Алиса Арчер – Объект 9 (страница 13)

– Мы находимся в Блоке 3, в отсеке для проведения транскраниальной магнитной стимуляции, – начала объяснять она. – Сегодня день терапии. Из-за инцидента с Четвертым мы не успели закончить тестирование в прошлый раз. Сейчас я надену на Первого аппарат, и у нас появится время поговорить. Рассказать все подробности я вряд ли успею, но основную информацию вы получите.

Пальцы Маргариты летали по клавиатуре и кнопкам, на мониторах появлялись новые трехмерные схемы и графики. Со стороны окна послышался гул, и через несколько секунд оно осветилось, словно в помещении за ним зажегся яркий свет. Через мгновение я понял, что это так и есть, но увидеть, что находится там, не смог: стекло продолжало оставаться матовым.

Маргарита поднялась на ноги, остановилась рядом с окном и приложила указательный палец к маленькому темному квадрату на стене. Послышался странный звук, напомнивший мне шипение при сбросе давления в бензобаке автомобиля. Рядом с экраном появилась тонкая щель, и я понял, что в стене открывается герметичная дверь.

– Первого перевезли сюда ночью, поэтому ваша помощь в данный момент мне не нужна, – сказала Маргарита. – Но так как мы будем работать вместе, я хочу, чтобы вы сразу поняли, с чем мы имеем дело. Видеть вам его пока не стоит, а вот послушать можете. Только наденьте ИМП.

Я оглянулся в поисках устройства и вдруг заметил, что их тут много. По всей видимости, бункер был рассчитан на значительно большее количество сотрудников.

Надел один из аппаратов и кивнул Маргарите.

Она кивнула в ответ, тоже надела на голову излучатель и вошла в открывшуюся в стене дверь.

– Доброе утро, – услышал я ее высокий голос.

И через мгновение ей ответил приятный мужской баритон:

– Здравствуй, Рита. Ты выглядишь усталой. Опять работала всю ночь?

– Да. Пришлось анализировать каппа-ритмы Седьмого, похоже, у него появляются признаки активности.

– Я мог сделать тебе кофе вчера. Всем вам. И заодно себе. Ты же знаешь, что мне совсем не трудно.

– Ты не пьешь кофе, Первый. Тебе даже вода не нужна.

– Это не я не пью кофе, это вы мне его не даете. Чувствуешь разницу? Впрочем, вы и воды мне не даете. И всерьез рассуждаете о том, смогу ли я переварить серную кислоту. Интересно, как вы собираетесь заставить меня ее выпить?

– Ты снова подслушивал?

– А что мне еще делать? Мне скучно, Рита, мне чудовищно скучно.

– Может, отпустишь Андрея? А мы пересмотрим условия твоего содержания.

– Нет.

– Тогда я пойду.

– Иди.

– Терапия начнется через пять минут.

– Ладно.

– Я зайду потом, сниму показания твоего мозга и возьму кровь и костный мозг на анализ.

– Не приходи, вряд ли я буду в настроении тебя видеть.

– Потерпишь.

Голоса стихли, и Маргарита показалась в дверях. На ее лице отражалось такое напряжение, словно она тащила на плечах тяжеленный груз. А я от удивления не мог вымолвить и слова. Наконец, преодолев охвативший мой разум ступор, я задал ей вопрос:

– Это ведь не человек там у вас, правда же?

– Не человек, – покачала головой Маргарита.

– А кто?

– Это Объект 1, мы называем его Первый.

– Но кто он? Что это за существо?

Дверь за спиной Маргариты закрылась, она села за компьютер, вывела на монитор две диаграммы с зигзагообразными линиями и запустила несколько программ. Затем достала диктофон.

– Объект Первый, эксперимент номер восемьдесят восемь. Индукция двести девяносто – двести девяносто пять тесла, частота шестьсот герц, длительность импульсов триста пятьдесят микросекунд, время воздействия магнитным полем полтора часа.

Я терпеливо ждал, когда она закончит записывать данные об эксперименте, и наконец Маргарита отложила диктофон. Взглянула на меня покрасневшими от недосыпа глазами и медленно проговорила:

– Чтобы ответить на ваш вопрос, Кирилл, нужно вернуться на шестнадцать лет назад, а может быть, даже раньше. Но начать я хотела бы с того, что целью всех экспериментов, которые вы здесь увидите, является безопасность человечества. Мы ищем методы защиты от нейровзлома и Воздействия существа, подобного Объекту 1. Полгода назад мы решили, что такую защиту нашли. Был создан первый Прототип, и Дима опробовал его на себе. Однако мы потерпели неудачу. Затем… – Маргарита закрыла глаза и пару секунд молчала, – были еще попытки. Много попыток. Иногда нам казалось, что мы близки к цели, но чаще мы сразу понимали, что это не так.

