Алина Савельева – Мой пленник (страница 26)

Откинувшись на подушки, Илья поднимает на меня взгляд. Черные котлованы зрачков переполнены животной страстью, наверное, это то самое состояние, когда мужик от возбуждения ничего не соображает. В них будто нет дна, бесконечная вселенная, окруженная голубой каймой. Ничего красивее я в жизни не видела.

Он не дает мне больше двигаться самой, крепко впаивая руки в мои ягодицы, двигается сам. Быстро, сильно и жестко выбивая из меня всхлипы. Я уже очень близко и не могу совладать с нарастающим взрывом, куда деть все эмоции, раздирающие меня на части, лихорадочно глажу его рельефную грудь и твердый живот, пока Илья рывком не притягивает меня к себе, сжав волосы в кулак и сливая наши губы.

Илья оттягивает мою голову, и через дрожащие ресницы я вижу, как он напряженно вглядывается в мое лицо.

– Хочу увидеть, как ты кончаешь на моем члене, Булочка, – хрипит Илья, ускоряя движения бедрами и еще сильнее вдавливая ладонь в мою задницу.

Его каменная эрекция таранит меня уже как взбесившийся поршень, пальцы массируют анус и проскальзывают немного, двигаясь вперед и назад. Жмурюсь и всхлипываю. Это так пошло, совсем другой уровень возбуждения, будто что-то запретное и настолько интимное, что я не буду обсуждать ни с кем. Я теряюсь и растворяюсь в ощущениях, в который раз позволяя ему делать с моим телом все, что ему вздумается. Не пытаюсь утаить то, чего он ждет. Кричу и комкаю в руках покрывало, чувствуя, как во мне удваивается пульсация и становится нестерпимо горячо. Сдавленный стон, усилившиеся толчки, и сквозь свои намокшие ресницы я смотрю, как Сладкий финиширует за мной следом, со стоном выдыхая «Ли-и-н». Из меня вытекает горячая сперма, толчки постепенно угасают, и я обессиленно падаю на часто вздымающуюся грудь Ильи. Не хочу шевелиться, глажу его лицо и чувствую, как подрагивает моя кожа от скользящих по мне ладоней.

После душа мы снова завалились в кровать, словно приклеенные. Илья смутил своим богатырским ростом кровать кингсайз и затянул меня на себя, укладывая голову на плечо.

Лежать спиной на его обнаженной груди – еще один отдельный вид удовольствия. Сладкий разглядывает меня из под полуопущенных ресниц и лениво перебирает мои волосы рукой, пропуская их через пальцы.

– Поедешь завтра со мной на стройку? – потершись носом о мою щеку, спрашивает Илья.

– Поеду, – вяло отвечаю я. Глаза слипаются, и мне так уютно лежать на этом жестком матрасе, словно я на перинах королевских нежусь.

Утром я проснулась тоже на Илье, только уже лежа на животе. Неужели я так всю ночь на нем спала и вертелась? Я отлично выспалась, а насчет этого мускулистого матраса не уверена, может, пара пружин затекла.

Открыв глаза, встретилась с сияющими льдинами Медведя.

– Доброе… – попыталась я быть вежливой, но, судя по упершемуся в мой живот прибору, Илья давно ждет, когда я проснусь, и на любезности времени тратить не собирается.

Губы, заткнувшие мои попытки проявить воспитание, совершенно собственнически захватили мои.

– Илья, – упираюсь в его плечи, пытаясь улизнуть, чтобы хотя бы зубы почистить, но во мне устойчивости против него, как у надувной куклы около торгового центра против ветра.

Нахальные руки уже перекинули мое бедро через свою каменную талию и жадно лапают мои нижние девяносто плюс. Мое сонное тело не способно сопротивляться его напору. Опять сдаюсь.

Я не сразу отреагировала на звук входящего сообщения на мой телефон, но как только подумала, что это наверняка из лаборатории, не смогла удержаться. Так хотела узнать результат, что сразу потянулась за телефоном к тумбочке, привстав над Ильей на коленях.

– Ли-и-ин! – зарычал Медведь, пытаясь насадить меня на свой член, когда я возвращалась обратно. У них в России все Медведи такие озабоченные или условия эксклюзивности вынуждают оторваться по полной?

На экране входящее письмо из лаборатории, но я только успеваю его открыть, как моментально оказываюсь прижатой к матрасу, разъяренным Медведем. Телефон падает в подушки, и я очень надеюсь, что Илья не видит, что там сейчас на экране.

«Я беременна! У меня будет медвежонок!» – вертятся мысли в голове, и я, под впечатлением от этого, сама притягиваю голову Ильи к себе и закидываю ноги на его каменную задницу. Просить его быть нежнее не имеет смысла, но, насколько я знаю, сейчас ещё можно не сдерживаться.

