Алинда Ивлева – По ту сторону души (страница 13)

   Лиза, услышав резкие нотки в голосе любимого, приподняла голову и сонным голосом спросила: – Артурчик, что случилось?

– Всё в порядке, на работу срочно вызывают, скорее всего, вылет будет сегодня или завтра, надо ехать, выяснять задание! Ты не переживай, займись лучше рабочими, которые придут скоро, надо бы проконтролировать. Ты ведь, дорогая, член моей семьи и все мои дела – твои, а все твои проблемы – мои, – и Артур прижал к себе девушку, обхватив крепко обеими руками. Его охватило непонятное чувство тревоги и неуёмной паники, предчувствие, что скоро произойдёт что-то неотвратимое, что изменит его жизнь навсегда.

– Ты будешь говорить со мной? – стальные и непреклонные нотки в голосе Анны резали слух и рвали натянутые нити его души. Артур понял, что произошло нечто очень неприятное, и безмятежность с умиротворением, наполнявшие всё его существо, улетучились безвозвратно.

– Если этот разговор отменить нельзя, возможно его, хотя бы, отложить? – сухо спросил Артур.

– Нет! Я его и так отложила, очевидность его безотлагательности ты сможешь увидеть, если соизволишь приехать ко мне в больницу! Может тебе и не понравится, заодно поговоришь с моим отцом, он ждёт тебя – и Аня резко прервала связь. Короткие гудки резко пульсировали в висках Артура. Он не мог понять, что будет делать в последующие пять минут.

– Лиза, девочка моя, прости, что тебе пришлось стать свидетелем этого разговора. У Анны какие-то неприятности, она в больнице.

– Ты поедешь? – у Лизы на глаза навернулись слёзы. Она всем своим нутром почувствовала надвигающуюся беду и, схватив Артура за шею, быстро заговорила: – Если я тебя отпущу сейчас, то у меня есть предчувствие, что я больше никогда тебя не увижу. Я сама не понимаю, что это за фатальный настрой. Я поеду с тобой куда угодно, буду ждать, где скажешь, родной, милый, не покидай меня!

– Глупышка, кто же тебя покинет? – и он, любя, смахнул с кончика носа Лизы скатившуюся слезинку, поцеловав её во влажные и солёные губы, – мы вместе, что бы ни случилось, ты слышишь меня?! Хотя, что может случиться? Аня в больнице, нервы у неё на пределе , вот и не контролирует себя. Я быстро съезжу, всё узнаю и сразу назад, – Артур схватил документы, телефон, сложил всё в куртку, быстро оделся , вскользь глянув в зеркало и чмокнул на ходу Лизавету в макушку, стремглав вылетел из квартиры . Ему не хотелось лицезреть удручённый и расстроенный вид Лизы ещё хоть секунду потому, что его решительность и собранность мгновенно улетучивались рядом с любимой и выяснять при ней законченные отношения с бывшей девушкой не имело никакого смысла.

– Но для чего, его хотел видеть отец Анны? Может что-то серьёзное с её здоровьем? Если он сможет чем-то помочь, то конечно… – размышлял Артур, спеша к остановке маршрутных такси, которые доезжают до, указанного Анной, адреса больницы на Университетской набережной.

   Маршрутка домчала молодого человека быстро настолько, что через 30 минут он уже стучал в палату, где его ждали. Палата оказалась трёхместная, но кроме отца Анны и её самой Артур больше никого там не застал. Девушка лежала, откинувшись на высоко поднятые подушки, и смотрела стеклянным взглядом в окно возле кровати. Отец, сломленный горем, гладил дочь по голове. Анна будто просвечивалась насквозь, на фарфорово-белом личике просматривались тонкие синие сосуды, а на тонких белых руках – вены. Артуру стало, искренне, жаль свою бывшую подругу. Когда дверь отворилась, два колючих взгляда уставились на него и мучительная, гробовая тишина, была нарушена восклицанием пожилого страдающего человека:

– Соизволил – таки почтить нас своим присутствием! А она страдает из-за ТЕБЯ, между прочим!!! – Сергей Эдуардович, отец Анны, резко поднялся со стула и встал спиной к окну, скрестив руки на груди. На его большой, гладко выбритой голове, выступила испарина, которую мужчина нервно утёр платком, но капли пота моментально выступили снова, – доча, можно я сразу скажу, тебе нервничать не надо, хватит уже! Если он считал себя мужиком, когда спал с тобой, без моего благословения, то пусть им остаётся сейчас, и не мне говорить ему о том, что после этого дети случаются! – Сергей Эдуардович с размаху стукнул кулаком по подоконнику. Анна дернулась, а по стене полилась тонкая струйка из упавшего стакана с недопитым чаем.

   Артур пребывал в шоковом состоянии и явно не понимал, что он здесь делает и кто эти люди, и чего они от него хотят. Аня, наконец, подала голос, чем ввергла молодого человека в состояние полной прострации:

– Артюшенька, у нас будет ребёнок. Папа, извини, я сказала тебе неправду! – девушка рыдала, было понятно без лишних слов, что ей очень тяжело говорить, как и то, что папа не был полностью посвящён в эту ситуацию.