– А в чем суть этой защиты? – спросил я.

– Невосприимчивость к Воздействию и предотвращение нейровзломов.

– А ИМП? Дмитрий говорил, что он помогает избавиться от видений и чужой воли.

– ИМП дает частичный эффект. Он может защитить от стихийного воздействия, каким являются, например, кошмары Четвертого, но слабоват против целенаправленного усилия по захвату разума. Он неприятен для Объектов и мешает им получить контроль над человеческим сознанием. Но не дает полной невидимости, если так можно сказать.

– То есть вы наняли Носевича, а потом меня… – Я задохнулся от поразившей меня догадки.

– Да, чтобы проверить, можем ли мы действовать независимо. Если бы Прототипы 28 и 29 сработали как надо, Объекты не получили бы информации о вас из нашего сознания. И хотя сейчас уже поздно извиняться, я все же прошу у вас прощения за то, что мы втянули вас во все это и разрушили вашу жизнь.

Я не знал, что ответить, поэтому просто смотрел на нее, ожидая, когда она продолжит.

– Мы пытались по максимуму обезопасить вас, поэтому просили искать тех, чье местонахождение нам известно, – грустно сказала Маргарита. – Надеялись, что это собьет противника с толку.

– Вы с самого начала знали, куда исчез Павел Соболь? – Во мне проснулось профессиональное любопытство.

– Да, его нашли внутри бетонного блока на территории института.

– Значит, те кости, о которых говорили в новостях, все-таки принадлежали ему?

Маргарита покачала головой.

– Нет, Кирилл, к сожалению, все гораздо сложнее. Те кости действительно принадлежали другому человеку. А Соболя… мы нашли живым.

Глава 10

Несколько минут я изумленно пялился на Маргариту, надеясь, что она пояснит, что сказанное ею является иносказанием или, в крайнем случае, неудачной шуткой. Затем осторожно уточнил:

– В каком смысле живым?

– В самом прямом, – серьезно ответила она. – Павел Соболь – это и есть Объект 1. И как вы слышали, я только что с ним разговаривала.

– Но вы ведь сказали, что это не человек. – Я чувствовал, что совсем запутался и не могу здраво оценивать полученную информацию.

Маргарита кивнула.

– Да, Первый не человек. И если смотреть на ситуацию объективно, то существо, обнаруженное в бетонном блоке, просто хочет, чтобы его считали Соболем.

– Маргарита, я ничего не понимаю! – воскликнул я, ощутив, как поднимаются дыбом волосы у меня на загривке. – Что это за существо? Откуда оно? И что с настоящим Соболем?

– Оно и есть настоящий Соболь. – Женщина развела руками и с состраданием посмотрела на меня. – Я же и говорю, что все это слишком сложно, мы сами еще не до конца разобрались в том, что здесь произошло. И называйте меня, пожалуйста, Ритой, Кирилл. Меня все здесь так называют.

– Хорошо, Рита, – сказал я. – Но помогите понять хоть что-нибудь, у вас же наверняка есть какие-то теории и предположения.

– Мне проще рассказать вам всю историю по порядку, – она потерла лоб и помассировала виски, – чем сыпать научными терминами, которые вас только больше запутают. Да и мне самой полезно иногда смотреть на происходящее чужими глазами.

Рита встала со стула, подошла к огромному монитору, на котором отображался волнообразный график, снова включила диктофон и наговорила:

– Двадцать седьмая минута эксперимента, реакции нет.

Потом повернулась ко мне и начала рассказывать.

– Объекты обнаружили два года назад, после того как пятнадцатого декабря двадцать шестого года на территории бывшего Биотеха произошел взрыв. Пожарным удалось быстро погасить пламя и вывести из заброшенного здания человека, которого они затем передали полиции.

– Иван Щукин, – кивнул я.

– Да. Его нашли в абсолютно невменяемом состоянии, он не помнил, как оказался в Биотехе, но на его одежде и руках обнаружили следы взрывчатого вещества. Теперь мы знаем, что Щукин стал жертвой нейровзлома, но тогда все решили, что он просто сумасшедший. Еще и потому, что взрыв не затронул основной корпус, где когда-то проводились исследования, а прогремел во внутреннем дворе. Однако специалисты утверждали, что действие взрыва было направленным, а уровень сложности взрывного устройства не соответствовал версии о безумном бродяге, который действовал без определенной цели. И когда место взрыва начали разбирать, стало понятно, что цель у него все-таки была.