Глава 15

Как же меня вчера взбесили ее слова «сама справлюсь». Ну что за женщина такая, которая не спешит спихнуть все свои проблемы на мужика? Из тех, что сначала приучают мужа, что могут и работать, и быт в одиночку тащить, и его машину в сервис гонять? А потом ноют, что мужик нынче пошел мягкотелый и ленивый. Так в этом и секрет, дорогие женщины, если мужику сказать «сама справлюсь», то он решит, что раз баба тянет, то не мужицкое это дело! Любому человеку скажи: «это я беру на себя», и он с чистой совестью переложит это на плечи активиста.

Пробуждение утром тоже меня не устроило. Спит в метре от меня, стянув одеяло. Это не по правилам! Мне ее так катастрофически мало, что я мечтаю о пандемии, чтобы закрыли границы.

Но как же меня распирало от радости, когда я лишь придвинулся ближе, протискивая руку под ее голову, и Лин тут же сама прильнула ко мне. Ну хотя бы во сне покорная!

Булочка с утра сегодня какая-то загадочная и запредельно ласковая со мной. Непривычно тихая, смотрит все время с безмерной нежностью и улыбается. Даже когда я на полном серьезе возмущался, что два дня мне не хватает, чтобы урегулировать международный конфликт по всем пунктам.

Изначально я не планировал тащить Лин на объект. Мне казалось это не слишком удачной идеей для того, чтобы провести время вместе. Но ее слова, что ей некуда себя деть, зацепили меня. Сложно, наверное, когда не получается найти себя, где-то реализоваться. Может, она захочет со мной разгребать эти проекты и сметы бесконечные? Будет чаще приезжать или совсем переберется?

Пришлось звонить Борзому, чтобы дал мне свой «Гелендваген». Его танк в грязи не вязнет и, как проверила Санька, в воде не тонет. Но перед стройкой Лин попросила заехать за ее чемоданом в отель.

С утра у меня на телефоне пара куч сообщений и телефон звонит без умолку, поэтому по дороге нам практически не удалось поговорить. Лин задумчиво смотрела то в окно, то на меня, и этот ее взгляд был непривычным, она словно хотела о чем-то меня попросить, но не могла решиться.

– Тот парень, что отдал тебе ключи от машины, – вдруг оживилась Лин, округляя глаза. – Я его знаю!

– Борзого? – нахмурился я. Да я его грохну! Уверен, что все женщины, которые Борзого знают, видели его без штанов!

– Ой, я не знаю, как его зовут. Я его фотку видела в журнале буквально вчера! Пока ждала вылет, листала прессу. Он модель нижнего белья? – немного успокаивает меня Булка.

– Ты что-то путаешь, Булочка. У Борзого с модельным бизнесом ничего общего, – буркнул я, впервые в жизни испытывая ревность.

– Да? Значит, просто похож, – равнодушно повела плечом Лин и быстро потеряла интерес к наглому волчаре.

Эмелин Бертран на стройке выглядела инородным предметом. В своих лабутенах неуклюже ходила по замерзшей комьями земле. В тоненьком элегантном пальто ежилась от холодного ветра. Мой шарф, в который я ее настойчиво хомутал, не особо спасал ее от холода.

Рабочие разглядывали ее с любопытством и настороженностью. Эмелин со своими манерами и эффектной внешностью заставляла их одновременно нервничать и окидывать сальными взглядами. И как бы мне ни хотелось до конца показывать, насколько у меня сейчас шаткое финансовое положение, пришлось вести ее на мое рабочее место.

– Булочка, пойдем в мой офис, – кивнул я на одну из бытовок.

– Ты покажешь мне проекты? – загорелись глаза Лин.

Это пока единственный офис, который я могу себе позволить. Все очень по-спартански, только необходимая мебель и все вокруг завалено чертежами.

– Мне так тут нравится! – затараторила Эмелин, едва мы зашли в комнату с обогревателем. – Место просто потрясающее! Вокруг лес, свежий воздух! И у тебя тут целый поселок! Боже, я так хочу уже увидеть его готовый! Уверена, он будет сногсшибательно красивый и современный!

Кажется, она с утра слишком долго молчала и решила обрушить на меня весь дневной лимит слов. Ее слова, безусловно, были приятны, но больше всего мою грудную клетку распирало от ее эмоций, открытых, честных, радостных.

Булочка не морщила нос от грязи, ни капли не удивилась, что мой офис не в крутом бизнес-центре, а в обычной бытовке, половину которого занимает инженерный стол.

Поток восторженных комплиментов гектару перекопанной земли прервал очередной звонок на мой телефон.

– Чайник, кофе, чай, моя кружка, – быстренько усадив ее на свое место, торопился ответить бригадиру, – чертежи… тут, если хочешь посмотреть.

– Ты востребованнее, чем курьер на самоизоляции. Я тебе завидую, – улыбнулась Лин, наматывая мне мой шарф обратно.

Ее синие глаза светились как будто изнутри, и, разумеется, я списал это на количество секса за прошедшие сутки. Ничто не красит женщину больше, чем любовь.

Пока я ходил по стройке, задолбался объяснять, что за фифа к нам заявилась. Перебудоражила рабочий люд Булочка своим пафосом и красотой, и, чтобы пресечь все похабные шутки в ее сторону, я, конечно же, всем сказал, что она моя будущая жена.