   В воздухе повисла пауза, после которой ожидался взрыв мозга. Артур, вполне реалистично, представил себе размазанные по светло – зелёным стенам палаты внутренности черепной коробки.

– Аня, ты с ума сошла?! Какой ребёнок и при чём здесь я?! – Артур не выдержал перерыва между первым и вторым актом «пьесы».

– Я всегда говорил дочери, что ты подонок! У девки живот на нос лезет, а он «При чём тут я?! – разгневанный отец полез с кулаками в драку на провинившегося молодого человека.

   Артур стоял, не шелохнувшись, в этот момент ему было проще вынести физические удары, может сознание покинет его ненадолго, и всё это представление окажется фарсом или сном. Аня попыталась привстать, и молодой человек увидел круглый живот из-под опустившегося одеяла. Девушка рыдала – она запуталась: – Я хотела вернуть тебя, думала, если не скажу тебе про беременность – будет лучше! А родится ребёнок, и ты вернёшься ко мне, прости! Папочка, он не бросал меня, он ничего не знал, не трогай его, я его люблю!!!– и тут Анна схватилась обеими руками за живот и стала раскачиваться из стороны в сторону. Сергей Эдуардович побежал за врачом, перепугавшись не на шутку, ведь доктора запретили нервничать роженице, так как артериальное давление держалось высокое, а это крайне неблагоприятно в данной ситуации.

– Аня, тебе не кажется, что ребёнок – это дело двоих? Мы расстались почти год назад, у меня другая жизнь, где для тебя места нет. Ты же всё знала об этом! В чём же ты обвиняешь меня? Я не буду с тобой!!! НЕ БУДУ!!! – Артур перешёл на крик. Сдерживаться больше не было сил. Он обхватил голову руками и сел на край кровати, слёзы, так назойливо подступавшие наружу, душили его, а комок в горле не давал сделать ни малейшего глотка воздуха – всё внутри бешено колотилось и бушевало.

   Когда приступ панической атаки отступил, и вулкан страстей затих, к Артуру вернулась способность размышлять, он безапелляционно заявил:

– Аня, договоримся так: от ребёнка я не отказываюсь, готов дать ему свою фамилию и отчество! Если что – то надо из лекарств, деньги, посильная помощь – я готов! Но к тебе я не вернусь О-ДНО-ЗНАЧ-НО! – по слогам договорил он последнее слово и вышел из палаты, столкнувшись нос к носу с Сергеем Эдуардовичем и врачом – гинекологом в дверях.

– Ааааа! Бежишь?! Как крыса с тонущего корабля!!!! – загрохотал опозоренный отец, каким он себя считал с обрюхаченной дочерью на шее, по его же версии.

– Сергей Эдуардович, мы с Аней решили, что нам делать без посторонних! Извините, если я чем Вас обидел, – и Артур попытался отстранить преградившего ему дорогу взбудораженного человека. Но тот, словно обезумев, схватил молодого парня за грудки и стал трясти его изо всех сил, будто этим можно было что-то изменить, со словами:

– Это я посторонний? Я?! Тот, кто теперь ей сопли и слёзы дальше вытирать будет? Я! – и Сергей Эдуардович вдруг, обессилено, отпустил Артура и, схватившись за сердце, прислонился к коридорной стене. Врач забеспокоился:

– Что Вас беспокоит, уважаемый? Сейчас попрошу мед. сестру измерить Вам давление и сделать кардиограмму, присядьте! – доктор оставил недомогающего пожилого человека на попечение мед. Персонала, взял под локоть Артура и отвёл его в сторону:

– Ситуация такова: Вы, я так понимаю, отец ребёнка, и для Вас, по всей видимости, это оказалось сюрпризом. Хочу Вас предупредить, вероятность, что ребёнок выживет при родах – низкая, порядка 70%, у девочки артериальная гипертензия, роды будем стимулировать, осложняет положение ещё и отрицательный резус-фактор крови, первые роды и неправильное предлежание плода в узком тазу роженицы, так же отошедшие околоплодные воды. В общем, не буду вдаваться в бОльшие подробности, есть вероятность того, что будущий ребёнок Анны если и выживет, может лишить жизни саму Анну, поэтому отец Анны так убивается. Вот такие дела! – и доктор буднично похлопал ошарашенного парня по плечу.

– Господи, она может умереть!!! – прошептал будущий отец, а я бегу, даже ничем не поддержав Анну, бегу от трудностей и обстоятельств. Да… ну и козёл же я! – врач удалился, а Артур хотел было вернуться в палату, но раздался звонок сотового. Молодой человек даже вздрогнул – мелодия телефона вернула его к реальности бытия. Звонил диспетчер: – Эй, Артурио, где тебя носит!? Мы уже сутки не можем до тебя дозвониться! Давай на базу, срочный вылет! У Палыча инфаркт, надо заменить, сегодня в 19-00 рейс до Москвы, остальную информацию получишь на месте,– Артур рванул дверь в палату и с порога сообщил, что у него срочный рейс, а когда он вернётся, то обязательно поговорит обо всём, напоследок он пожелал ей и ребёнку всего доброго и спросил: – Ань, кто будет? Когда роды назначены? А то, может, уже отцом вернусь…, – попытался он расстаться на хорошей ноте с измученной и встревоженной девушкой.