Алина Савельева – Неуловимая для спецагента (страница 5)

— Ёжики пушистые! Я же свечи ароматические купила специально для твоих этих медитаций! — водрузив на стол поднос с кофейником и чашками, засуетилась подруга, снова скрывшись за раздвижными дверями веранды.

Милена с виду нежный и хрупкий цветочек, внутри же убойное комбо, состав которого знать смертельно опасно. Но с тех самых пор, как её одомашнил один залётный гастролер, она словно расцвела, сменив тяжелые берцы на пушистые тапочки, а тактический костюм на шёлковую пижаму.

Пока подруга создавала особенную атмосферу для наших посиделок, я налила нам кофе и, взяв свою чашку в руки, довольно улыбалась, уверенная, что ничто не сможет сегодня испортить настроение.

— Новость слышала? — расположившись в кресле напротив, спросила Милена.

— Я журналист, милая моя. Я их создаю, — укоризненно посмотрела я в серые глаза напротив.

И именно эти глаза были первым звоночком, что сегодня будет не простая болтовня двух подруг. Взгляд, который ещё недавно излучал лишь радушие гостеприимства, стал жёстким, цепким и сосредоточенным. Такой я Милену знала с детства. Эти серые сканеры способны все внутренности перетряхнуть в поисках нужной информации. Даже замужество и рождение ребенка не смогли искоренить в теперешней бизнесвумен бывшего криминалиста и профайлера.

— Никусь, послушай, ты знаешь, что я никогда не лезла в душу. Но мы же дружим с детства, и не заметить, как ты изменилась за этот год, было сложно. Я не знаю, что у вас с Алексом там произошло и почему вы расстались, но не стоит хоронить себя из-за какого-то парня.

Милый детектор лжи настолько пристально выжигал дыру в моей черепушке, что не оставляло сомнений — всё это ворошение прошлого годичной давности неспроста, и речь пойдет вовсе не о изменившемся образе столичной штучки на стиль серой мыши.

— Нормально мы расстались с Алексом, ты же знаешь. Теперь мы просто друзья, и нас обоих это устраивает. Так что за новость? — догадалась я, что это хождение вокруг да около Милена устроила лишь для того, чтобы подвести меня к главному.

— Давно вы с ним виделись? Знаешь, что наш принципиальный борец с офисными блуднями замутил с собственной секретаршей или ассистенткой, не помню точно должность? — изучающий взгляд подруги уже начал меня напрягать.

За этот год у Алекса было столько женщин, что мы все давно сбились со счёта. Но учитывая то, что Браун никогда не отступал от своих принципов и не заводил шашней с подчиненными, новость действительно была сногсшибательная. И то, что именно эти отношения из вороха других интрижек Алекса привлекли внимание нашего личного профайлера Милены, говорили о многом.

— Я была у него в офисе пару недель назад, и видела его новую ассистентку. Мне она показалась очень милой, — ответила я, надеясь что моя искренность успокоит Милену и она не будет волноваться, что я пущусь во все тяжкие от этой новости. — Правда, Милен. Я буду очень рада, если нашлась наконец та, что смогла растопить нашу ледяную глыбу.

Улыбнувшись, я сделала глоток уже остывающего кофе, полагая, что вопрос закрыт и новость Милены оказалась не такой уж шокирующей сенсацией для меня.

— И то, что сегодня аристократичный профиль нашего хладнокровного вампира подпортил Илья Сумароков, ты тоже знаешь? — приподняв идеальные брови, уточнила Милена.

Прозвучал вопрос таким будничным тоном не потому что Алексу каждый день фейс поправляют, — не так уж много шансов дотянуться через стену личных телохранителей, а скорее потому что Милена хотела получить мой ответ не словами, а тем, что невозможно подделать, будучи не готовым.

И она его получила. Чашка кофе в моей руке дрогнула, и я поспешила вернуть её на твердую поверхность стола. В моих конечностях никакой твердости и уверенности не осталось. Руки дрожали из-за вулканического взрыва внутри, спровоцированного всего одной мыслью: “Он вернулся!”

Противоречивые эмоции захлёстывали меня с нарастающей силой. Прежде всего, я, конечно, была рада, что Илья вернулся здоровым и невредимым — раз сумел нанести увечья Алексу, в этом нет сомнений. Моя нервная система, за этот год превратившаяся в клубок высоковольтных линий, искрящихся от напряжения, внезапно расслабилась, породив бесконтрольный тремор.

— Я так и думала, — удовлетворенно констатировала Милена мой провал конспирации. — Вот кто сводит тебя с ума всё это время, а вовсе не расставание с айсбергом бездушным.

— Он вовсе не сводит… — хотела было я начать оправдываться, но поняла всю бесполезность подобных усилий.

— Ну да, а в собственную тень ты превратилась из профессиональных соображений. Так ловчее вынюхивать сенсации, — отмахнулась Милена, дав понять, что не поверит ни единому моему слову. Всё, что ей было интересно, она уже увидела.

Откинувшись на спинку кресла, подруга задумчиво разглядывала утопающую в тени набережную. Конечно, созерцала она эти виды не из любопытства — ей они доступны ежедневно. Милена просто дала мне время прийти в себя и успокоить скачущие мысли.

