам бабушки, Поппи у Льевров жил не одно столетие, а потомством обзавелся впервые.
Теперь каждая оранжерея Волфов, в городской резиденции и в загородном поместье, имела собственного духа. Остальной молодняк остался с бабушкой — кроме нее эту банду юных магических существ никто не мог утихомирить. Сам же «патриарх» Поппи переехал ко мне и старательно делал вид, что помогает присматривать за мальчишками, хотя, на самом деле, с огромной охотой и готовностью участвовал во всех их шалостях и проделках.
Мальчишки…
Я коснулась своего, уже немного округлившегося живота, и улыбнулась. Хорошо, что сейчас мы с Айрэном ждали девочку. По крайней мере, целитель Снейк на последнем осмотре клятвенно заверил меня в этом…
— Зои…
Дед встретил меня у лестницы, ведущей в подвальные помещения, где Айрэну пришлось оборудовать лабораторию, чтобы хоть изредка видеть собственную жену дома. Окинул придирчивым взглядом.
— Опять над рукописью сидела? Может, сначала отдохнешь?
— Нет, — я упрямо качнула головой. — Очень уж любопытная вещь нам с тобой попалась. Лучше поскорее закончить эксперимент.
— Как скажешь, внучка, — не стал перечить Гарет. Он вообще почти всегда со мной соглашался. Подхватывал самые невероятные идеи, поддерживал, вдохновлял и помогал в исследованиях.
После выпуска я осталась в академии — работала вместе с дедом, преподавала, а когда он отошел от дел и занялся исключительно наукой, возглавила отделение артефакторики. Сейчас же, ожидая третьего ребенка, в город выезжала редко, предпочитая тихую домашнюю лабораторию.
Очень тихую.
Подозрительно тихую…
Сердце пропустило удар, а заколка мамы, с которой я почти не расставалась, слегка нагрелась.
— Что-то не так? — забеспокоился Гарет, когда мы свернули в лабораторное крыло.
Защитное плетение, активированное вчера вечером — лично мной, перед тем, как я покинула это опасное для любого непосвященного место, — было целым. И все же линии располагались иначе. Словно, кто-то распутал чары, снял их, а потом снова аккуратно наложил.
Конечно, стража не пропустила бы в замок чужаков, да и Алир ни с кем не воевал, но стало тревожно.
— Там посторонние, — нахмурилась я.
— Зои, мы же сами разрабатывали охранный артефакт, — улыбнулся дед. — Мимо него ни один чужак не проскочит, даже если ему случайно удастся распутать всю схему. Случись что, давно бы звенело так… В королевском дворце услышали бы.
— Чужак не проскочит… — согласилась я.
А свой? Если магия родственная?
Кажется, эта простая мысль посетила нас с дедом одновременно. Мы переглянулись, отключили устройство, со всех ног бросились к лаборатории и...
Не успели…
Стоило открыть дверь, как прогремел такой взрыв, что дрогнули стены древнего замка Волфов.
— Дети… — ахнул Гарет.
— Хнир бы их побрал… — вторила я, творя простое заклинание, чтобы разогнать дым, клубящийся в помещении.
Оба моих сына сидели посреди зала, прижавшись друг к другу спинами, и легко удерживали общий защитный полог. Вездесущий Поппи обнимал их ветками, да еще и стеблем умудрился обвивать.
На каменном столе, который я использовала для опасных экспериментов, лежал артефакт. Его совсем недавно привезла группа магов, раскапывающих сейчас последний оплот легендарного древнего ордена артефакторов. Местоположение резиденции вычислили мы с дедом, когда исследовали свитки из тайных хранилищ Спайдеров и Кайтов.
— Фанрис Волф! Дастин Волф! Потрудитесь объяснить, лорды, что здесь происходит? — рявкнула я.
От каждой подобной выходки этой дружной команды бросало в дрожь. А уж когда к сыновьям присоединялся Поппи… Даже в тронном зале, во время нападения Ванессы мне не было так страшно.
— Ма… — протянул старший. — Чего ты беспокоишься? Мы же прикрылись. А на стенах «защитка» стоит.
— Ну, правда, мам, — хлопнул темными ресницами младший. — Мы хотели помочь, древний артефакт раскрыть, а он никак не раскрывался. Пришлось по нему шарахнуть двойным магическим зарядом.
— Двойным!.. — побледнел Гарет. — Это кто ж вас боевому заклинанию обучил?
— Отец боевикам показывал, когда нас с собой в академию брал, а мы подсмотрели… — признался Фанрис под пристальным взглядом прадеда. — Но сначала надежный щит выставили. Честное слово!
— И как? Раскрылся артефакт? — вскинув брови, поинтересовался Сейбл.
— Нет… — сокрушенно мотнул головой Рис. — Потемнел только весь.
— Эх, вы, горе-артефакторы. Разве так обращаются с древними реликвиями? Тут терпение нужно, осторожность и бережное обращение.
— Ага, бережное! — взвился Тин. — Вон у родителей кольца раскрылись только когда по ним темным артефактом зарядили.
Страшные картины прошлого встали перед глазами. К горлу подкатила тошнота, в висках закололо. Пришлось сделать медленный глубокий вдох.
— А если бы не раскрылись?.. — почти беззвучно шепнула я.
— Мам!
— Ты чего, ма? Мы больше не будем… Чесслово!
Мальчишки бросились ко мне, крепко обняли, прижавшись с двух сторон. У меня появилась минутка, чтобы взять себя в руки и выдохнуть.
— Где-то я уже это слышала… — хмыкнула недоверчиво. — И кстати, настоящие мужчины всегда держат слово.
— Мы сдержим!
— Обещаем!
— Пусть с вами отец разбирается… У вас сейчас урок магистра Рука, кажется?