— Это всё уже неважно. Через две недели я улетаю в рабочую командировку. В другую страну. Надолго.

Милена тут же потеряла интерес к пейзажам, поворачиваясь ко мне, и, кажется, набирая побольше воздуха в грудь, чтобы выпалить с возмущением:

— Вы издеваетесь? Нет, ты серьезно? Ладно, этот сталкер слонялся за тобой, сколько я себя помню! Ладно, ты украдкой наблюдала за ним, думая, что никто не видит! Ну играли бы в эти свои ролевые игры дальше! Чего вы оба решили-то географию своей любовной путаницы расширять? То один исчез в песках африканских, словно призрак, теперь ты решила в прятки поиграть?

Ах вот как это всё выглядит со стороны. Ну, буду знать. Спорить-то, конечно, не собираюсь и доказывать никому и ничего тоже.

— Всё в прошлом, Милен. Никакой путаницы давно нет. Мы с Алексом уже год не вместе, у него вот там апокалипсис в юбке в офис просочился, с твоих слов. Илья и я никогда и не были парой… так, что-то непонятное витало между нами, да и оно растворилось давно. Никаких пряток, это просто моя работа.

Произнося это, я действительно верила, что всё обстоит именно так. Но где-то в глубине души, где-то в потаенных уголках сердца знала — это что-то никогда не растворится. Необъяснимая связь и притяжение сопровождали нас с Ильёй с самого детства. Ещё с тех пор, как этот отъявленный хулиган и дворовый забияка доводил всю нашу компанию до исступления. Всех, кроме меня. Я всегда была за незримой стеной его защиты. И особо нежное ко мне отношение отмечали все вокруг. Кроме меня. Я боялась его до дрожи в коленях.

— Две недели… — нахмурилась Милена. — То есть сразу после свадьбы Сашки и Тохи?

— Эм-м… вылет в эту же ночь. Так что я, наверное, не пойду на их свадьбу, — постаравшись придать своему лицу вид будто я очень сожалею о такой накладке, промямлила я.

— А, ну понятно. Вот сейчас прям сильно верю, что всё между вами кончено. Ага, — саркастически заметила Милена. — Именно поэтому ты будешь теперь намеренно избегать с ним встреч. Ну потому что ничего не ёкает, да?

Наверное, эти слова стали последней каплей, прорвавшей плотину моей выдержки. Всхлипнув неожиданно для самой себя, я ответила:

— Неважно, простил он меня или нет. Важно, что я никогда не смогу простить сама себя, — впервые за это время открылась я другому человеку, сказав то, что мучает меня и убивает весь этот год. — И мне нужно либо научиться с этим жить, либо научиться от этого убегать.

— Иди сюда, малышка, — от сарказма в голосе Милены не осталось и следа.

Сев на край моего кресла и обняв меня поверх мягкого обволакивающего пледа, подруга позволила моим слезам мочить её изысканный домашний костюм из элитного шелка.

— Ну раз ты чувствуешь, что так надо, то беги, моя милая, беги. Только давай сделаем так. На свадьбу ты пойдешь. Обязательно. И выглядеть будешь на миллион, это я тебе обещаю. А в полночь, или когда у тебя там вылет? Исчезнешь, как виденье. Договорились? — задумала что-то эта хитрая бестия.

И, зная Милену, вряд ли что-то милое вроде сценария из сказки про Золушку.

Конечно, возвращаясь домой, я всю дорогу боролась с раздирающими меня в разные стороны эмоциями. Охваченная и радостью, и страхом одновременно, я не могла понять сама, чего я хочу больше — увидеть его, снова ощутив то нестерпимо волнительное покалывание в затылке, или постараться сделать так, чтобы наши пути не пересеклись до самого моего отъезда.

Но сколько бы я ни планировала, как бы скрупулезно ни подходила к распорядку своего дня, дабы избежать даже случайной встречи с Ильёй, у судьбы на меня были свои планы. Если и есть кто-то сверху, наблюдающий за мной, то он, должно быть, вдоволь нахохотался, глядя, как тщательно я старалась свести к нулю возможность столкнуться с Сумароковым лицом к лицу.

Глава 6. Илья

Это было сродни удару под дых. Резкая боль, зародившаяся в груди, словно яд распространялась по телу. Я оказался не готов. Я! Тот, кто всегда и везде готов на триста процентов ко всему! Тот, чья реакция быстрее вспышек зарницы, освещающей ночное небо. И я, зная, что рано или поздно пересекусь с Никой в кругу общих знакомых, чувствовал себя абсолютно подготовленным к этому. Но, чёрт возьми, что это за насмешка всевышней организации?

Нику почти не узнать! От прежней розовощекой красавицы осталась только тень. Худая, бледная, словно жизнь уже еле теплится в теле. Можно было, конечно, предположить, что Ника вдарилась в эти женские глупости и решила похудеть до состояния пленной рабыни. Но я же не на сенокосе её встретил с тарелкой в руках и капающей слюной от аромата свежескошенной травы, а в клинике. С белеющими перевязками на сгибах локтей обеих рук и одной кисти. Так много уколов и капельниц, или медсестра вену искала в трех местах? Она больна? Что случилось?